Наташа Барбье: Нужно просто сделать первый шаг в приключение

По словам Натальи Владимировны, пока она путешествует, ремонт в ее московской квартире подождет

Ведущая программы «Идеальный ремонт» взялась делать еще одну – «В дорогу!» И теперь ее жизнь - сплошные разъезды


Ведущая программы «Идеальный ремонт» Наташа Барбье признается, что она — как тот сапожник без сапог: ее собственная квартира нуждается в ремонте, да все руки не доходят. Да и впрямь, когда его делать? Телеведущая и раньше не жаловалась на избыток свободного времени, а тут еще стала делать еще одну программу — «В дорогу!». И теперь ее жизнь — сплошные разъезды.

— С февраля вы ведете в новом проекте Первого канала «Живая жизнь» рубрику «В дорогу!» Как удается справляться с возросшей нагрузкой? Ведь ее и до этого хватало, не так ли?

— Я в принципе люблю работу, а если она еще и по душе, то усталость бывает лишь физическая. Ну что поделаешь, путешествия — это всегда пусть небольшая, но усталость. Ведь Конфуций писал, что если выбрать работу по душе, то не придется работать ни одного дня в жизни. Так что мне, можно сказать, повезло.

А программу про путешествия команда, с которой мы делаем «Идеальный ремонт», задумала давно, полгода назад мы даже пилот сняли. Собственно, с этого все и началось, пилотный выпуск всем понравился, и мы теперь не только ремонты делаем, но и рассказываем о разных замечательных местах в России и за ее пределами. Вот сейчас разговариваю с вами и параллельно думаю о том, что в чемодан бросить, — улетаем в Прагу...

Надеюсь, что смогу интересно показать и те края, где я уже бывала, и, конечно же, проложить новые маршруты. Мечтаю о Монголии и Кольском полуострове, о Камчатке и Вологде. О Марокко... Да везде хотелось бы побывать! Фокус программы в том, что это мое путешествие — человека, как теперь говорят, бодрого среднего возраста, когда все еще интересно и есть силы на поездки и нет никаких предрассудков: юрта — значит, юрта, на велосипеде — тоже хорошо, и все хочется попробовать. И то, что я пробую и делаю, доступно большинству, нужно просто сделать первый шаг в приключение.

— Вы рано начали путешествовать?

— Отец мой, Владимир Борисович Трое-польский, капитан 2 ранга, еще и замечательный яхтсмен, член первой яхтенной сборной СССР, основатель первого на Волге яхт-клуба. Поэтому мы с семьей много ходили на яхтах, по России, естественно, в те годы. На парусной яхте не плавают, а ходят, кстати. Он научил меня не бояться трудностей, а мама, Наталия Владимировна (мы с ней полные тезки), — адаптироваться и создавать комфортные условия везде, куда забросит путешествие. В любых обстоятельствах мама всегда была рядом с папой, всегда на яхте было чисто и вкусно, даже во время штормов. Она настоящая подруга моряка!

Мы два раза прошли на кораблях из Кронштадта, где я, кстати, родилась, до Саратова, где окончила школу, — а это пол-России водным путем! Первый раз я оказалась на яхте в два года, меня взяли с собой на регату на Балтике. Там разыгрался жуткий шторм, и мама привязала меня и себя к мачте, чтобы нас не смыло за борт. А моего старшего брата смыло, и мы за ним возвращались!

Родители и меня, и его приучали к неожиданным ситуациям — нас с ним обязательно выбрасывали в воду с яхты, совершенно внезапно, чтобы мы привыкали к любому повороту событий и не боялись, чтобы умели держаться на воде, пока не подоспеет помощь. Меня первый раз «крестили» так в Ладоге. Я этого не помню, маленькая была, но раз не боюсь воды, значит, правильно делали.

Эта детская закалка — а я еще обожала читать всякие инструкции, типа что делать, если ты потерялся в лесу, как построить шалаш и прочее полезное — очень помогает мне в жизни. По крайней мере не впадаю в истерику в экстремальных ситуациях и сначала действую, а переживаю уже потом...

— Какое ценное качество! Помогает не теряться не только в лесу, но и в жизни, и строить не только шалаши, но и карьеру. Вы окончили кафедру литературной критики и писали о литературе, потом об искусстве, затем об интерьерах, стали главным редактором первого в России журнала об интерьерах «Мезонин»... Не страшно было менять сферу деятельности?

— Всегда мне интересно начинать что-то новое и проверять себя — смогу ли? Запускать журнал «Мезонин», который я редактировала 18 лет, было нелегко, но увлекательно очень. Журнал пережил три экономических кризиса. Первый пришелся прямо на выход его первого номера. В конце августа 1998-го в киосках появился наш красивый журнал, на обложке которого было написано: «Осень, жизнь удалась!» А мне приходилось увольнять недавно нанятых сотрудников — до сих пор помню каждое увольнение. Я работала, взяв себя в руки, а дома рыдала, пока не становилось плохо, дело доходило до сердечного приступа и скорой помощи. Но мы же победили, журнал не утонул во время шторма.

И начинать программу «Идеальный ремонт» на Первом канале в 50 лет — тоже был вызов возрасту и предрассудкам, что, мол, пора на пенсию... Наши путешествия в программе «Живая жизнь» — еще одна проверка на прочность характера, ведь никогда не знаешь, что тебе встретится по дороге. Надо быстро соображать, нельзя капризничать, работаем мы без сценария, живь-ем. Но именно это и есть главное, что привлекает: это живое. Поэтому я в кадре разговариваю с оператором — он отличный товарищ и талантливый профессионал, Гафур Реджепов, мы вместе работаем уже лет пять, и шеф-редактор Ольга Ларченко, и продюсер Анна Маркарян — тоже полноправные путешественники и мои собеседники. Те, с кем я делю и дождь, и снег, и ветер. И солнце!

Вообще, это круто — видеть мир и учиться новому. Это, как говорят ученые, бодрит и молодит, нет времени и желания валяться на диване и стареть.

Надеюсь, наши зрители думают так же. Жаль только, что бабушка, Нина Константиновна Барбиер, в честь которой я взяла себе журналистское имя, эту программу уже не увидит — она умерла в возрасте 103 лет. Но она бы очень веселилась, когда ее смотрела. Она всегда считала меня самой авантюрной и смелой из всех своих внуков.

— Какая из фамилий вам сейчас ближе? Ваша отеческая — Троепольская — или та, под которой вас знают зрители?

— Обе. Отеческую я тоже очень люблю, дорожу ею и не стала бы менять, если бы не стечение обстоятельств. В 29 лет я работала в журнале «Огонек», была художественным критиком, и мне предложили сотрудничать с только что открывшимся журналом «Домовой». Подписываться той же фамилией, что и на основном месте работы, было неправильно, поэтому я взяла бабушкину, только правильно ее написала: последняя «р» во французской фамилии не должна читаться. А когда через полгода ушла из «Огонька», в «Домовом» сказали, что подписывать меня Наталией Троепольской они не станут — читатели привыкли к Наташе Барбье.

— Из-за нового «дорожного» проекта «Идеальный ремонт» отошел на второй план?

— «Идеальный ремонт» все равно остается главной работой, и я бесконечно радуюсь, когда нам удается улучшить жизнь и быт замечательных артистов... Самое сильное впечатление последнего года — ремонт для Сергея Юрьевича Юрского и Натальи Максимовны Теняковой. Масштаб личности и благородство невероятные! Юрский прожил лето на даче, которую мы с архитектором Олегом Карлсоном перестроили для них, и был очень рад и благодарен так искренне, как не часто бывает...

Так что на второй план отошли отпуска — времени на них почти нет. На любимую дачу — она у меня в деревне в Черногории — езжу очень редко. Но там живут мои родители все лето. Я к ним вырываюсь на несколько дней, достаю ситцевый сарафан из шкафа и варю варенье. Варю без рецептов, за что папа меня критикует. Он традиционалист, а я смешиваю все, что под руку попадется: апельсины, лимоны, орехи, инжир... Наша простецкая деревня меняется, в ней активно строят отели, и скоро ее станут называть курортом. Но мы в самом углу, под нами море и рыбаки, и оливы шумят, и море шумит, и книги любимые есть... Так что это по-прежнему место, в которое хочется возвращаться после путешествий.

— А в московскую квартиру не хочется?

— Хочется, конечно. И квартире хочется, чтобы я проводила в ней больше времени и уделяла ей больше внимания. Там пора делать ремонт, паркет уже не потрескивает, а трещит. Но знаете, сапожник без сапог. Я даже уже насобирала старинные лампы на блошиных рынках и ткани для новых штор. Но пока путешествую, ремонт подождет.




Кто, по вашему мнению, стоит за массовыми акциями протеста в Грузии?