25 сентября 2016г.
МОСКВА 
11...13°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 63.86   € 71.59
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ХЕМИНГУЭЙ - ДЛЯ БЕДНЫХ ИЛИ ДЛЯ БОГАТЫХ?

Павлючик Леонид
Опубликовано 01:01 07 Апреля 2000г.
Когда Никита Михалков получил в 1995 году Оскара за фильм "Утомленные солнцем", его встречали в аэропорту десяток друзей да несколько телекамер. Не было всенародного ликования, сюжетов по всем телеканалам, приветственной телеграммы от самого президента - словом, всего того, что обрушилось в одночасье на неведомого доселе большинству россиян Александра Петрова - режиссера анимационного фильма "Старик и море", тоже удостоенного на днях Оскара.

С одной стороны, хорошо, что за истекшие пять лет мы научились радоваться успехам своих соотечественников. Хуже, как мне кажется, то, что небывалый взрыв патриотического восторга возник в связи с картиной, сделанной Петровым в Канаде, на тамошние деньги, да и вдобавок целиком сориентированной на западный рынок, на западного зрителя. В то время как его блестящие ленты, поставленные в России, по-прежнему мало кому известны.
Не были они известны, каюсь, и автору этих строк. Но в связи с оскаровским триумфом Петрова все его работы, включая двадцатишестиминутный фильм "Старик и море", показали на днях в Центральном Доме кино. Публики набился полный зал, благодарные синефилы, отчаянно нарушая все правила пожарной безопасности, сидели на ступеньках, стояли в проходах, чуть ли не висели на люстрах. На премьеру прибыл сам виновник торжества, который, надо отдать ему должное, вел себя скромно, даже застенчиво, пытаясь все время сказать, что он просто потихоньку работал и ничего такого выдающегося не сделал...
Сделал. Может быть, сам о том не догадываясь.
Нельзя, например, без слез в горле смотреть его анимационный шедевр "Корова" - любовное переложение платоновской прозы, вместившее в десяти минутах экранного времени "всечеловеческую отзывчивость" и боль писателя. Нельзя без нравственного содрогания погружаться в мрачные глубины смятенного духа, что явил нам режиссер в экранизации рассказа Достоевского "Сон смешного человека". Наконец, нельзя не залюбоваться гармоничной и горькой притчей "Русалка", которая завораживает лазоревой озерной синью, но и манит тайными, порой мутными глубинами, которые есть, как мы хорошо знаем, в самых тихих омутах...
Все три российские работы Петрова явили нам режиссера-аналитика, режиссера-философа, который в "несерьезном" жанре анимации глубоко копает, мучаясь теми же "проклятыми" вопросами, что не давали покоя самым крупным российским мыслителям.
Не то мы видим в "Старике и море" - самой на сегодняшний день (и на многие дни и годы вперед) знаменитой работе Петрова. В ней он отказался от присущего ему метафорического киноязыка, равно как и от любого иного авторского начала, которое столь явственно проступало в прежних его работах. В своем заокеанском "мультике" он, скорее, пересказывает на экране широко известный сюжет Хемингуэя, нежели создает новую кинематографическую реальность. Фантастической симфонией красок он, скорее, "оживляет" текст, нежели пытается выявить спрятанный в нем подтекст. Масштабом роскошной "картинки" он, скорее, потрясает воображение простодушных зрителей, нежели удивляет знатоков глубиной проникновения в строгую и мудрую философию американского классика.
Очень синее море. Очень розовые облака. Очень зеленые пальмы. Очень звездное небо. Очень большая (прямо как в фильме "Челюсти") рыба. Очень правильный мальчик. Очень чистенький старичок Сантьяго, который умудрился совершить в фильме свой человеческий подвиг, не уронив в лазурную гладь океана ни соленой капли пота, ни соленой капли крови, ни соленого даже словца. Получился благостный, прилизанный, отдающий ландрином Хемингуэй, которого режиссер мастерски "адаптировал" для массовой западной аудитории, давно уже предпочитающей комиксы и дайджесты серьезной литературе. Горький парадокс наших дней: надо было уехать на два года в Канаду, снять там самый свой "проходной", хотя и самый технически виртуозный фильм, чтобы стать наконец "пророком в своем Отечестве". Кто на очереди?


Loading...

Дело о миллиардах полковника Захарченко вышло на международный уровень: к расследованию подключилась ФРС США.