10 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ФЕСТИВАЛЬ НАЗВАЛ ГЕРОЕВ И ПОДАРИЛ НАДЕЖДЫ

Павлючик Леонид
Опубликовано 01:01 03 Июля 2001г.
С "американскими горками" сравнивал конкурсную программу Московского международного кинофестиваля председатель отборочной комиссии профессор Кирилл Разлогов, обещая зрителям эмоциональные, жанровые перепады. Думается, все-таки уместнее было бы уподобить конкурс довольно гладкой, ровной и, увы, скучноватой степной дороге, где были, конечно, свои ухабы и ямы (как без них в России?), а вот особых пиков, взлетов не наблюдалось. Переводя с метафорического языка на обыденный, надо прямо сказать, что средний уровень конкурса по сравнению с предыдущими годами повысился, откровенных провалов было не так уж и много (я бы отнес к ним выморочную чешскую ленту "Убийцы и жертвы", слабенькую испанскую мелодраму "Прелесть моя", бессмысленно кровавый южнокорейский фильм "Реальный вымысел"), но и шедеврами Московский международный не побаловал...

В этих условиях перед жюри, возглавляемым немецкой актрисой и режиссером Маргарете фон Тротта, стояла довольно трудная задача: с одной стороны, выбирать особо было не из чего, с другой - надо было толково распорядиться небогатым призовым фондом, чтобы в потоке "середняка" заметить и отметить то лучшее, перспективное, что на фестивале все-таки было. По-моему, в целом со своей задачей жюри справилось, если не считать одного явно конъюнктурного решения, согласно которому приз за лучшую мужскую роль достался Владимиру Машкову, хорошему актеру, попавшему, увы, на сей раз в сомнительный проект, каковым является американо-немецкий фильм нашего соотечественника Сергея Бодрова-старшего "Давай сделаем это по-быстрому". Машков играет русского мафиози, который, обосновавшись на шикарной калифорнийской вилле, весь фильм мучается непонятной и недоступной нам экзистенциальной тоской. Его широкие купеческие загулы с водкой и икрой, проститутками и "русской рулеткой", приступами беспричинной ярости и необъяснимой нежности вызвали у журналистов, писавших о фильме, на редкость единодушную иронию, а вот жюри прониклось к исполнителю этой "бандитской саги" неожиданной симпатией. Подозреваю, не обошлось без влияния руководства фестиваля, которое устало отбиваться от прессы по поводу отсутствия в конкурсе российской картины. Решено было ответить "злопыхателям" с помощью международного жюри и самого Машкова, работающего в последнее время в Голливуде, но произнесшего при получении награды прочувствованную речь на тему, что он был и остается русским актером. Получилось, как мне кажется, чересчур пафосно и не очень убедительно...
Что касается японской актрисы Рии Миядзава, снявшейся в китайско-гонконгской картине "Пионовая беседка" и получившей приз за лучшую женскую роль, то она мила, одухотворена, ее красивое восточное лицо можно разглядывать часами. Но с не меньшим основанием могла бы получить награду и француженка Сандрин Боннер, старающаяся сыграть "поверх" текста в средней мелодраме "Мадемуазель", и хорошая польская актриса Дорота Ландовская, прожившая трудную судьбу своей героини в неровном, увы, фильме "Подальше от окна". Думается, жюри этим своим решением отметило не только и не столько актрису, сколько саму картину "Пионовая беседка", очень живописную, пластичную, пронизанную элегической интонацией и модными нынче лесбийскими мотивами...
Куда мудрее, как мне кажется, поступили арбитры творческого соревнования, присудив награду за лучшую режиссуру признанному мастеру мирового кино Этторе Скола за фильм "Нечестное состязание", рассказывающий о приходе фашизма в Италию. Это не самая яркая, не самая "выигрышная" картина в творчестве 70-летнего мэтра, автора таких шедевров, как "Необычный день", "Бал", "Терраса", "Семья", "Любовная страсть", но сделана она культурно, грамотно, местами по-настоящему пронзительно, в подлинную силу того Этторе Скола, которого мы помним и любим. Так что признанный корифей режиссуры, кстати сказать, давний друг нашей страны и Московского кинофестиваля, блеснувший здесь когда-то горьким и нежным фильмом "Мы так любили друг друга", свой приз вполне заслужил если не этой конкретной работой, то всей своей жизнью в искусстве. Жаль только, что маэстро, ретроспектива которого проходит нынче в Италии, не смог лично приехать в Москву. В этом случае, думается, его ожидали бы здесь более высокие награды и почести.
В его отсутствие борьба за "Золотого Георгия" развернулась между "первой леди иранского кино" Ракшан Бани Этемад, снявшей глубокую и честную, пронизанную любовью к простому человеку картину "Под кожей города", социальный пафос которой, правда, слегка подпортили чересчур "киношные" финальные ходы с наркотиками и погонями, и американским писателем, сценаристом, а теперь еще и режиссером Генри Бином, рассказавшим в фильме "Фанатик" историю некогда правоверного еврея, ставшего ярым антисемитом, идейным лидером фашистской группировки, который в финале, кажется, осознает гибельную пагубность своего заблуждения, успевая за пять минут до взрыва вывести из синагоги обреченных на гибель людей. Сам он останется в храме, чтобы, надо думать, таким образом искупить свою вину. На мой вкус, американский режиссер, обладающий жесткой и талантливой рукой, все-таки не до конца разобрался в этой "взрывоопасной" теме, во всяком случае, взаимоотношения главного героя со своей нацией, которые можно охарактеризовать понятием "любовь-ненависть", полны внутренних противоречий, смысловых недоговоренностей, не разгаданных мною загадок. Тем не менее картина обжигает новаторским жизненным материалом, высоким интеллектуальным напряжением, попыткой говорить о больном, злободневном, сегодняшнем, ее нельзя выбросить из головы сразу же после просмотра, как это хотелось сделать с доброй половиной конкурсных лент. Так что в итоге специальный приз жюри отошел иранской картине, а "Золотой Георгий" Маргарете фон Тротта, автор знаменитого антифашистского фильма "Свинцовые времена", вручила Генри Бину. Станет ли его "Фанатик" такой же классикой, как признанные творения самого председателя жюри, - покажет время.
Пока, к сожалению, призы Московского кинофестиваля мало что весят в мире. Они не влияют на прокатную судьбу фильма. Не повышают рейтинг режиссера у себя на родине. Не обеспечивают ему права на новую постановку. Поэтому так трудно формируется год за годом конкурсная программа киносмотра. И вся изобретательность отборочной комиссии, вся незаурядная харизма Никиты Михалкова не в силах что-либо изменить в этой поистине патовой ситуации. Так будет продолжаться до тех пор, пока наше кино не выйдет на международный рынок, пока не воспрянет наш внутренний рынок с его огромным зрительским потенциалом. Но такая перспектива проглядывает пока довольно смутно. Поэтому Московский международный обречен и впредь проходить под недовольное брюзжание прессы по поводу невысокого уровня конкурсной программы. Но "шоу должно продолжаться", как гласит запоминающийся рефрен в блистательном внеконкурсном фильме Бэза Лурмана "Мулен Руж", показанном на закрытии Московского международного. Шоу должно продолжаться, даже если пьеса плоха, артисты устали, режиссер спился, антрепренер изверился. Шоу должно продолжаться, пока в зале есть хоть один зритель... А зрители в этом году вновь потянулись в фестивальные залы, они были не только на каннских, венецианских, берлинских хитах, но, говорят, забредали даже на конкурсные просмотры. Так что десятидневное шоу под названием "Московский международный кинофестиваль" обязательно будет продолжено - оно ждет нас ровно через год.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников