16 августа 2017г.
МОСКВА 
22...24°C
ПРОБКИ
4
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 59.65   € 70.00
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ОДНА НА ВСЮ АЛЕКСАНДРИЮ

Беляков Владимир
Опубликовано 01:01 01 Августа 2000г.

С Татьяной Николаевной Монти, дочерью русских белоэмигрантов, мы договорились встретиться в

С Татьяной Николаевной Монти, дочерью русских белоэмигрантов, мы договорились встретиться в холле гостиницы "Сесиль" в центре Александрии. Оглядываю холл. В углу у окна сидит за столиком немолодая красивая блондинка.
- Мадам Монти?
- Да, как вы сразу меня узнали? Видно, есть что-то в нас, русских, особенное?..
Присаживаюсь за столик, заказываю кофе, и Татьяна Николаевна начинает рассказывать о себе и своей семье.
- Я из семьи военных. Папа, Николай Михайлович Сериков, родом из Киева, был одним из первых в России военных летчиков. Мама - урожденная Андриевская, ее отец был генералом. В Египет попала со своими родителями, было ей тогда 18 лет.
Весной 1920 года в Египет прибыли на пяти кораблях с юга России свыше четырех тысяч беженцев - солдаты и офицеры разгромленной армии Врангеля и некоторые члены их семей. Поселили их сначала в палаточном лагере в местечке Телль аль-Кебир, на полпути между Каиром и Исмаилией, посреди пустыни. Там родители Татьяны Николаевны и познакомились. Вскоре русских беженцев перевели в лагерь в Сиди-Бишр под Александрией. Там зажилось веселее. Обосновались уже в казармах, а не в палатках. Ветерок с моря смягчал жару. И, что важнее всего, - рядом большой город, "северная столица" Египта, где можно было найти работу. "Русский по натуре не коммерсант, поэтому все начинания в этом деле не были успешными, - писал в изданной в 1936 году в Александрии на французском языке книжечке "Русские на египетской земле" эмигрант Дмитрий Фламбуриани. - Кондитерская фабрика, русские рестораны, табачные киоски и бутербродные лавки на пляжах просуществовали лишь несколько месяцев". Куда успешнее шла работа по найму. Бывшие русские офицеры стали шоферами, официантами, кондукторами в трамваях, а женщины работали горничными и медсестрами. Беженцы постепенно перебирались из Сиди-Бишр в Александрию.
- Выбравшись из "русского лагеря", бабушка с дедушкой уехали во Францию, - рассказывает Татьяна Николаевна. - А мама осталась. Работала гувернанткой в арабской семье, папа устроился шофером к какому-то вельможе. Тогда в Александрии жили почти две тысячи русских эмигрантов. Русской школы не было, я закончила французский лицей. Точнее, школа была, но только летняя. Преподавали нам не только русский язык, но и географию, историю, литературу. К сожалению, после того как умерли родители, по-русски я говорю очень редко, в основном по-французски. Но так приятно говорить на родном языке, когда встречаю соотечественника...
- А ваш муж?
- Первый был грек, нынешний - итальянец. Гражданство я приняла итальянское. Детей нет. В нашем положении эмигрантов не было никакой уверенности в том, что дети вырастут счастливыми. А без этого рожать не имело смысла.
- А вы где жили в детстве?
-Родители с группой других русских сняли виллу с большим садом. Жили бедно, но дружно. Вместе справляться с трудностями было легче. Все обитатели виллы были культурными людьми. С ними охотно общались другие иностранцы и образованные египтяне. Ходили друг к другу в гости, играли в теннис или в бридж. Так продолжалось много лет, пока не появился президент Насер. В 1952 году он совершил революцию и прогнал короля Фарука. Русские эмигранты не на шутку перепугались. Они уже пострадали от одной революции, в России, и боялись, что от египетской хорошего ждать тоже нечего. Люди стали уезжать кто куда - в Канаду, Австралию, Америку.
- Сколько же сейчас русских в Александрии?
- Я осталась одна, если, конечно, не считать сотрудников российского консульства и культурного центра.
- У вас есть родственники в России?
- Была мамина сестра, ее тоже звали Татьяна. Сначала они переписывались, а в 1922 году тетя попросила маму больше не писать, потому что это могло ей навредить. И целых полвека мы не знали, где она и что с ней. А потом она нашла нас сама, через Международный Красный Крест. В то время тетя Таня жила в Одессе одна. Она прожила очень несчастливую жизнь. Похоронила четырех мужей, детей не было... Хотела приехать к нам в Александрию в гости, но ей не разрешили. Сказали - раз одинокая и никто не может поручиться за то, что она вернется, - нельзя. Я ходила к консулу, в посольство - ничего не вышло. Потом хотели поехать в Одессу мама с папой. Им разрешили, но при условии, что они вернутся в Союз насовсем. Они же хотели только съездить в гости. Мама так и не увиделась со своей сестрой...
- Татьяна Николаевна, а где похоронены в Александрии наши соотечественники?
- На греческом православном кладбище, в Шетби. Хотите съездить туда?
- Конечно!
В левом углу греческого кладбища сооружен склеп. Над ним - часовня. На трех белых мраморных досках выбито более ста имен. "На чужбине усопшим - вечная память", - гласит надпись на часовне.
- В склепе покоятся те, чьи семьи не могли похоронить их в отдельных могилах, - поясняет Татьяна Николаевна.
Мы идем дальше по кладбищу.
- А вот здесь лежат люди побогаче, - говорит она, показывая на надгробья с русскими именами. - Их около 20. Вот и папа с мамой...
Мы останавливаемся возле могилы супругов Сериковых. На пути к выходу снова минуем русскую часовню.
- Смотрите! - восклицает вдруг Татьяна Николаевна. - А ведь часовня покрашена! И могилы все расчищены. Кто тут наводил порядок? - спрашивает она по-арабски подошедшего хранителя кладбища.
- Да из российского консульства приезжали, - отвечает он.
- Из российского консульства? - удивляется Татьяна Николаевна, и голос ее теплеет. - Ну, слава Богу, вспомнили...
- Знаете, о чем я очень жалею? - спрашивает уже в машине мадам Монти, и сама же отвечает: - О том, что мои родители не дожили до сегодняшних дней. Вот бы они порадовались тому, что нас, русских эмигрантов, на родине вновь считают своими...


Loading...



Фильм «Матильда» получил прокатное удостоверение. Ну как, смотреть пойдете?