04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ГЕННАДИЙ ТРОШЕВ: Я ЗА АРМИЮ ПРОФЕССИОНАЛЬНУЮ, НО НАРОДНУЮ

Гаврилов Владимир
Опубликовано 01:01 07 Октября 2003г.
Геннадия Трошева нашим читателям представлять не надо. Боевой генерал прославился не только успешными операциями против крупнейших группировок чеченских боевиков, но и смелыми, острыми суждениями о судьбе страны, бедственном положении армии. При этом Трошев - подлинный патриот и государственник. В беседе с корреспондентом "Труда" он поделился своими взглядами на военную реформу, проанализировал обстановку в Чечне и затронул некоторые другие проблемы.

- Почему-то о ходе реформирования Вооруженных сил чаще рассуждают политики, ученые, даже деятели искусств, а не сами военные. Что думаете о настоящем и будущем армии вы - человек, обладающий боевым опытом, командовавший тысячами людей?
- По-моему, мы опять поставили телегу впереди лошади. Да еще удивляемся, почему так медленно едем. Твердо убежден, что реформа не пойдет, пока мы не изменим отношение общества к армии. В начале 90-х, после печально известного ГКЧП, Вооруженные силы вдруг перестали пользоваться уважением в стране. Хотя никакой вины за нами не было. Политиканы просто пытались использовать армию как козырную карту в своих играх. Помню, как нелегко было появляться в форме на улице. Могли оскорбить, унизить, обозвать дармоедом. И это делалось с молчаливого согласия руководства государства. Отсюда, собственно, и начался развал Вооруженных сил. А что творилось с началом первой чеченской кампании? Правозащитники в глаза называли нас "убийцами" и "оккупантами". На офицеров и солдат вылили столько грязи, что выдержали очень немногие. Начался массовый исход лучших военных кадров. И опять же это было абсолютно несправедливым в отношении людей, которые выполняли приказ. Впрочем, тех, кто не уходил сам, увольняли по сокращению штатов.
Все расставила по местам лишь вторая чеченская война. Со мной можно спорить, но я привык называть вещи своими именами. Это была именно война: мы вынуждены были защищаться от нападения, пусть не извне, а изнутри, защищать целостность России.
И вот тут-то выяснилось, что воевать, по сути, уже нечем. Нам противостояла в общем-то кучка боевиков - пусть даже 20 тысяч. Правда, неплохо обученных на деньги разных экстремистских организаций, хорошо вооруженных "подаренным" им в результате каких-то непонятных политических игр российским оружием. Но чтобы разгромить бандформирования, мы собирали забайкальских танкистов, североморских морских пехотинцев, десантников Псковской дивизии ВДВ, мотострелков из Московского округа и даже снайперов-якутов с Дальнего Востока. Статистика - упрямая вещь, и она свидетельствует: с 1999 по 2001 год в Чечне побывал каждый четвертый солдат и офицер Сухопутных войск. Но это был только один локальный конфликт. Можно догадываться, чем закончилась бы для обескровленных бездумными сокращениями, униженных, обнищавших Вооруженных сил полномасштабная война. И не надо мне говорить, что никто на нас нападать не собирается. Сегодня, может быть, и нет. Но кто даст гарантии, что будет завтра? Сильное государство должно иметь сильную армию. Это аксиома.
- Но сейчас, похоже, общество прозрело. На Вооруженные силы обращается гораздо больше внимания.
- Да, руководители государства, и прежде всего президент России, всерьез озабочены положением в военной сфере. Но разрушить легко, а для восстановления требуется много времени и средств. Только решив первую задачу - восстановив былое единство армии и народа, вернув ей уважение, можно браться за вторую - укрепление офицерского корпуса. Сейчас в военные вузы конкурс есть, но идут туда юноши зачастую лишь за хорошим бесплатным образованием или чтобы срочную не служить. Каждый третий-четвертый выпускник военных институтов, едва выйдя за ворота вуза, тут же пишет рапорт на увольнение. А иначе что у него впереди? Профессия военного не престижна. Получает офицер жалкие крохи за труд, который в десятки раз сложнее любой гражданской профессии. Да еще грудь под пули подставляет, зная, что на положенную в случае его гибели пенсию жена даже ребенка не сможет прокормить. Вот вполне конкретные расчеты. Командир взвода в ростовском гарнизоне получает сейчас на руки 4575 рублей. Прожиточный минимум на семью из двух человек составляет 3120 рублей. Есть ребенок - накинем еще 1340 рублей. Если снимать квартиру - это стоит 2000 рублей минимум. Да за коммунальные услуги - 500. Сколько набежало? 7160 рублей в месяц. И живи, как хочешь!
Вы сделайте так: уехал офицер на месяц, на год, воюет он или выполняет учебно-боевую задачу - душа у него спокойна. Семья окружена заботой, жилье есть, жалованья хватает на достойную жизнь. Тогда в военные вузы очередь будет выстраиваться из лучших парней, которые мечтают связать свою жизнь с Вооруженными силами. Ведь офицер - это соль армии, носитель традиций, воспитатель. У нас же сейчас первичные офицерские должности в частях заполнены на 25 процентов. Дыры затыкаем "двухгодичниками", которые военное дело знают хуже солдат.
- Однако сегодня часто говорят, что профессиональной армию можно сделать, лишь укомплектовав солдатами-контрактниками.
- А сейчас у нас армия любительская что ли? Кто-то просто пытается играть терминами и бездумно копировать иностранный опыт. Да, в богатых США солдаты служат за большие деньги. Но попробуйте им задержать жалованье и послать в бой - откажутся.
Я ратую за армию профессиональную, но народную. Она всегда была у нас такой. Родину защищают не за деньги. Мой взгляд на контрактную службу: основная масса солдат - призывники, четвертая часть - контрактники. Отслужившие по призыву - это мобилизационный резерв страны. А по контракту надо набирать людей, тоже полностью отслуживших срочную службу, имеющих жизненный опыт. Они станут командирами отделений, заместителями командиров взводов, старшинами рот и будут работать на самой сложной технике, учить молодых солдат. Тогда и боеготовность будет высокой, и о дедовщине все забудут.
И не надо называть офицеров военнослужащими по контракту. Офицер - это призвание, а не какая-то работа от "сих" и до "сих".
Пора понять, что введение комплектования на основе контракта - не панацея от всех бед Вооруженных сил. Чеченская война это показала. Набрали мы туда контрактников и схватились за голову. Из десяти лишь два-три - нормальные солдаты. Остальные - люмпены, пьяницы. Они на гражданке никому не были нужны и пошли не страну защищать от экстремистов, а за "длинным рублем". И много таких по дури попали в плен, погибли. Надо учитывать и такой опыт.
- Военная реформа предполагает техническое переоснащение Вооруженных сил. Но дело двигается как-то медленно...
- Это еще одна наша беда. Смешно говорить о создании современной высокопрофессиональной армии, когда возраст танков, БМП, вертолетов в большинстве частей исчисляется 20-30 годами. Эту технику давно пора отвезти на свалку. В Чечне старший летчик вертолетного полка Герой России Александр Дзюба рассказал мне как-то, что их называют "камикадзе". Потому, что летали они на машинах, которые в любую минуту могли развалиться в воздухе от ветхости. Но устарела эта техника не только физически, но и морально. Ведь большинство новых разработок из-за отсутствия средств так и остается в чертежах. На английском авиасалоне "Фарнборо Интернэшнл" наши авиаконструкторы с горечью говорили мне: "Вы не знаете, какие лежат у нас под сукном фантастические разработки, для реализации которых просто нет денег". Зато то немногое, что мы все же выпускаем, тут же продается за границу.
Впрочем, у этой проблемы есть еще одна сторона. Даже та старая техника, вооружение, которые есть, до недавнего времени простаивали. Боевая учеба свелась к минимуму. Механику-водителю танка, скажем, удавалось сесть за рычаги в лучшем случае раз в месяц. Денег не хватало и на это. Но такая экономия весьма сомнительна и может обернуться большой кровью. Говорю это опять же, исходя из опыта чеченской войны. Правда, благодаря президенту сейчас положение выправляется. Учения в войсках проходят почти ежемесячно. Достаточно вспомнить недавние крупные маневры на Дальнем Востоке.
- Раз вы опять упомянули о своем чеченском опыте, то скажите, когда там перестанет литься кровь?
- Я твердо убежден, что сегодня на территории Чечни войны нет. И нет ее уже два года - с тех пор, как федеральные силы уничтожили крупные бандформирования. Остались отдельные группки, отдельные бандиты. Те, кому прощения не будет ни при каких обстоятельствах. У них руки по локоть в крови. Тот же Масхадов приказал в марте 2002 года своим боевикам активно использовать при проведении терактов в Чечне отравляющие вещества. На трупе его верного "соратника" Чалаева были найдены несколько расфасованных упаковок сильнодействующих ядов. Все эти "непримиримые" бандиты будут время от времени нападать на подразделения федеральных войск, чеченскую милицию, грабить и убивать мирных жителей.
Но наступит момент, когда у них земля начнет гореть под ногами и все их амбиции обратятся в прах. Имею в виду выборы президента Чеченской республики. Это я заявляю как человек, выросший на Кавказе, и участник обеих чеченских войн. Народ ведь не обманешь. Он уже насмотрелся на "борцов за независимость", наслушался их посулов. Ничего, кроме страданий, они ему не принесли. Люди устали. Им нужен руководитель-опора. Законно избранный президент станет подлинным хозяином республики.
Не надо себя обманывать. Ни Гелаев, ни Басаев, ни Масхадов не побегут. И местные жители их не выдадут. Это для нас они бандиты и убийцы, а для чеченцев каждый из них чей-то брат, сын, отец, друг. Их будут кормить, лечить, прятать. Тем более что в горно-лесистой республике полно укромных уголков. Но жизнь их уподобится жизни затравленных волков. И конец будет такой же.
- Вы сейчас занимаетесь проблемой становления казачества. Может быть, казаки и станут самыми лучшими солдатами-контрактниками? Да и стабилизации обстановки в Чечне они могут посодействовать?
- Когда президент поручил мне быть, по сути, его представителем среди казачества, я подумал - это знак. Значит, и он верит, что с возрождением этого сословия начнется новая страница в истории России. Ведь казаки всегда были оплотом державы. Они первыми вступали в бой с врагами страны, селились вдоль ее границ и охраняли их, наводили порядок во время смут. Казаки возрождаются, чтобы возродить Россию. Они хотят, чтобы наш народ жил так, как он того заслуживает. А наш народ всегда был великим тружеником и гуманистом. Я помню, как мои деды, отец учили меня быть честным, трудиться на совесть, заступаться за слабых, делиться последним куском с обездоленным. Все это в традициях казачества. Его численность сегодня превышает 700 тысяч человек.
Что касается контрактной службы в армии, то потянутся на нее казаки - хорошо. Но они уже сейчас делают огромное дело, собирая в казачьи кадетские корпуса ребят, брошенных родителями, круглых сирот, тех, у кого отцы погибли в Чечне. И эта инициатива находит поддержку у местных властей. Уверен, что мальчишек воспитают настоящими патриотами Родины, готовыми стать на ее защиту.
В Кавказском регионе активно работает Терское казачье войско. Это большое общественное объединение, насчитывающее около 190 тысяч человек. Им руководит казачий генерал Василий Бондарев. Он же является секретарем Совета по экономической и общественной безопасности Ставропольского края. Кстати, именно здесь мы провели первый Большой круг казаков России, в котором участвовали представители 83 субъектов страны. Так вот, казаков этого войска, несмотря на то, что многие погибли или вынуждены были уехать, в Чечне достаточно. Они многое делают, чтобы мирная жизнь вернулась в этот многострадальный край. Но если речь идет о том, чтобы превратить казачество в Чечне в вооруженную организацию, то я категорически против. Сила казаков в их традициях. Они сохранили то, что потеряно многими другими слоями населения - веру в Бога, Отечество и президента. Это главное.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников