04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ИРАК: ЧАСОВОЙ МЕХАНИЗМ ЗАПУЩЕН

Никонов Вячеслав
Опубликовано 01:01 08 Февраля 2003г.
В среду весь мир ждал от госсекретаря США Колина Пауэлла доказательств наличия у Ирака оружия массового уничтожения. После его выступления те, кто верил, что Саддам Хусейн водит международных инспекторов за нос, убедились в своей правоте. А кто верил в непорочность иракского диктатора - в своей.

Вопрос о том, есть ли у Багдада запрещенное оружие, превратился в предмет веры, а не объективного знания. Я, например, полагаю, что ядерного оружия быть не может, так как атомные объекты Ирака были уничтожены израильтянами и американцами еще в 80-х - начале 90-х годов. А вот химическое, которое Саддам Хусейн применял против курдов и иранцев, и бактериологическое оружие у него всегда было, и нет никаких документальных свидетельств его уничтожения. Но кто как думает, уже не имеет большого значения...
Американцы приняли решение о начале военной акции, и как было заявлено на встрече президента Джорджа Буша-младшего и британского премьера Тони Блэра, счет пошел уже на недели, а не на месяцы. До середины марта все начнется - дальше погода будет мешать. Американцы не для того столько месяцев готовили мировое общественное мнение и стягивали десятки тысяч солдат на Ближний и Средний Восток, чтобы потом сказать, что они были не правы, передумали, а Саддам - почти небесное создание и пусть себе живет в своих дворцах.
Остановка военной операции теоретически еще возможна. Но для этого Хусейн должен либо скончаться, либо куда-то срочно эмигрировать из страны вместе с чадами, домочадцами и свитой. Ни того, ни другого, похоже, не произойдет.
Позиция Совета Безопасности ООН, который только и может в соответствии с нормами международного права санкционировать применение силы против суверенных государств, Вашингтон уже не остановит. Да, США хотели бы иметь резолюцию СБ, прямо санкционирующую удары по Ираку. Но ее, судя по всему, может и не быть. Резолюция считается принятой, если за нее голосуют 9 членов Совбеза из 15, и при этом ни один из пяти постоянных членов не накладывает вето. Но сейчас у Америки четыре твердых голоса (свой, Великобритании, Испании и Болгарии), а от трех постоянных членов нельзя исключать вето (Франция, Россия, Китай). Убежден, что если ситуация не переломится и США не будут заранее твердо уверены в успехе при голосовании, они просто не станут предлагать на рассмотрение какую-либо новую резолюцию. Они вполне могут сослаться на предыдущее решение Совбеза N 1441, которое содержит пассаж о возможности использования военной силы, если Ирак не будет сотрудничать с международными инспекторами. Правовые основания для ударов, скажем, по Югославии были ничуть не более убедительными.
Война будет, и, по оценкам военных экспертов, продлится недолго. Американская военная машина возьмет верх.
Что в такой ситуации делать России, которая оказывается в самом сложном положении из всех стран, прямо не вовлеченных в конфликт? Мы не должны бежать впереди паровоза, поддерживая любые американские акции, как это делают сейчас, например, все наши бывшие друзья по соцлагерю, которым срочно нужно вступить в НАТО. Прямая солидарность с американцами способна создать нам проблемы в отношениях с ключевыми европейскими и азиатскими партнерами, настроенными против войны, а также внутри страны - с мусульманским населением, часть которого может проявить солидарность с иракскими единоверцами. А у нас и так хватает проблем в Чечне и из-за Чечни. Кроме того, России война в Ираке экономически невыгодна. Под большим вопросом окажутся иракский долг нам, долгосрочные контракты российских нефтяных и других компаний, а после американской победы на мировой рынок хлынет конкурирующая с нашей нефть. Не в интересах Москвы создавать еще один прецедент силовых действий вне рамок международного права.
В то же время нужно ясно отдавать себе отчет, что ни Россия, ни другие страны уже не в состоянии остановить американскую военную машину. В этой ситуации было бы крайне опрометчиво расходовать весь свой политический и дипломатический ресурс для спасения одного из самых малосимпатичных режимов, которого к тому же вскоре, вероятно, не станет. Подобная линия лишила бы Россию возможности сохранить хоть какие-то позиции в постсаддамовском Ираке. Смысл позиции должен заключаться в поиске путей обеспечения наших национальных интересов при любом сценарии развития ситуации. Российская дипломатия должна держать все двери открытыми. Что по большому счету и происходит.
Творцы нашей политики выступают за мирное разрешение конфликта, за продолжение инспекций, заявляют о нерушимости российско-иракских контрактных обязательств. Владимир Путин едет сверять свои позиции с Францией и Германией, возглавляющими внутринатовскую оппозицию американским планам. Однако, оставаясь несколько месяцев на полшага позади Парижа в защите мирного сценария, на прошлой неделе в Киеве президент России вышел на четверть шага вперед. Путин дал понять, что может поддержать и более жесткие меры, если Багдад будет плохо сотрудничать с инспекторами.
Как бы цинично это ни звучало, Москва обязана хотя бы попытаться договориться с американцами о том, что после свержения Саддама российские компании сохранят свой бизнес в Ираке. Понятно, что, когда впереди война с абсолютно непредсказуемыми побочными последствиями, каких-либо твердых гарантий никто дать не может. И нет гарантий, что договоренности не будут нарушены. Но ставить исключительно на Саддама Хусейна и гарантированно терять миллиарды было бы странно.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников