СОВСЕМ СБРЕНДИЛИ

Бык, уязвленный воткнутыми в тело розовыми бандерильями, не испытывает такой ярости, какой были обуреваемы французские виноделы, узнав, что в порту бельгийского Антверпена обнаружили партию грузинского... коньяка. Казалось бы, в чем сыр-бор? Всего-то девять тысяч бутылок. Но для европейцев это дело принципа. Это касается права первородства и зарегистрированной торговой марки. В Евросоюзе, живущем строго по уставу и инструкциям, это еще и подсудное дело - чужой бренд не тронь.

Внесем ясность. Как называется напиток янтарно-золотистого цвета, имеющий мягкий вкус с оттенком ванили, изготавляемый путем двойной перегонки сухого виноградного вина с последующей выдержкой отгона в дубовых бочках? Верно - коньяк. Он назван так в честь городка Коньяк, что неподалеку от Бордо, в департаменте Шарант на юго-западе Франции. Никакой другой напиток, произведенный в иных географических широтах, не имеет права носить это гордое имя. Назовите бренди - и, пожалуйста, торгуйте себе на здоровье.
Бельгийские таможенники сделали стойку, обнаружив коробки с надписью "коньяк". Сопроводительные документы указывали на то, что к этому грузу имеют отношение как минимум три государства. Продавцы - грузины. Вывозом занимались почему-то болгары. А получателем значились граждане Латвии. Алкоголь везли не кратчайшим путем, а кругаля, через Бельгию.
При этом было непонятно, почему этикетки на бутылках были выполнены на русском языке. Ноэль Кольпен, бельгийский финансовый инспектор, так прокомментировал эти странности: "Поставка из Грузии предназначалась для "черного" рынка Латвии. Но почему нет? Вполне может быть, что после этого его должны были отправить и в Россию". Если версия верна, то грузины, видимо, хотели использовать Латвию в качестве "черного" хода или лаза для проникновения на российский рынок.
Остроумно, признаем, но только в этот раз не сработало. Коньячный контрафакт, как его расценили европейцы, доставили прямиком на завод по переработке мусора, где свалили в котлован. Крепкий напиток стоимостью 150 тысяч евро щедро пропитал бельгийскую землю.
Свидетели говорят, что представители французских фирм - производителей коньяка, которые и настояли на физическом уничтожении чужеродного им изделия, наблюдали за всей процедурой, не скрывая своего торжествующего злорадства.