03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДОБЕГАЛИСЬ ЗА "КЛИНСКИМ"

Полунин Андрей
Статья «ДОБЕГАЛИСЬ ЗА "КЛИНСКИМ"»
из номера 206 за 04 Ноября 2003г.
Опубликовано 01:01 04 Ноября 2003г.
Вот мы и добегались за "Клинским" - спасибо рекламе. За последние десять лет число подростков, регулярно прикладывающихся к бутылке, выросло втрое. Не нужно быть ясновидцем, чтобы предсказать судьбу многих из них. Веселая компания, сто граммов для куража... А в итоге - скучное заседание суда, где рассматривается дело несовершеннолетнего о раскуроченном ларьке или угнанной машине. И - здравствуй, колония. Впрочем, альтернатива, кажется, появилась. В Москве открылся наркологический диспансер N 12 для детей-алкоголиков, в том числе - правонарушителей. Наш собеседник - заместитель главного врача Инна БАУШЕВА.

- Инна Леонтьевна, нетипичный у вас какой-то диспансер: евроремонт, на каждого ребенка - двое взрослых из числа персонала. Простите, но уж больно показухой отдает...
- Все наши дети проходят через унижение, оскорбления, насилие. И привыкают с этим жить. Они и о себе говорят уничижительно: "я - дерьмо". Поэтому важно, чтобы у подростка было ощущение: место, где он находится, - часть нормального общества. Это помогает вернуться к адекватной оценке самого себя.
- Я слышал, дети с улицы к вам не попадают. Кто они, ваши пациенты?
- Подростки 12 - 14 лет. У большинства зависимость от алкоголя, от токсических веществ - клея "Момент", растворителей. Чаще всего их приводят родители. Мы бы брали ребят с улицы, но для этого нужна специальная служба, которая убеждала бы детей, что им нужно лечение, помощь психолога. Насильно изменить отношение ребенка к себе и окружающему миру нельзя.
Например, 14-летнего Антона к нам привела мама. Она воспитывала его в одиночку, отец давно с ними не живет. Антон рассказывал, в детстве папа однажды сводил его в кино. Очень яркое воспоминание - как папа сделал ему кораблик... Когда он ушел, мама вышла замуж вторично. Но с отчимом у Антона отношения не сложились. Происходили стычки, дошло до драки. Мальчик все больше времени проводил на улице. Впервые клей ему дал понюхать друг, сказал: "Будет по кайфу". Постепенно Антон дошел до того, что вынюхивал по два тюбика в день. Это привело к провалам памяти и психическим осложнениям, которые можно сравнить с врожденным слабоумием. Сейчас он путает названия улиц и московских пригородов, говорит односложно, с трудом формулирует простые мысли, желания. Хотя по личностным качествам Антон - добрый мальчик. Мечтает стать поваром...
- Чем они здесь занимаются?
- Проходят курс медикаментозного лечения в течение 45 дней. Но наша главная задача - избавить детей от заниженной самооценки, немотивированной агрессии. Мы предлагаем им множество игр. Например, перечислить те ценности, которые он считает важными в своей жизни. Это может быть что угодно - мороженое, прогулка, общение с друзьями. Потом нужно рассортировать их по значимости в порядке убывания. Такой тест помогает лучше понять себя. Кстати, на первом месте у большинства оказывается семья. Другая игра: подросток пишет на карточке, что он о себе думает и прикрепляет ее к груди. На спине - чистая карточка. На ней его товарищи по группе пишут то, что думают о нем. Именно в этой игре мальчик и написал о себе: "Я - дерьмо". А получил ответы: "Мне нравится с тобой дружить", "С тобой весело". Вы бы видели, как его корежило, когда он это читал. Это была зона конфликта: я не доверяю вашим словам, я плохой. Опыт позитивного принятия себя - тоже стресс для них. Хотя, по сути, ребенок "строит" себя по тому, как относятся к нему окружающие взрослые, в том числе учителя. Вы послушайте, как в школе педагоги говорят: "Ты двоечник, дубина, бездарь". Это же ужас какой-то. Если мама называет дочку "шалавой", та так себя и ведет.
- Что можно сделать, чтобы ваших потенциальных пациентов стало меньше?
- Наркомания, алкоголизм, проституция среди подростков - это уже последствия. За ними всегда стоит определенный социальный путь. И на всем его протяжении есть взрослые, которые могут и должны следить за развитием ребенка. Но у нас многое не определено законодательно. Должен ли, например, учитель сообщать в кризисный центр, что ребенок регулярно приходит на урок избитым? Кроме учителей, за подростком могут наблюдать милиция, эксперты по делам несовершеннолетних. Но ничего этого нет. И когда подросток совершает правонарушение - его отправляют в колонию. Но ведь к этому привела в первую очередь безответственность взрослых. Таких детей нужно не сажать за решетку, а реабилитировать. Должен быть суд, который в своем решении четко пропишет: что взамен наказания ребенок обязан сделать.
Мы у себя в диспансере, пока в качестве эксперимента, работаем с подростками-правонарушителями, которых направляет к нам Черемушкинский суд Москвы. Вот типичный случай: девочка выпила, попала в милицию, у нее нашли немного марихуаны. При этом она нуждалась в лечении: пробовала "тяжелые" наркотики. По приговору суда она обязана посещать диспансер пять раз в неделю в течение полугода - встречаться с врачом, психологом, заниматься в группе анонимных наркоманов. Сейчас реабилитация не закончена, но есть надежда, что у девочки все нормализуется.
Стране нужна сеть государственных организаций, которые бы занимались оказанием помощи подросткам. Не обязательно такая, как наша. Речь идет о кризисных центрах, которые бы отслеживали "трудных" детей, организовывали их досуг и общественную деятельность. Если мы будем уделять подросткам больше внимания, то алкоголиков и правонарушителей среди них станет значительно меньше.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников