04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-8...-10°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ШУМИТ СУРОВО БРЯНСКИЙ ЛЕС

Под ногами пепел, сосны угольно черны. Стоим под ними, измеряем радиацию. В одном месте 50 микрорентген, чуть поодаль - уже за 100. Есть места, в которых дозиметр зашкаливает. В начале мая в брянских лесах, где плотность радиационного загрязнения в 150 (!) раз превышает дочернобыльский уровень, заполыхало.

Пожар в таком лесу повышает концентрацию цезия в воздухе сразу в сотни раз. И если с кожи радиацию можно смыть, а одежду постирать, то радиоактивная частица, попавшая внутрь, становится "горячей" и превращается в смертельное оружие. Злынковские лесники знали об этом, когда гасили полыхавшую едкую смолу сосен, и все равно шли в огонь. Сильный ветер, сильное пламя. Они сражались с ним несколько часов, а потом до глубокой ночи заливали дымившиеся места. Скромно подсчитали свои затраты. Получилось 11 725 рублей. Предъявили счет комитету гражданской защиты и пожарной безопасности, ведь такие пожары должны тушиться за счет администрации области, но до нынешнего дня злынковцам не заплатили.
За последние 10 лет в местах наибольшего радиоактивного загрязнения скопилось около полумиллиона кубометров перестойной древесины и миллион - сухостоя. Это своего рода атомная бомба, второй отсроченный Чернобыль. Зараженные леса государственного фонда занимают 170,5 тысячи гектаров. А есть еще и сельские. Так вот, за 20 лет в них случилось 648 пожаров, которые "окурили" окрестность удесятеренной дозой радиации. Если же заполыхают все эти миллионы кубов, солнце погаснет перед изотопным пламенем.
Главный лесничий Злынковского опытного лесхоза Виктор Шашуро говорит, что никто из 167 человек, находящихся у него в подчинении, не жалуется. "Золотые люди с примесью цезия", - горько шутит он. Каждая диспансеризация выявляет абсолютно у всех лесников увеличенную щитовидку.
- Там, где мы сейчас находимся, плотность загрязнения свыше 15 кюри, то есть здесь запрещены все виды рубок и работ,- рассказывает Шашуро. - А мы обслуживаем 25 тысяч гектаров, где загрязнение превышает 15 и 40 кюри. Короеды губят ель, и мы вынуждены проводить профилактику. За несколько лет 500 гектаров обработали. Пропахиваем противопожарные полосы. В прошлом году лесхоз не допустил ни одного пожара, хотя возгорания были. Мер безопасности никаких, потому что нет финансирования. Дозиметры-накопители не носим, последний раз их выдавали лет пять назад. Раньше были маски с фильтрами, сейчас - последние вышли из строя. Остались только респираторы, а при пожаре в них работать невозможно. Закупаем все за свой счет при зарплате 5100 рублей. Доплата от государства , как и у всех проживающих в зоне, - 400 рублей в месяц. В Белоруссии методы защиты лесников гораздо лучше...
Что же делать с лесами чернобыльской зоны? Уже много лет над этим вопросом ломают голову ученые, и столько же лет чиновники стараются не замечать затаившейся "ядерной бомбы".
В Злынковском районе лес понемногу перерабатывают. В поселке Вышков производят оцилиндрованные бревна, которые отправляют даже на экспорт. Когда с дерева снимают кору, оно уже не "светится". Беда лишь в том, что радиационные отходы вывозят обратно в лес. Хотя есть технологии, позволяющие безопасно захоронить их.
В радиационных районах лес сохнет и горит. Но в прошлом году, по сведениям председателя экологического комитета Брянской думы Людмилы Комогорцевой, МЧС на противопожарную борьбу отрядило только 4 тысячи рублей:
- Десятки лесников - в опасности. Хотя бы об этих людях государство должно было бы подумать. Мы подготовили программу использования лесов радиационной зоны, она стоила 250 миллионов рублей. Но Министерство экономразвития дало отрицательное заключение: ведомство Грефа "переживает" за то, что мы не сделали экономического обоснования установки шлагбаумов. Это издевательство над людьми, которые здесь работают. Нужно сделать все, чтобы лес не стоял сухостоем как пороховая бочка.
- Радиационным районам позарез нужны льготы в виде дешевого сырья,- замечает председатель Злынковского райсовета Алексей Козлов. - А сейчас нас приравнивают к чистым землям. Мы готовы переработать лес, но нужны условия. Иначе жизнь, которая еще теплится в районе за счет леса, угаснет. Мы живем в резервации, а за это людям надо платить. Услышьте крик души!


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников