25 марта 2017г.
МОСКВА 
2...4°C
ПРОБКИ
0
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 57.42   € 61.86
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

Почему в России корпоративный шантаж становится официально разрешенным видом экономической деятельности

Никита Кричевский
19:10 10 Марта 2011г.
Опубликовано 19:10 10 Марта 2011г.
Гринмейл, или денежный шантаж – явление в российских экономических практиках пренебрежительно недоисследованное

Корпоративный шантаж в России приобрел характер социальный, массовый, под ударом совокупно находятся активы ценой в десятки, а то и в сотни миллиардов долларов. Более того, шантаж нынче проникает не только в корпоративную, но и в бюрократическую сферу.

Теория вопроса

Гринмейлерство в России, да и не только в ней – бизнес на законодательной грани: формально вымогатель никаких нормативных, часто несовершенных, заметим, актов не нарушает.

Более того, используя модную экономическую риторику, борется за повышение эффективности, рост капитализации, защиту миноритариев от зарвавшихся, потерявших всякий финансовый стыд контролирующих собственников. Отличить корпоративного (бюрократического) шантажиста от реального борца за чистоту нравственно-экономических идеалов до финала архисложно – чуть ли не единственными подсказками здесь могут быть полуслучайные, а на самом деле сверхвыверенные проговоры.

Ради каких целей гринмейлер лишает хозяйственного покоя противоположную сторону? Базовых стремлений два: получение мегапремии за принадлежащую ему малую толику активов или доступ к распоряжению ресурсами. Поведенческая модель корпоративного шантажиста изучена весьма подробно.

Арсенал включает перманентные требования о проведении внеочередных общих собраний акционеров или участников, жалобы в различные инстанции с целью инициирования проверок и покарания менеджмента, судебное обжалование действий и решений органов управления, включая нелояльных (непродавшихся) членов советов директоров. Шиком в гринмейлерской практике считается наложение ареста на пакеты акций (долей) мажоритариев или аффилированных с ними компаний, а также вынесение запретов судов «правильной» подсудности на совершение определенных сделок.

Впрочем, в последнем случае щегольский успех, выражающийся в изолировании крупных акционеров или участников от работы на внеочередных общих собраниях, может стать предтечей провала всей операции по высасыванию наличности. Одно дело получить формально законный выкуп и, расплатившись с долгами, в окружении волооких поклонниц почивать на заслуженных гринмейлерских лаврах, совсем другое – сформировать удобный совет директоров из своих представителей, чтобы потом взвалить на себя недюжинную работу по распродаже активов. Итогом же могут стать не только многочисленные и столь же многолетние судебные тяжбы, но и реальные тюремные сроки.

Классика жанра

Остановимся на уголовном преследовании. В середине прошлого десятилетия грозой юридически неоперившихся хозяйствующих собственников слыло ЗАО «Ведомство», возглавляемое почти легендарным И. Дыскиным (он фигурировал аж в 11 (!) уголовных делах).

Этот рейдероподобный товарищ, долгое время скрывавшийся от правосудия то ли в Израиле, то ли на Рублевке, однажды положил глаз на здание в московском Лубянском проезде, где когда то располагался Комбинат общественного питания МГК КПСС, в дальнейшем приватизированный в ЗАО «На Ильинке».

Общая площадь двух объектов недвижимости составляла более 11 тысяч кв. метров и оценивалась в тех еще деньгах в 60 млн. долларов. Забегая вперед, скажем, что «Ильинку» дыскинцы взяли, но как? Достоянием общественности стали подробности этой скандальной истории, когда среди прочих методов бойцы гринмейлерского фронта опустились до аморальных крайностей, прислав гендиректору ЗАО А. Лихачеву не зеленую почту, как дословно переводится гринмейл, а кондовый красно-черный гроб с венками и разосланными веером траурными телеграммами.

Директор, и до того не отличавшийся крепким здоровьем, чему косвенной виной был весьма преклонный возраст, сдулся окончательно. Где он нынче, доподлинно неизвестно, да и ни к чему лишняя информация. Зато против И. Дыскина было возбуждено более десятка уголовных дел как по этому, так и по другим противоправным эпизодам. Об этом, в частности, в свое время писала «Новая газета».

А теперь перенесемся в нашу современную сонную действительность. Нет в нынешней России бизнесмена, наиболее похожего на гринмейлера, чем совладелец «Русала» Олег Дерипаска, русский Кеннет Дарт (транснациональный гринмейлер, иногда ломающий хребты финансовым системам целых государств).

Мастерство, помноженное на 20-летний опыт корпоративных баталий, произвелось в образцово показательное наступление на «Норильский никель». Впрочем, предположение о гринмейле до поры до времени недоказуемо, зато уже сейчас очевидно, что после разрешения конфликта институциональные летописцы внесут ключевые перипетии процесса в экономические учебники.

Дерипаска, получивший блокпакет горнорудного гиганта из рук бывшего совладельца «Интерроса» М. Прохорова, поначалу, похоже, не вполне представлял, что с этим активом делать. Вообще то в те предкризисные годы наивысшего «тучного» благополучия многие приобретали активы просто так, в качестве стройматериала для спорого возведения своих кредитно-промышленных пирамид. Однако в конце 2008 года, когда мировые финансовые потрясения по касательной задели и нашу страну, вопрос о дальнейшей судьбе акций «Норникеля» стоял достаточно остро. Да так, что во избежание попадания пакета в «хищные лапы» западных инвесторов, Внешэкономбанк спешно, под «пакетное» обеспечение, выдал структурам Дерипаски 4,5 млрд. долларов. Такой была первоначальная цена пакета.

«Стремные» времена рассеялись быстро, чего не скажешь о долговой нагрузке «Русала». Как писала газета «Ведомости», по итогам второго квартала 2010 года она оценивалась в 12,5 млрд. долларов. Тогда же «Интеррос» сделал «Русалу» предложение (или оферту – кому как нравится) о выкупе блокпакета за 9 млрд. долларов. «Интеррос» понять можно: осуществляя непосредственный операционный контроль, он все глубже увязал в противостоянии с «Русалом», проявлявшимся в перманентных конфликтах на собраниях акционеров, перетрясках совета директоров, обращениях алюминщиков к президенту, премьеру и чиновникам пожиже.

Маловато будет, решил алюминиевый олигарх, заявив, что «при грамотном руководстве» в ближайшие полгода капитализация «Норникеля» может дотянуть до 50–60 млрд. долларов. На начало марта этого года «Норникель» так и стоил (48 млрд. долларов на 1 марта 2011 года), но еще в декабре менеджмент «Интерроса» поднял выкупную планку до 14 млрд.

«Стратегическая инвестиция, – ответствовал сокрушитель, – не продается!» Но уже в январе этого года на Всемирном экономическом форуме в Давосе как бы «протек» (помните про полуслучайные, но сверхвыверенные проговоры?): мол, справедливая цена для «Норникеля» – 80 млрд. долларов. Стало быть, блокпакет Дерипаски должен стоить не декабрьские 14 млрд. и не февральские 16 млрд. (в феврале этого года «Интеррос» предложил выкупить 20% за 12,8 млрд. долларов), а все 20 млрд. 11 «полноценных «ярдов» привеса за неполные полгода – предел мечтаний любого последователя Дарта. Если торг выгорит, то станет высшей точкой гринмейлерского счастья, примером для подрастающих шантажистов и оглушительной оплеухой для всей системы государственного управления экономикой.

Выхода нет?

Можно ли противостоять гринмейлу? В российских условиях пока, к сожалению, нет.

Можно, конечно, начитавшись умных книжек, сопротивляться шантажисту до последнего, но что делать с разбитым корытом, что останется от бизнеса после гринмейлерской атаки?..

Возможно, действенным способом станет включение в Налоговый кодекс нормы, аналогичной американской, согласно которой доходы от продажи акций выше рыночной цены будут облагаться налогом, скажем, в 80%. Однако такая мера будет распространяться лишь на российских владельцев акций, и то при условии, что ценные бумаги обращаются на организованном рынке. Если же акции оформлены на офшор, а случай с Дерипаской как раз такой, агрессору бояться нечего.

Пожалуй, единственным в современной России методом минимизации гринмейла может стать создание при Федеральной службе по финансовым рынкам, Российском союзе промышленников и предпринимателей, федеральной и региональных торгово промышленных палатах специализированных комиссий, на заседаниях которых заслушивались бы обе конфликтующие стороны. Решения таких комиссий, скорее всего, не будут иметь юридической силы, но получат общественный резонанс, способный повлиять и на деловую репутацию, и на зоркий глаз правоохранительных органов.

Бояться же нужно поджавшим хвосты миноритариям. После изнурительной победы контролирующей производство компании (а так, как правило, и происходит) в балансе останется внушительная дыра, что поставит крест не только на дивидендах или на инвестпрограммах, но и на росте капитализации.

Количество желающих вложиться в финансово неустойчивый актив поубавится, а «нейтрально-мудрые» миноритарии еще долго будут фиксировать убытки.

Неудивительно, что в стране, где гринмейлерство введено чуть ли не в ранг официально разрешенного вида экономической деятельности, инвестиционный климат характеризуется как отвратительный. Да и как по другому, если в России роли гринмейлеров могут исполнять и частные лица, и госкомпании, и чиновники федерального уровня?

Прислушайся, собственник, к скрежету гринмейлерских жерновов – возможно, адская машинка заведена по твою бизнес-душу.


Loading...



Три года назад Крым вошел в состав России. Какие чувства у вас по этому поводу?