08 декабря 2016г.
МОСКВА 
-2...-4°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.39   € 68.25
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЧТО СКАЗАЛ ПОКОЙНИК

У жителей Бергштрассе несколько раз на дню появляется возможность подумать о быстротечности жизни. Совсем как у Юлия Цезаря, который на колесницу сажал раба, и тот каждый час возвещал: "Цезарь, помни - ты смертен!" Только Пивная гора отделяет Бергштрассе от крупнейшей в Эрлангене клиники ордена иезуитов Вальдкранкенхаус, так что яркий реанимобиль или вертолет санавиации нет-нет да и нарушит атмосферу счастливой праздности.

Даже неловко как-то: кого-то под вой сирены уже везут с мигалками, в коме или с инфарктом, а тут никогда не смолкают "шутки юмора"... Тихая музычка и дивное позвякивание запотевших кружек. Временами начинает казаться, что реанимобили снуют, как муравьи, и ты невольно начинаешь думать, что скоро в этом городе все перемрут. Горюнишься и вспоминаешь молодого ординатора Яшу Юсима, персонажа из далекого советского прошлого. Ходи я в церковь, ставила бы свечку за его здоровье, а так при случае только спрашиваю, не слышно ли чего про Яшу, который уехал в Израиль на заре перестройки и как в воду канул. А тут судьба занесла в местечко Теннелое, известное на всю округу одним лишь "Рентгенологи". Вступаешь в холл заведения, и звук куда-то испаряется, как в безвоздушном пространстве. Тут терпеливо сидят люди в ожидании приговора: что им скажут - пустяковина у них какая-то, про которую можно забыть, или то самое, чего все боятся. Немцы в объявлении приговора не щепетильны - в лицо лепят про рак и про метастазы и про то, сколько человеку осталось. Раза два при этом скажут: "Мне очень жаль" - и предложат кофе из кофемашины, похожей на гильотину. А если вы в ожидании новостей проголодались, то можете спуститься в подвал и перекусить в полумраке бара, под светомузыку и журчание фонтанчиков... Смешно... И кто придумал, будто "что русскому хорошо, то немцу смерть"? Абсолютно это неверно. Так стоически, без стенаний и видимых эмоций выслушивать про близкий конец могут только немцы-католики, которым с детства мощи показывали, втолковывая: вот что нас ждет, Бог дал - Бог и взял. Так что торопись, работай. А про бессмертную душу как-то невнятно.
Сидят в холле этого заведения почти всегда парами, а то и целыми семьями. Наличие сопровождающих лиц ритм работы не нарушает - ритуал приема отработан до секунд. Врач, улыбаясь, протягивает тебе руку, энергично трясет твою, сообщает сухой остаток в виде диагноза, опуская причинно-следственные связи, и ты, можно считать, свободен. Каждый пациент стоит 25 евро - столько страховая компания платит врачу за "голову" - нет времени ему с тобой рассиживаться, если он хочет жить в нормальном доме и ездить на хорошей машине. Так что конвейер работает бесперебойно.
А тут дедок в коляске заехал к врачу и пропал. Совсем как в наших поликлиниках. Нет, конечно, никто не возмущается - не то, чтоб там слово обронить, даже лицом не дрогнут. В конце концов распахивается-таки дверь и выкатывается сначала порозовевший дедушка, затем с покрасневшими от дискуссии лицами его дочь с зятем, а уж потом такой же красный мужик в зеленом колпаке - врач. Яша Юсим? Яша!.. А говорили, в Израиле. Да семь лет, как перебрался, - улыбается. От неожиданности колпак слетает и он, подобрав его, обмахивается им, как веером. Через минуту выходит уже без прикида - бахил, зеленой пижамы и клеенчатого фартука. Во всем цивильном, почти родной человек. Взял, говорит, тайм-аут на час - пошли вниз кофейку выпьем.
"Когда колясочник пропал надолго, закралось сомнение, а не немец ли тут врачует", - радостно воркую я. Нет, объясняет Яша, просто тут случай особый: составляли патинтферфюгунг. А это еще что за фиговина, спрашиваю. Ну это когда онкобольной оставляет документ, в котором отказывается от реанимационных процедур и интенсивной терапии - зондового и внутривенного питания, искусственной вентиляции легких и другой подобной хрени, объясняет Яша. Документ составляется в присутствии двух свидетелей, врача и нотариуса. Тут видишь к чему все идет - к узакониванию эвтаназии. Она бывает пассивной, когда больного не пытаются вернуть к жизни, так как он еще прежде отказался от всех этих хлопот. И активной - когда бедняге вкалывают соответствующую инъекцию. Меня даже недавно в Ганновер приглашали на мероприятие в отеле "Плаза". Там один адвокат из "Немецкого общества за гуманную смерть" развернул широкую кампанию по этому поводу. Но ведь есть случаи, когда тяжелобольной человек ждет смерти как счастья, как избавления от невыносимых страданий, говорю я. Есть, подтверждает Яша, а потом вдруг добавляет: "Я боялся, что мне там слово дадут. Дело в том, что за пять дней до поездки со мной произошел случай "в тему". Дежурю по "скорой". Поступает вызов. Приезжаю. Больной без сознания, а два ассистента из службы спасения проводят ему закрытый массаж сердца. Я тут же велю подключить его к аппарату искусственного дыхания, дважды применяю дефибриллятор, и появляется сердечная деятельность. Всех дел - пять минут. И тут входят жена и зять больного и вручают мне его патинтферфюгунг с отказом от реанимационных мероприятий. Я ассистентам: "Электрокардиограф!". Они подключают, и я показываю семье: видите - сердце работает! В больницу, говорю. Так что ты думаешь - родственники подняли такой хай, бумажкой размахивают и красавца того чуть ли не за ноги держат. А зачем, спрашиваю, вы вообще меня вызвали? Смерть, говорят, засвидетельствовать. А вот хрен вам, думаю. Плюю на них и с мигалкой и сиреной подлетаю к приемному отделению. Сую дежурному врачу кардиограмму, на ходу объясняя ситуацию, - и пошла писать канцелярия. Хорошо все-таки с мигалкой перемещаться. Пока родственнички общим порядком подъехали, пока вбежали с угрозами, что подадут, мол, на меня жалобу, так как-де нарушил права больного, и не расплатиться мне вовек... А мужик-то уже в реанимации! Два дня там пробыл. Потом его перевели в обычную терапию и через три дня выписали. А жалоба, спрашиваю Яшу. Он улыбается: "Я мужику этому все объяснил. Говорю, с такой, как у тебя, онкологией живут еще лет пятнадцать, а то и двадцать - никуда же ничего не пошло. А сознание потерял от передозы". У него астма - вот он от страху и прыснул лишнего. Так он был так счастлив, что документ этот при мне порвал.
- Так ты против этой самой эвтаназии? - не могу я взять в толк.
- Знаешь, раньше, когда я был молодой и категоричный третьекурсник мединститута, а слово это услышал случайно, оно мне даже понравилось. Вернее, то, что за ним стоит. У нас дома в мучениях умирала бабушка. И мои родители, хорошие врачи и известные в городе люди, шли на невероятные кульбиты, чтоб достать ей промедол и платифилин. Бабка страдала, кусала ночами угол подушки, чтоб не выть, родители от усталости стали серыми... Вот я и думал, что это было бы и человечно, и справедливо, не мучиться самой и остальных пощадить. У нас еще условия были отличные: у бабушки своя комната, и к ней наведывалась раз в день сестричка, мать которой мой отец вытягивал с того света. Все были повязаны и взаимно обязаны. А что, думал я, с остальными, которые живут в тесных квартирках, у кого нет ни денег, ни связей... Но тут-то все не так! Тут же все отработано: человек всю жизнь платит огромные налоги и страховки разные, чтоб в старости за ним выносили судно не родственники. Есть даже служба шмерцмедицин, дословно - медицины болей. Они установят ему функциональную кровать и круглые сутки будут смотреть за ним, питать через зонд смесями, давать витамины и колоть обезболивающие. Короче, теперь я стал лыс, толст и где-то даже мудр, а мой максимализм сильно увял... Все дело в том, с какого угла зрения смотреть. С одной стороны, как говорят иезуиты, не дай нам, Боже, испытать все то, что мы можем вытерпеть. С другой, согласись, все же много в идее эвтаназии от лукавого. Не будь этот натиск "за гуманную смерть" таким ярым, я бы, может, меньше сомневался. Тут главное не то, как ты относишься к смерти. Главное - как относишься к жизни! Если как к чуду - ответ один. А немецкая медицина и общество исходят из другого тезиса, о "качестве жизни". Ну какое качество, когда человек в памперсах, трижды в день наркотики и кормят через зонд? Да и родственникам давно не интересен. Из такой ситуации приговор один... А пройдет время, и это станет нормой, правилом хорошего тона избавлять всех заранее от хлопот. А того, кто не захочет, будут порицать: вот, мол, какой несознательный, патинтферфлюгунг не составил?! И Яша от души рассмеялся.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников