17 августа 2017г.
МОСКВА 
22...24°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 59.65   € 70.00
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ПАТЕНТНОЕ БЮРО ЭТЬЕНА

Бондаренко Александр
Опубликовано 01:01 08 Сентября 2004г.
Имя Льва Ефимовича Маневича, умершего в 1945-м, стало известным через 20 лет после смерти - 20 февраля 1965 года, когда ему было присвоено звание Героя Советского Союза. Золотые Звезды, прижизненно или посмертно, тогда стали давать тем, кто совершил подвиги в Великую Отечественную войну, но не был своевременно награжден. Однако полковник Маневич участия в боевых действиях не принимал, хотя для будущей победы сделал немало... Судьба Этьена (оперативный псевдоним Маневича) нашла отражение в романе Евгения Воробьева "Земля, до востребования", неоднократно переизданном. Но публикации имели один существенный недостаток: события в них были смещены ровно на пять лет.

Маневич родился 20 августа 1898 года в городе Чаусы Гомельской губернии в многодетной семье мелкого служащего. После 1905 года старший брат эмигрировал в Швейцарию, а через несколько лет друзья привезли туда и Леву. Юноша закончил техническое отделение Женевского колледжа, изучил три иностранных языка и реалии европейской жизни.
В 1916 году Маневич возвратился в Россию и вскоре надел солдатские погоны - шла мировая война... В апреле 1918 года вступил в Красную Армию: был комиссаром бронепоезда, командиром коммунистического отряда, заместителем начальника оперативного отделения штаба 1-го Кавказского корпуса, воевал с Колчаком...
После войны Маневич окончил Высшую школу штабной работы комсостава, а через три года, в августе 24-го, - Военную академию РККА. Маневич получил направление в Разведывательное управление штаба Красной Армии (РУ) и в 1925 году был направлен в Германию, в легальную резидентуру. Успешно пройдя "обкатку", Лев Ефимович был назначен на должность начальника сектора и довольно часто выезжал за рубеж, причем не только под своей фамилией...
В 1928 году во время учебы на курсах при Военно-воздушной академии ему пришлось пережить серьезную аварию. Во время полета в зимнее ненастье неисправный самолет рухнул на землю. Маневича спас, во-первых, глубокий сугроб, а, во-вторых, проезжавший мимо на санях крестьянин. Он не только откопал пилота, но и доставил его домой - окоченевшего и буквально обледенелого.
В выпускной аттестации Маневича значилось: "Отличных умственных способностей. С большим успехом и легко овладевает всей учебной работой, подходя к изучению каждого вопроса с разумением, здоровой критикой и систематично. Аккуратен. Весьма активен. Обладает большой способностью передавать знания другим. Дисциплинирован. Характера твердого, решительного; очень энергичен, иногда излишне горяч... После стажировки обещает быть хорошим командиром отдельной авиачасти и не менее хорошим руководителем штаба".
Но в декабре 1929 года Маневича направляют на нелегальную работу в Италию. Фашистское руководство взяло курс на создание по берегам Средиземного моря "Итальянской империи". Неплохо развитая военная промышленность Италии производила боевую технику не только для своей армии, но и для Германии...
Маневича пригласил начальник Разведупра Ян Карлович Берзин: "Я не могу тебе приказывать, но необходимо послать в Италию человека, причем такого, который бы знал страну и язык, как ты, и владел бы также немецким. Имеешь право отказаться. Поступай как знаешь. Даю право выбора".
Надо думать, Берзин не сомневался в том, какое решение примет подчиненный. Однако дома Этьена ожидала настоящая буря: жена Надежда Дмитриевна была человеком эмоциональным и чувств своих не сдерживала: "Либо остаешься, либо берешь нас с дочкой! - потребовала она. - Я устала ждать, устала бояться за тебя!"
Руководство согласилось, чтобы сначала он выехал за границу один, а затем забрал семью с собой. Маневича "выводили" через Австрию, он легализовался в Вене под именем Альберта Корнера, коммерсанта, открывшего патентное бюро... Прикрытие давало разведчику возможность быть в курсе перспективных изобретений, открывало дорогу на предприятия. Наиболее важным направлением оказалась авиация, и он старательно изображал из себя летчика-дилетанта, что позволило быстро установить контакт с пилотами, техниками и прочими специалистами, бывать на аэродромах... Особый интерес Этьен, разумеется, проявлял к людям, работающим в Италии.
Через несколько месяцев Этьен вернулся за семьей в Москву. О последующих событиях рассказывает мне его дочь Татьяна Львовна:
- Жить мы должны были в Вене. Мама не знала ни одного иностранного языка, но имела паспорт гражданки Финляндии, нашей "родиной" был Выборг, и таким образом, наш русский получал естественное объяснение. Отец тщательно и терпеливо готовил меня к новой роли...
Однако вряд ли можно было всего за несколько недель подготовить маленькую девочку к совершенно чужой для нее жизни...
- В вокзальном ресторане пассажиры с удивлением повернулись на мой громкий возглас: "Ой, папа, смотри, они налили нам суп в чашки и еще туда яйцо бросили!"... Я, как и отец, ужасно любила петь и распевала целыми днями. И вот в Берлине однажды бежала по коридору гостиницы и распевала какую-то песню, так что влетела в наш номер со словами: "Ура, ура, советская страна!" До сих пор помню побелевшие лица родителей... Мама начала меня упрекать. "Надя, оставь ее, - сказал отец. - Она ведь еще ребенок".
Наконец, Этьен перевез семью в Вену, где Надежда Дмитриевна с дочерью поселились на снятой квартире. Лев Ефимович провел с ними несколько дней и уехал... Между тем жена Этьена почувствовала, что ею интересуется контрразведка: за ней стали наблюдать на улице, а в доме вдруг начали появляться люди в штатском, выспрашивавшие о господине Корнере. И Надежда Дмитриевна получила приказ: немедленно возвращаться в Москву...
Семья уехала, а Этьен продолжил работу в Италии. Он считался представителем ряда австрийских, немецких и чешских фирм, производящих вооружение. На связи у резидента было девять агентов - по крайней мере, так установил суд. Впрочем, вряд ли контрразведке удалось выявить все контакты Этьена...
О результатах работы разведчика можно судить на основании следующего документа: "Только в течение 1931-1932 гг. миланской резидентурой были направлены в Центр 192 информационных донесения и документа, раскрывающих планы фашистского руководства Италии. Сотрудниками резидентуры были добыты чертежи опытных самолетов СК-30, СК-32 (истребители), самолета "Капрони-80", опытного бомбардировщика-гиганта ВЕС, подробные чертежи авиамоторов АЗОР, А5-5, документы по технологии и организации литейного производства, чертежи и описание подводных лодок, различных видов стрелкового оружия и много другой ценной технической документации". К этому перечню можно добавить, что до 70 процентов полученных документов являлись, по внутренней классификации Разведупра, "ценными" и "весьма ценными".
Внимание контрразведки Этьен ощущал постоянно, и постепенно оно начало его серьезно беспокоить... Однако Центр просит подождать, пока будет подготовлена замена.
Но встретиться с преемником Маневичу было не суждено: 3 октября 1932 года его арестовали на встрече с агентом, перевербованным контрразведкой. Пакет с секретными чертежами явился весомой уликой. Правда, "Корнер" утверждал, что все объясняется его работой патентоведа, отрицал причастность к какой-либо разведке, а предложение признать свое советское гражданство назвал грубой провокацией...
Тем не менее "особый трибунал" приговорил его к 16 годам тюрьмы, но благодаря занятой Маневичем позиции из девяти задержанных по его делу агентов осуждены были только двое - получили по два года каждый...
В некоторых публикациях об Этьене рассказывалось, как он собирал через других заключенных, трудившихся на оборонных заводах, ценную военно-техническую информацию и по нелегальным каналам передавал ее в Центр. Это вряд ли соответствует истине: большую часть тюремного срока Маневич провел в одиночном заключении; да и много ли знали рабочие, трудившиеся на конвейере?
Нравственный и гражданский подвиг Этьена состоит в том, что даже потеряв связь с Центром, тяжело больной, он сохранял верность присяге, воинскому долгу. При этом сознавал, что достаточно одного признания - и ворота тюрьмы окажутся открыты. А срок был долгий...
8 сентября 1943 года Италия капитулировала, и тогда немецкие войска начали ее оккупацию. Австриец Корнер как гражданин рейха был отправлен в концлагерь Маутхаузен. Затем были Мельке, Эбензее.
Эбензее был освобожден американскими войсками, и Маневич вышел на свободу через 13 лет заключения. Вышел, чтобы умереть свободным: он скончался 11 мая 1945 года. Последними словами его были: "Передайте в Москву, я - Этьен... "
... Несколько дней, проведенных с отцом в Вене, Татьяна Львовна Попова-Маневич до сих пор считает самыми счастливыми в своей жизни. Она окончила Военный институт иностранных языков. А затем, как и отец, работала по линии разведки. В конце войны дочери Этьена довелось переводить на русский язык гитлеровский план "Барбаросса", обнаруженный в сейфах руководства рейха, надписи на тех немецких знаменах, которые бросят на брусчатку Красной площади во время Парада Победы 24 июня 1945 года...


Loading...



Фильм «Матильда» получил прокатное удостоверение. Ну как, смотреть пойдете?