02 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ОТ ВЕЛИКОГО ДО НЕСМЕШНОГО

Рычкова Ольга
Опубликовано 01:01 02 Августа 2006г.
Слово "философия" ассоциируется у многих со скучными лекциями по истмату и диамату, с пыльными томами Канта и Аристотеля, в которых накануне сдачи реферата лихорадочно выискивались нужные цитаты. Однако, даже выбросив студенческие конспекты, мы сталкиваемся с философией на каждом шагу. Например, открывая книгу - будь то научный трактат, модный роман или юмористический сборник.

"ТУРНИР ДВУХ УТОНЧЕННЕЙШИХ УМОВ"
Так назвал поэт Серебряного века Михаил Кузмин книгу "Переписка из двух углов". История ее необычна. Летом 1920 года два друга - писатели и философы Вячеслав Иванов и Михаил Гершензон - оказались в санатории "для работников науки и литературы", где они жили в разных углах одной комнаты. Однажды, в отсутствие соседа, Иванов решил поделиться с ним своими мыслями и оставил ему письмо. Гершензон ответил, когда Иванова не было дома. "Литературный диалог" настолько увлек, что его стали вести уже друг при друге - из двух углов.
Это не просто беседа, а спор о судьбах культуры. Вячеслав Иванов стоял на позициях религиозной философии ("Не может Бог меня покинуть, если я не покину Его") и благоговел перед мировым культурным наследием. Михаил Гершензон жаловался на непосильное бремя культуры, на усталость от знаний, полученных из чужих книг, а не из личного опыта и заслоняющих живую жизнь: "Я не сужу культуру, я только свидетельствую: мне душно в ней... Я знаю слишком много, и этот груз меня тяготит... Несметные знания, как миллионы неразрываемых нитей, опутали меня кругом...
Победителя в споре не было. Но людей, уставших от культуры и цивилизации, становится все больше и больше.
НЕВЫНОСИМАЯ ЛЕГКОСТЬ БЫТИЯ
"С ядом в крови, с изнеможением в кости нельзя выйти на свободу. И вера, и любовь, и вдохновение, все, что способно освободить дух, - все в нас заражено и болезненно..." - эти слова М. Гершензона мог бы сказать о себе Оскар Дюфрен, герой нового романа модного и скандального французского писателя Фредерика Бегбедера "Романтический эгоист". Когда-то Бегбедер успешно занимался рекламным бизнесом, написал об этом книгу "99 франков", после чего из рекламы его уволили. В "Романтическом эгоисте" главный герой - придуманный двойник автора. Он тоже "человек культуры": пишет романы, ведет в еженедельнике колонку в виде дневника, рассказывая о модных вечеринках, парижских знаменитостях, богемных тусовках, любовницах, друзьях и о себе, любимом... Точнее - нелюбимом: Оскар устал и от жизненной суеты (даже "отдых изматывает. Очень хочется отдохнуть от такого отдыха"), и от самого себя: "Боже, как я труслив, безволен, ничтожен! Как я себе надоел!" Он смотрит на жизнь с разочарованной усмешкой, но и с тайной надеждой: вдруг "в последнюю минуту перед взрывом кто-нибудь влюбится, и мир будет спасен".
Откровения циника-романтика автор преподносит легко и остроумно, рассыпая по страницам афоризмы: "Когда у меня начинается насморк, все думают, что я нюхаю кокаин. Вот что значит репутация". "Любопытная симметрия: Людо не хватает духу уйти от жены, а у меня не хватает духу себе жену завести. Мы две оборотные стороны одной медали по имени мужчина. Который не в состоянии сделать две вещи: уйти и остаться"...
Смех сквозь слезы и слезы сквозь смех - две оборотные стороны философии "романтических эгоистов".
ШУТИТЬ ПО-РУССКИ
"Издатели не читают книг: они их издают.
Критики не читают книг: они их просматривают.
Читатели не читают книг: они их покупают.
Вывод: никто, кроме писателей, книг не читает". Хорошо, если бы данный афоризм Бегбедера распространялся на сборник рассказов Евгения Шестакова "Пьяные ежики". Обложка сообщает, что автор - "серый кардинал российского юмора". Если судить только по этой книге - действительно серый. Наверное, кто-то сгибается пополам от хохота, читая, как "ежик пьяный, перед тем как жизнь лесную на уши опрокинуть, обычно подолгу бессмысленным взором в перспективу глядит. Часа два. Как наглядится, как у него к жизни лесной отвращение в полной мере созреет - так блюет ежик. Но не продуктами, коих потребление зимой сокращается, а словами ругательными..."
Допустим, что дико смешон стеб над многострадальным Ильичем (хотя "ленинская тема" вышла из моды) и его соратниками: "Сталин Свердлову рояль с клопами продал. Тот исхудал и помер". Но зачем издавать трехтысячным тиражом юморески типа "Дети, лес и Винни-Пух", цитировать которые можно только в очень тесном, очень нетрезвом и очень мужском кругу, пониманию не поддается. Правда, в начале книги читателя стыдливо предупреждают: "Некоторые рассказы содержат ненормативную лексику". А может, не стыдливо. Но "некоторые рассказы" лексику эту не просто содержат, а из нее состоят. Если заменить нецензурщину многоточиями, получится так: "И не хотел детей Винни-Пух. Но сердцу-то ведь, <...>, не прикажешь. А тем более <...>. И заимел детей Винни-Пух. Маленькие, <...>, такие. Сами маленькие, <...>, а глаза огромные. Глаза огромные, а не видят ни <...>.
А раз в книжке напечатано, то и вслух читать можно. С эстрады, по телевизору. "Все дозволено" - тоже философия. Правда, не все ее разделяют.
Благодарим книжный магазин "ПирОГИ на Зеленом - Творческие проекты клуба "Дебют" (Зеленый проспект, 5/12) за предоставленные книги.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников