05 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ЗАВЕДОМО РИСКОВАННЫЙ ПОЛЕТ

Лескова Наталия
Опубликовано 01:01 06 Февраля 2003г.
1 февраля 2003 года стало для американцев следующим после 11 сентября 2001-го днем национального траура. Как уже известно читателям, в этот день за 16 минут до посадки американский центр подготовки космонавтов потерял связь с шаттлом "Колумбия" с семью астронавтами на борту. Взрыв, причина которого до сих пор не ясна, унес жизни всех членов экипажа. Напомним, что это уже вторая подобная катастрофа шаттла: в 1986 году взорвался, но только при запуске, его "близнец" "Челленджер". Тогда тоже погибли все семь человек, находящиеся на борту. Расследование причин катастрофы заняло почти два года, но окончательного ответа найдено так и не было. Стала ли нынешняя авария повторением предыдущей или у нее совсем иные причины, что ждет мировую космонавтику в ближайшее время, станет ли Россия мировым космическим лидером или космонавтика будет вообще "заморожена" на несколько лет? Об этом (и другом) мы решили расспросить известного российского академика, бывшего директора Института космических исследований РАН Роальда Сагдеева, который, покинув родину в 1990 году, стал ведущим консультантом НАСА и профессором Мэрилендского университета.

- Роальд Зиннурович, стала ли эта трагедия для вас полной неожиданностью?
- У меня было, что называется, нехорошее предчувствие. Трудно проверить это ощущение расчетами. Хотя у специалистов НАСА есть такое понятие, как "вероятность несчастного случая". Так вот, для шаттла эта вероятность была довольно высока - приблизительно один случай из двухсот. Однако судьба как будто благоприятствовала шаттлам: из 120 запусков лишь один - "Челленджера" в 1986 году - закончился провалом. Для космонавтики такой процент несчастных случаев считается невысоким. Однако попробуйте объяснить это родным и близким погибших...
- Вы делились своим предчувствием с руководством НАСА?
- Да, и я, и многие специалисты в области космических исследований все время твердили "наверху", что шаттл ходит по острию ножа. Ведь это - очень сложная система, сочетающая в себе элементы, которых в другой космической технике просто не существует. Многоступенчатая система запуска, маневрирования на орбите, входа в атмосферу и посадки, как у гиперзвукового планера... Эта система уникальна. Именно этот момент и тормозил приостановку программы.
- Вспоминается ситуация с печально известной российской станцией "Мир". До последнего момента были серьезные противники ее спуска на дно морское: дескать, она может еще послужить науке и людям. Американцы тогда настаивали на потоплении станции из-за ее изношенности. А ведь "Мир" был моложе шаттла "Колумбия" на девять лет...
- Конечно, станцию "Мир" можно было эксплуатировать еще долго. Однако любая техника имеет предел возможностей - и старый автомобиль, и космическая станция, и многоразовый корабль. Поэтому я считаю, что с "Миром", отслужившим свой ресурс, было принято правильное решение. А вот с шаттлом действительно тянули слишком долго. "Колумбии" исполнилось уже 20 лет, эксплуатация такой техники - дело рискованное.
- Выходит, и для американцев актуальна пословица: пока гром не грянет...
- Увы. Но ситуация не однозначная. Специалисты НАСА работают в жестких рамках урезания финансирования космических программ. В этих условиях сложно застраховаться от возможных неудач.
- Неужели в Америке те же проблемы, что и у нас: недостаток бюджетных средств, недостаток финансирования?
- Смотря на какие цели. После трагедии с "Колумбией" Белый дом обратился с предложением выделить НАСА дополнительные средства в размере 470 миллионов долларов - специально на ускорение работ по новому виду транспорта.
- Немало...
- Казалось бы. Но вот результаты первых, весьма приблизительных оценок того, сколько стоит война в Ираке: речь идет о суммах в миллиарды долларов. Ну и сравнивайте.
- Теперь, после этой трагедии, программа запуска шаттлов, как утверждают, будет приостановлена на длительное время. Означает ли это, что основная нагрузка ляжет на плечи российской космонавтики?
- Удача программы Международной космической станции состоялась в том числе и благодаря участию России с ее кораблями "Союз" и многократно хорошо показавшими себя грузовиками "Прогресс". Конечно, по грузопотоку это более скромный канал связи: если шаттл мог доставить на борт более 20 тонн грузов, то "Прогресс" - три тонны. Но в аварийных условиях это - спасительный канал связи, который будет поддерживать жизнь на станции. Конечно, это стоит денег, и вопрос инвестиций сейчас встал перед всеми странами - партнерами МКС. От их решения и зависит будущее мировой космонавтики.
- Ведутся ли сейчас переговоры о том, какими конкретно денежными средствами Америка готова помочь России?
- Разговоры об этом начались задолго до катастрофы. Уже год назад было ясно, что корабли "Союз" сыграют в судьбе МКС значительно более важную роль, чем предполагалось вначале. Однако все оставалось на уровне разговоров. Тому были свои причины: смена в руководстве НАСА, распоряжение конгресса проверить "бухгалтерию" МКС - было подозрение, что на станции серьезный перерасход... Существовали и чисто политические препятствия, связанные с тем, что Россия строит в Иране атомную электростанцию.. До остального, как говорится, руки не доходили. И только сейчас наметились конкретные сдвиги. Нашу ракетную технику "увидели" и оценили. Конкретных цифр я назвать не могу. Одно ясно: денег должно быть столько, чтобы их хватило для дела.
- Но ведь наши корабли "Союз", как вы уже сказали, недостаточно грузоподъемны. Значит ли это, что серьезные научные исследования будут заморожены, останется лишь, как говорят некоторые российские ученые, "мелочь"?
- В науке "мелочей" нет. Даже на малогабаритной аппаратуре можно проводить очень интересные, важные эксперименты, например, в области материаловедения. Есть и еще одна возможность: использование для доставки новых грузов российского ракетоносителя "Протон", с помощью которого, кстати, и был выведен на орбиту первый модуль МКС.
- Роальд Зиннурович, сознайтесь: в глубине души вы рады, что у российской космонавтики появился шанс возродиться?
- Это было бы кощунством - радоваться. Все мы потрясены случившимся, и, я уверен, то же самое чувствует остальное разумное человечество. Я думаю, что если Россия сможет в этой ситуации протянуть руку помощи американским коллегам, то это будет прекрасный и благородный жест. Это укрепило бы дружеское расположение не только между двумя нашими народами, но и между всеми странами - участниками международных космических программ.
- Есть ли у вас личное мнение: какова же все-таки причина катастрофы?
- Сейчас новые сообщения на эту тему появляются буквально каждый час. Я, как и большинство экспертов НАСА, прихожу к выводу, что кусок пенопласта весом до 20 килограммов, оторвавшийся на огромной скорости от носителя во время старта, мог привести к очень серьезным повреждениям. Скорее всего, он и стал впоследствии причиной катастрофы.
- Роальд Зиннурович, вы - ученый с мировым именем, один из инициаторов создания МКС, недавно, в конце января, встречались в Москве с президентом Путиным и обсуждали будущее этой станции, другие проекты. Принимали от него поздравления с днем рождения... И, конечно, не знали, что случится неделю спустя. Несмотря на трагедию, поздравляем вас с днем рождения и мы. Хотите что-то еще сказать читателям "Труда"?
- Да, хочу. Несмотря на очень тяжелую ситуацию, никто не говорит о прекращении программ космических исследований. И это уже хорошо. Оптимизм - великая вещь. Мне кажется, не имея этой черты характера, человечество уже вымерло бы... Оптимизма я желаю и читателям "Труда". А еще я хотел бы передать привет всем тем россиянам, которые помнят и знают меня по работе в ракетно-космической отрасли, которой я посвятил всю свою жизнь. Это талантливые, самоотверженные люди.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников