09 декабря 2016г.
МОСКВА 
-2...-4°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.39   € 68.25
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

МАУГЛИ КАМЕННЫХ ДЖУНГЛЕЙ

Надеждина Надежда
Опубликовано 01:01 01 Марта 2001г.
В магазине подошла ко мне девочка лет восьми-десяти. Худенькая, бледная. Поношенное пальтишко. И голосок такой жалобный: "Тетенька, подайте, хлеба хочу..." Я протянула ей пятирублевую монетку. Девчушка тут же, у соседнего прилавка, купила батон и стала есть. "Беспризорщина, - вздохнула рядом стоявшая женщина. - Откуда они берутся? Что с ними делать?" Эти вопросы мы задаем себе постоянно. Ответить на них корреспондент "Труда" попросила доктора экономических наук, заведующую лабораторией Института социально-экономических проблем народонаселения РАН Елену БРЕЕВУ.

- Спрошу, как та женщина: откуда беспризорники берутся? Ведь с каждым годом их становится все больше и больше...
- Мы давно занимаемся анализом проблем беспризорности в стране. Возможно, вас это удивит, но у большинства беспризорников есть семья. 28 процентов имеют даже полную, 24 - неполную, 16 процентов живут с родственниками, бабушками, дедушками. Остальные сбежали из детских домов. Только в семьях этих детям плохо, порой очень плохо. Вот послушайте, что они говорят:
"Мой отец умер, а мама меня не любит. Ей не до меня. Только бьет, когда напьется. Никита П. 12 лет.
"Мои родители алкоголики. Что дома? Водка и пьяные драки. И мне крепко достается, когда под руку попадусь. Еды никогда нет. Я убегал шесть раз. Андрей Л. 13 лет".
Понятно, что от жизни в такой "семье" дети бегут. Предпочитают бродяжничать, чем приходить туда, где родители всегда пьяны, где их не кормят, где на них только срывают зло. Маленькие бродяжки стекаются в крупные города, в больших населенных пунктах легче прокормиться - попросить милостыню, что-то украсть. Но их - мы же боремся с беспризорностью! - ловит милиция и... возвращает обратно в ту самую семью, из которой мальчишка убежал. К этому обязывает стражей порядка наше законодательство. Главное - вернуть в семью. И не случайно некоторые дети уходят из дома по 10 и больше раз. Известны нам случаи, когда убегали по 15-20... Двадцать раз уходил маленький человек из семьи, а его методично возвращали в тот же ад.
Мы выясняли, что это за семьи, в которых дети, по существу, не нужны родителям. Что и говорить, картина открылась неутешительная. В 46 процентах случаев один или оба родителя безработные, в 17 - один в тюрьме, 9 процентов лишены родительских прав. Прав-то лишены, но дети с ними... Однако самое удивительное, что, говоря о том, как дома им плохо, ни один ребенок не сказал, что не любит родителей.
- А что можно рассказать о самих этих ребятах?
- Вот портрет типичного беспризорника. Это подросток от 8 до 15 лет, как правило, городской житель (в селах люди менее разобщены и в большей мере поддерживают и помогают друг другу). 83 процента из них мальчишки, хотя в последнее время все больше стало появляться и девочек. Большинство начинали учиться. Они называли даже число классов, которые окончили. Но когда мы сопоставляли эти цифры с возрастом, то получалось, что 57 процентов - второгодники, некоторые сидели в одном классе по нескольку лет. Встречались четырнадцати-пятнадцатилетние ребята, которые окончили всего один-два класса. Был один десятилетний мальчик, он вообще не знал букв.
Ответственна за беспризорность и школа. Ребенок бросает занятия, не ходит в класс, но учителей это не волнует. Педагоги часто говорят, что при нынешних зарплатах, когда для того, чтобы прокормить свою семью, они вынуждены брать двойную и тройную нагрузку, им некогда интересоваться теми, кто бросил школу. Понять учителя, который равнодушен к детям и не заинтересован в результатах своей работы, сложно. Но такие учителя есть, и это результат того, что мы не проводим профессиональный отбор при приеме в педагогические вузы, что государство, как говорится, ни в грош не ценит труд педагога.
Однако это уже другая тема. А хочу я сказать о том, что, не получив элементарных знаний, дети не смогут и в дальнейшем приобрести профессию, найти свое место в жизни. Короче, вычеркивая из классного журнала тех, кто не посещает занятия, их просто обрекают вырасти неграмотными. И мы же спрашиваем, откуда берутся беспризорники. Приведу их ответы:
"В школе я не учился, но знаю буквы, меня научила старшая сестра. Сергей П. 9 лет".
"В классе я получал одни двойки, особенно трудно было по арифметике. Ну что двойки и двойки - вот и перестал ходить. Ни дома, ни в школе не заметили. Иван А. 11 лет".
- Бросил школу, ушел из семьи - куда ему деваться? Где ночует, что ест, чем зарабатывает?
- Живут на чердаках, в подвалах или, как они говорят, "где придется". И потому могут стать легкой добычей для любого, в том числе и маньяков. Спят на старых тряпках, не раздеваются, не моются. Отсюда болезни, вши, часотка. Естественно, не лечатся. Чем зарабатывают? Они не скрывают этого. Более половины попросту воруют. Треть - пытается подрабатывать. Возможностей, правда, не очень много. Собирают бутылки и сдают. У магазина подтащат ящики, на рынке мешки с картошкой поднесут. Иной раз машину помогут помыть.
"Иногда зарабатываю по пятьсот рублей в день. Повезет, с утра до ночи гружу ящики в магазине. Но это бывает редко. Чаще 20-30 рублей - на хлеб и пакет молока хватает. Егор Щ. 11 лет".
Тринадцать процентов беспризорных ребятишек просят милостыню. Иногда сами, а порой и под "преступной крышей" - криминалитет использует попрошаек. Мы выясняли, на что беспризорные тратят свои деньги. Две трети - на еду, одна треть - на одежду, пятая часть - даже на сладости и почти половина (!) - на кино и развлечения. Что страшнее всего - дети привыкают к такой жизни. Многие из них уже не согласятся променять вольницу, отказаться от карманных денег ради существования с вечно пьяными и злобными родителями или в детском доме, приюте с его жесткой дисциплиной и отсутствием свободы.
- Стала ли меняться в последнее время ситуация с беспризорностью? Ведь начиная с 90-х годов мы говорим об этой кричащей проблеме...
- Подобное исследование мы проводили четыре года назад. Теперь, сравнивая результаты, я считаю, что положение во многом ухудшилось. Раньше примерно 70 процентов этих ребят собирались в группы, которыми руководили старшие подростки, а то и взрослые. Хорошего в этом мало. В группе дети чувствуют себя более безнаказанными, становятся агрессивнее и озлобленнее. Но там им все же легче выжить, заработать. Они подвергаются меньшей опасности, могут в случае чего подстраховать друг друга. Так говорят они сами:
"Я зарабатываю деньги вместе со старшим братом и его друзьями. Они умеют найти работу и всегда защитят меня от других мальчишек. Николай К. 11 лет".
Сейчас таких групп стало меньше. Культивирующиеся в обществе идеи индивидуализма не прошли бесследно и для этих детей. Есть и другие отличия. Более чем в два раза сократилось число желающих учиться. Эти дети уже поняли, что можно жить, иметь деньги и без больших усилий. Потому в шесть раз снизилось число тех, кто только мечтает о вкусной еде и красивой одежде.
- Надеются ли эти ребята на какую-нибудь помощь общества?
- Четыре года назад еще надеялись. Когда их спрашивали, о чем они мечтают, отвечали: об игрушках, книгах, о том, что их усыновит какая-то хорошая семья, о том, что смогут жить с родителями. Нынешние жестче, менее доверчивы, ни во что хорошее не верят.
"Мне никто не поможет, так и буду жить на чердаке. Петя А. 12 лет".
И если раньше на вопрос, кто им может помочь, говорили - добрые люди, родственники, органы социальной защиты, - то теперь вдвое увеличилась группа детей, отвечающих, что им никакая помощь не нужна. С 17 до 56 процентов выросло число тех, кто считает, что им никто помочь не сможет. Обществу придется расплачиваться за равнодушие к судьбе этих подростков. Они могут вырасти жестокими и беспощадными, так как не видели ничего хорошего, прежде всего уважения к себе. Никого из них не ценили как личность, и они не будут ценить ничью жизнь.
- Исследование помогло вам узнать, что собой представляют беспризорники, откуда они, фигурально выражаясь, берутся. Но возникает неизбежный вопрос: что с этим делать?
- Прежде всего мы выяснили, как отвечают на этот вопрос представители властей - администраций, милиции, социальных служб. Нам говорили: строить детские дома, открывать приюты, приемники. Говорили убежденно, словно не понимая, что идти по этому пути - значит бороться со следствиями, а не с причинами беспризорности. Детских домов у нас почти 1200, действуют около 700 учреждений для ребят, нуждающихся в социальной реабилитации. Но это не решает проблему. Строятся новые детские дома, а беспризорность увеличивается.
Основной причиной беспризорности является семья. Значит, все силы должны быть направлены на профилактическую работу с неблагополучными семьями. Только это поможет предупредить беспризорность. Конечно, усилия эти не сразу принесут результат. Открыть новый детский дом - дело куда более заметное. Но эффективно ли это?
Вот послушайте:
"Если отправят в детский дом, я все равно убегу. Там плохо, и жить в детском доме не буду. Андрей Р. 10 лет".
- Бытует мнение, что справиться с неблагополучными семьями невозможно...
- Так говорят потому, что никто всерьез и не пытался с этим справляться. Есть семьи, которым нужна помощь. Если родители безработные, найти им дело. Если отец или мать только что освободились из заключения, помочь адаптироваться в жизни. Надо создавать дома-убежища (пока их очень мало), где маленький человек мог бы пожить несколько дней, пока дома утихнет "буря" и он сможет вернуться в семью. Следить за тем, чтобы дети из таких семей не бросали школу, ведь подчас уроки - единственное, что держит ребенка в нормальной жизни. Снизить возраст приема на работу подростков - это даст им возможность хоть куда-то устроиться на законных основаниях. Занять, наконец, досуг детей. Раньше кружки, спортивные секции были доступны всем детям. Сейчас они в основном платные. Мы беседовали с жителями городов и выяснили, что по крайней мере каждый десятый из них готов безвозмездно помогать неблагополучным детям - организовывать для них кружки по интересам, походы, спортивные игры.
Люди обеспокоены проблемой безнадзорности детей. Так сказали нам 98 процентов тех, с кем мы беседовали. 43 процента считают, что беспризорниками надо заниматься немедленно, иначе они будут потеряны для будущего, пополнят ряды банд, станут разносчиками заразы. Почти 70 процентов готовы оказать таким ребятам разовую помощь, 48 - дать деньги, еду.
К чему я привожу эти цифры? Чтобы показать: люди милосердны, их волнуют проблемы детей. Но каждый в отдельности не знает, что и как надо делать, в чем может оказаться полезен, с чего начать?
Уверена, что именно социальные службы, которые существуют при местном самоуправлении, должны стать организаторами этой работы. Но что они могут сделать сейчас? На всю страну менее 400 отделений профилактики безнадзорности. На одного социального работника приходится по нормативам 5 тысяч детей. Разве может он знать всех неблагополучных, дойти до каждого ребенка?
А сами социальные работники? Зарплата их низка, занятие хлопотное. Квалифицированные педагоги, психологи в эту службу не идут. И зачастую с детьми работают люди, которые не обладают знаниями для занятий с трудными подростками, подчас имеющими психические отклонения. Да и что греха таить - не всегда добрые.
Беда в том, что у нас люди, даже когда в душе они готовы помогать, считают, что кто-то должен их организовать, что за них все сделают соответствующие службы, государство. Сегодня беспризорность в стране достигла таких масштабов, что справиться с ней можно лишь всем вместе, когда каждый не останется равнодушным при виде беспризорного ребенка, поможет вернуть его в школу, окажет содействие неблагополучной соседской семье, вмешается, когда ребенку плохо, накормит его, даст теплые вещи. На Руси несчастным испокон веков помогали "всем миром".


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников