19 января 2017г.
МОСКВА 
-4...-6°C
ПРОБКИ
0
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 59.18   € 63.23
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

УКРУПНИМСЯ?

Никонов Вячеслав
Опубликовано 01:01 10 Августа 2002г.
Важнейшее внутриполитическое заявление недели прозвучало из Красноярского края. Полпред президента в Сибирском федеральном округе Леонид Драчевский счел нужным высказаться в поддержку укрупнения территорий. Это является, считает он, "злободневной проблемой, которую выдвигает сама жизнь", поскольку "управлять 89 субъектами Федерации чрезвычайно сложно".

Многие наблюдатели восприняли данное событие лишь в контексте идущих сейчас в крае губернаторских выборов. Действительно, Драчевский, очевидно, подыграл одному из кандидатов - губернатору Таймыра Александру Хлопонину, который наиболее последовательно проводит идею постепенного объединения Красноярского края с Таймырским и Эвенкийским автономными округами, что лишний раз подтверждает давно циркулирующие "сведения и слухи" о ставке Кремля именно на Хлопонина.
Однако заявление Драчевского имеет значение, далеко выходящее за красноярские пределы. Одно дело, когда об укрупнении говорили и говорят заинтересованные губернаторы, политики, эксперты. Совсем другое - официальный представитель президента. Никто из них ранее не был замечен в озвучивании мыслей, идущих вразрез с позицией Путина. Вероятно, Кремль созрел для подступа к давно обсуждаемому укрупнению. Наконец-то...
Субъектов Федерации у нас действительно до безобразия много. Когда в 1708 г. Петр I впервые приказал расписать все города Всероссийского государства по губерниям, таковых набралось восемь, причем территория страны была побольше нынешней - с Украиной, Белоруссией и Ингерманландией. При Екатерине II число губерний доросло до 40. Даже в девятнадцатом - бюрократическом - веке губерний в России было не больше 69, и это с учетом Царства Польского, Прибалтики, Бессарабии, Закавказья и других территорий, ныне в РФ не входящих. В современных США, где население вдвое больше нашего, штатов всего 50, и это число вовсе не считается недостаточным. Нынешнее территориально-государственное деление России не обосновано ни с какой научной или практической точки зрения, и является причудливой комбинацией установлений российских императоров, большевистской национальной политики, спонтанного развала Союза и последующего "парада суверенитетов".
Избыток субъектов Федерации - плохо. Из теории известно, что по мере увеличения количества подлежащих управлению субъектов степень управляемости ими заметно падает. Что может приводить к полной неуправляемости, и мы наблюдали ее в годы президентства Бориса Ельцина. Чем больше субъектов - тем сложнее их контролировать, а значит, повышается возможность сепаратистских устремлений, местного беспредела. Чем больше субъектов, тем труднее обеспечивать единство экономического пространства России. К сожалению, любят у нас региональные власти в духе раннего феодализма устанавливать собственные хозяйственные правила и протекционистские меры. Да и дорогу в соседний регион не поведут...
Чем больше субъектов Федерации, тем большее количество чиновников республиканского и областного масштаба приходится кормить. В последнее время в каждом регионе бюрократические аппараты разрослись настолько, что любого из них хватит на добрый десяток других субъектов. Для такой не самой процветающей страны, как Россия, это просто непозволительная роскошь. Причем, что характерно, это бремя не только на местные бюджеты. Поскольку большинство регионов в стране убыточные и дотируются из центра, то каждый из нас, платя федеральные налоги, спонсирует избыточный чиновный люд во всех уголках нашей необъятной Родины.
Особенно остро проблема укрупнения стоит перед сложносоставными субъектами Федерации. То есть такими, где внутри одного полноправного субъекта по малопонятным причинам (связанным с экзотическими трактовками в сталинские времена права малых этнических групп на самоопределение) находятся другие, не менее полноправные субъекты. Например, Ханты-Мансийский и Ямало-Ненецкий автономные округа в Тюменской области или те же Таймыр и Эвенкия - внутри Красноярского края.
Поскольку никакому логическому и функциональному упорядочению отношения между субъектами в подобной матрешке не поддаются в принципе, то существует встроенный и постоянно тлеющий конфликт между ними. Устранить его можно слиянием субъекта и субсубъектов в один суперсубъект.
Если укрупнение напрашивается, то почему оно не происходит? Насколько оно рационально, настолько же оно и труднопроходимо политически. В основном хотят укрупняться руководители тех регионов, которые имеют шансы поглотить других. Зато, как правило, категорически "против", те, которых поглотят, а их может оказаться большинство. Национальные республики объединяться не желают, чтобы не терять своей "самости". Да и в конституционно-правовом аспекте не все до конца ясно. Так, например, все субъекты поименованы в Конституции, и, выходит, укрупнение потребует внесения поправок в Основной Закон. А это непростая и длительная процедура. И, конечно, есть опасность наломать дров, что, увы, регулярно происходит в процессе российских реформ.
Территории нужно укрупнять. Но делать это, всесторонне просчитывая последствия, руководствуясь штучным подходом, а не валовым методом и политической конъюнктурой.


Loading...



На Камчатке автоледи не уступила дорогу «скорой», и это предположительно стоило жизни пациенту.