04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СОХРАНЕНИЕ ДУШИ

Солидный, увесистый том привлекает внимание сразу. Ничего подобного раньше в нашей стране не издавалось. Все словари были общими и никакого отношения к отдельно взятой личности не имели. Лишь в последние годы в лингвистике появилось новое направление: специалисты начали интересоваться особенностями речи конкретных людей. Кто-то записывал слова родной матери, кто-то - деревенской бабушки. Оказалось, это очень интересно - многие простые люди умеют говорить ярко, своеобразно, даже если не знают при этом, что такое падежи. Речь Агафьи Карповны, ее внутренний мир интересны вдвойне.

Кроме словаря, в издание включены многочисленные приложения - подробное описание жизни семьи Лыковых, фотографии, рисунки. Кстати, художник Эльвира Мотакова рисовала Агафью, ее избу, затерянную в саянской тайге, домашнюю утварь с натуры. Не раз она бывала на Еринате и стала близким другом отшельницы. Навещала Агафью Карповну (причем добиралась пешком, тяжелейшим маршрутом) и автор словаря, ведущий специалист Красноярского краеведческого музея, аспирант Галина Толстова. Чтобы сделать свою работу, ей пришлось собирать материал долгие годы, общаться с множеством людей, которые в разное время встречались с семьей Лыковых.
В результате были исследованы 99 писем, в том числе начертанные на спилах деревьев и холсте. В коллекцию попали даже командировочные удостоверения, подписанные Агафьей. "Галина Толстова была на Еринате", - заверила отшельница руководителей музея. Пока словарь знакомит читателей только с письменной речью Агафьи Лыковой, но на очереди второй том - с речью устной. Собраны 40 кассет с записями рассказов самой женщины, ее друзей и хороших знакомых.
- Последние два года я работала над словарем напряженно, без выходных, часто и по ночам, - говорит Галина Александровна. - Мне бы очень хотелось, чтобы этот труд не только оценили лингвисты, но еще и приняли старообрядцы. Я обращалась к ним за помощью, много со староверами разговаривала. Надеюсь, что не разочарую их.
- Судьба семьи Лыковых, их отшельничество, изоляция в течение нескольких десятков лет - явление уникальное, - рассказывает научный руководитель, профессор Красноярского педуниверситета Людмила Самотик. - И самое главное здесь даже не факт физического выживания в суровых условиях сибирской тайги, а своего рода сохранение души. Хорошо известно, что в ходе биологической эволюции человек научился говорить (а значит - обрел и сознание), но такое умение никак не закреплено на генном уровне. К примеру, утенок, которого высидела курица, все равно будет плавать, а человеческое существо, выросшее вне общества, говорить не будет. Мало того, говорящие люди, которые попадают в изоляцию, тоже теряют способность владеть языком и соответственно - мыслить. Истории про Маугли, Робинзона - это все неправда, такого не бывает. Были ли в семье Лыковых предпосылки к потере речи? Да. Писатель Лев Черепанов после первой поездки к ним, еще до широкой огласки, привез магнитофонные записи. И попросил нас определить, что это за диалект, потому что много не понимал. Мы внимательно изучили пленки и пришли к выводу: никакой это не диалект - это потеря речи из-за очень малой практики и особых условий существования. Причем гораздо хуже других разговаривал младший сын Дмитрий.
Агафья, выросшая в той же среде, до 34 лет практически не видевшая посторонних людей, всегда говорила хорошо. Может, потому, что много читала, любила писать письма, хотя долгое время посылать их было некому. Она и сейчас садится за письма, как только появляется свободная минута. Старательно выводит буквы - их у нее больше, чем в современном алфавите. Агафья параллельно использует буквы привычного русского языка и старославянскую азбуку. Она старательно, наизусть цитирует целые куски из религиозных текстов. Обязательно проставляет даты, а живет отшельница до сих пор по византийскому летоисчислению. В таежной заимке сейчас идет не 2005 год, а 7715-й.
Грамоте Агафью, как и других детей, учили отец и мать, Карп Иосифович и Акулина Карповна. Конечно, не по букварям - по церковным книгам, причем изданным до раскола, то есть еще до начала XVIII столетия. Получается, язык XVII века живет (с известными метаморфозами) в веке ХХI - в одном-единственном человеке. И это не какой-то эксперимент, а естественное течение вещей. Понятно, речь гостеприимной и улыбчивой хозяйки заимки отчасти трансформировалась, осовременилась, особенно после многих встреч с людьми, но от этого стала только еще более неповторимой.
Словарь языка Агафьи Лыковой издан при финансовой поддержке небогатых организаций - педагогического университета и краеведческого музея. Тираж очень небольшой - всего 100 экземпляров. Только увидев свет, книга тут же превратилась в библиографическую редкость.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников