05 декабря 2016г.
МОСКВА 
-4...-6°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 63.92   € 67.77
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДАЛЬШЕ ЕХАТЬ НЕКУДА

Князев Владимир
Опубликовано 01:01 06 Октября 2004г.
В тот день в селе Красное были похороны. Скоропостижно скончалась женщина. "Скорую" ждали очень долго, - едва сдерживая слезы, рассказывает вдовец Владимир Суслов. - Нет, медики не виноваты. Удивительно, что они вообще смогли ночью к нам добраться. Но опоздали".

Село Красное - не какая-нибудь глушь, оно находится всего в 15 километрах от областного центра. Но дорога до него, как и до соседних деревень, - словно полигон для испытания танков. В непогоду этот отрезок можно преодолеть только на тракторе. И то упрешься в полуразрушенный мост. Ехать по нему - значит рисковать жизнью. Бригада "скорой" пошла и на этот риск...
"А чтобы получить свидетельство о смерти, надо было свозить покойную на судмедэкспертизу в Иваново, - продолжает Владимир Суслов. - Но моста-то нет. Решили на машине доставить тело до реки, на руках перенести на другой берег, а там уже на второй машине продолжить путь. Потом предстояло все повторить в обратном порядке. Это ж издевательство над родственниками и над покойной". Впрочем, здравый смысл восторжествовал: милиция согласилась на месте дать заключение о смерти.
А в соседней деревне Скалозубка загорелся дом Беляковых. Рассчитывать в этой ситуации на помощь односельчан не приходится. Здесь хотя и проживает больше тридцати семей, но в основном старики. "Чтобы вызвать пожарных, "скорую" или милицию, - говорит погорелец Иван Яковлевич Беляков, - надо бежать в соседнюю деревню несколько километров: телефона в Скалозубке нет". Как и медпункта. Правда, раз в неделю сюда добирается фельдшер. Да дважды в неделю привозят хлеб и другие продукты первой необходимости. Но когда сломались оба моста, деревня почти три недели сидела без хлеба.
"В общем, когда пожарные к нам все же явились, от дома остались одни дымящиеся головешки, - вздыхает Иван Яковлевич. - Ведь в деревне нет ни одного колодца - воду для питья из ключа берем. Хорошо, огонь на соседей не перекинулся". А раньше были в деревне и телефон, и магазин, и школа, и клуб. Сам Беляков всю жизнь проработал здесь киномехаником, а жена - библиотекарем. Но молодежь уезжала, старики умирали - и деревня стала угасать. Взялся Иван Яковлевич сам рубить новый дом, серьезно поранил топором ногу. Так даже врача не вызовешь.
Сколько ни обращались жители заброшенных деревень за помощью и к местной власти, и к областной, ответ один: не хватает денег. Что и говорить, ивановский бюджет - один из самых бедных в России. Об этом сельчане знают, одного в толк не возьмут: почему власть не использует реальные возможности для его наполнения? Все видят, сколько леса (деловой древесины!) ежедневно вывозится из области. Лесные богатства разворовываются просто варварски. Счет идет на тысячи кубометров. Причем именно тяжелые лесовозы разбили и мосты через речки, и некогда асфальтовую дорогу, которая связывала Красное и Скалозубку с областным центром. Вереницы машин, груженных лесом, движутся по трассе в сопровождении дорогих иномарок. Местные жители, провожая их взглядом, резонно спрашивают: почему с хозяев лесовозов не потребуют плату за разрушенные мосты и дороги? И почему власть беспомощно смотрит на то, как из области утекают живые деньги? Впрочем, у деревенских и ответ наготове: видно, сами чиновники что-то от этого имеют. Иначе бы не позволили наживаться на бедной области.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников