08 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

АЛЕКСЕЙ ГУСЬКОВ: Я ЖИВУ В ПОЕЗДАХ И САМОЛЕТАХ

Павлючик Леонид
Опубликовано 01:01 10 Ноября 2001г.
Общаться с Алексеем Гуськовым при стечении народа - дело неблагодарное. Каждую минуту подходят желающие взять автограф, сфотографироваться вместе. Он стал жутко популярен после телесериала "Граница. Таежный роман", который поставил Александр Митта. Восьмисерийное телеполотно, показанное по ОРТ, выгодно отличается от надоевших, наспех скроенных сериалов с убогими диалогами и плоскими характерами. Герой Гуськова Никита Голощекин - яркая, хоть и противоречивая, в чем-то даже трагическая фигура. Не случайно фильм был удостоен нескольких престижных премий, в том числе и четырех ТЭФИ.

- Алексей, по нашим прикидкам, вам уже за 40, а так ярко вы заявили о себе только сейчас. Где же вы скрывались от зрителей все эти годы?
- Нигде я, разумеется, не скрывался. Так бывает в кино: можно сняться в одном фильме - и прославиться на веки вечные, если это фильм уровня, скажем, "Баллады о солдате". А можно "засветиться" в ста картинах и быть при этом практически неизвестным широкой публике. На самом деле у меня много ролей накопилось за те десять лет, что снимаюсь в кино. Например, в 1992 году я, тогда еще начинающий актер, приехал на фестиваль "Кинотавр" сразу с двумя фильмами. В так называемом конкурсе "для избранных" была "Жертва для императора", в конкурсе "для всех" - "Волкодав". Пару лет назад я приезжал на тот же "Кинотавр" с фильмом "Классик". Не надо также забывать, что я принадлежу к ветеранам "сериального движения". Когда в 1994 году авторы сериала "Горячев и другие" убили моего персонажа, на телевидение пришло несколько мешков писем с требованием его оживить. Так что в моей творческой судьбе было нормальное поступательное движение: я не выскочил откуда-то вдруг, словно черт из табакерки.
- Мы знаем, что вы по своему образованию театральный актер, но постоянно в театре не работаете...
- Я много коллективов сменил за свою творческую жизнь. Начинал с Театра имени Гоголя, но там всего месяца два проработал. Потом хороший период у меня был связан с Театром имени Пушкина, когда его возглавлял Борис Морозов. Затем уже короткими перебежками я перемещался из Нового театра - на Малую Бронную, оттуда - в театр "Детектив", который основали Василий Ливанов и Виталий Соломин, потом были антрепризы... Я уходил не потому, что обладаю дурным характером, а потому, что меня просто распирало от желания работать. А театр - это такой консервативный организм, где все рассчитано на три-четыре премьеры в год. И вот на эти четыре спектакля претендуют 70-80 актеров труппы. И тебя заряжают последним патроном в автомат, который всего четыре раза в год стреляет. Словом, как только я переставал в театре играть активно, я сразу бежал в новое место. А там все повторялось...
Одно время я думал, что совсем завяжу со сценой. В 1991 году, когда меня захватило кино, я снимался одновременно в Санкт-Петербурге, Сочи, Казани... Я в буквальном смысле слова жил в самолетах и поездах, тут уж было не до театра, не до репетиций. Но через полгода я так затосковал по сцене, по живой реакции зала, что чуть не взвыл. До меня окончательно дошло, что я театральный человек по своей природе, что я театр никогда не брошу. Хотя, надо сказать честно, роли, которая прозвучала бы так же громко, как тот же Никита Голощекин в "Границе", на сцене у меня не было.
- В "Таежном романе", вокруг которого вертится наш разговор, вы сыграли персонажа, скажем так, отрицательного, в чем-то даже страшного, демонического. Схожие по знаку роли были у вас и в других фильмах. Похоже, больное, темное вам удается лучше, чем светлое, гармоничное. Вам бы с вашим темпераментом, с вашей психофизикой - да героев Достоевского играть...
- И как вы только догадались? Достоевский для меня - это то несбывшееся, которое, как писал Блок, всю жизнь волнует нас. Я еще не потерял надежды сыграть Ивана Карамазова, Порфирия Петровича... Но Достоевского сегодня не ставят, во всяком случае всерьез. А попытки стеба, самоутверждения за счет классики, как это сделано в фильме "Даун хаус", мне глубоко чужды.
Насчет же "больного", "темного" я вам вот что скажу. Мне неинтересны персонажи благостные, идиллические, меня волнуют натуры сильные, страстные, находящиеся, скажем так, на грани срыва. Если бы мне предложили на выбор роль в "Идиоте", то я предпочел бы Рогожина, а не князя Мышкина. В "Ромео и Джульетте" мне интересен Меркуцио, а не Ромео. "Мой" герой в "Чайке" - Тригорин, а не Треплев, в "Дяде Ване" - Астров, а не профессор Серебряков...
Когда я готовился играть в "Таежном романе", я часто вспоминал как раз героев Достоевского. И еще до бесконечности пересматривал фильм "Калина красная". Вроде бы мой герой не имеет прямого отношения к тому, что сделал Шукшин в своей картине, но мне был жутко интересен характер Егора Прокудина, раздираемого противоречиями, загоняемого обстоятельствами в угол. Мой герой Никита в начале фильма перегрызает горло волку - таким образом он спасает молодого солдата от верной гибели. А по ходу фильма он сам превращается в волка. Вот этот процесс, как в человеке постепенно выдавливается человеческое и проступает звериное, мне и было интересно сыграть. Такие роли не каждый день выпадают.
- Насколько мы знаем, вы ведь не только актер, но еще и продюсер. Что вам мешает придумать и реализовать "под себя" любой проект? В том числе и высокую классику...
- Что мешает? Отсутствие денег. Это на Западе продюсер может вложить свои личные средства в фильм и при удачном стечении обстоятельств вернуть их сторицей. А у меня таких денег нет и не предвидится. Я хожу по инстанциям и богатым людям, сижу в приемных, кого-то уговариваю... Иногда уговорить удается, и тогда появляются фильмы "Дорога в рай", "Мусорщик", анимационная лента "Незнайка на Луне"... Но беда в другом: когда все-таки получается сделать фильм, его показывают раз-другой в Доме кино, на фестивалях, и больше его никто не увидит, если, конечно, не покажут по телевизору. От этого у кого угодно могут опуститься руки. Но я стараюсь не поддаваться таким настроениям.
А если честно, то я очень люблю на съемочной площадке быть просто актером. Когда ты можешь спокойно сидеть в уголочке и не думать о том, что по сценарию светит солнце, а на дворе в это время идет проливной дождь и он смывает в черную дыру с таким трудом добытые деньги. Мне как-то довелось достаточно плотно общаться с Рейфом Файнсом, замечательным актером, гениально сыгравшем в "Английском пациенте", "Списке Шиндлера", и я смертельной завистью позавидовал его материальной независимости. Он за одну роль получает столько, что может потом два-три года ждать роль, набирать для нее, если нужно, вес - сбрасывать вес. Я же худею прямо на съемочной площадке...
- Александр Митта говорит, что вы начинаете здорово работать, когда другие валятся от усталости... У вас действительно такой сумасшедший ресурс работоспособности?
- Не знаю, не замечал. Может, все дело в том, что я не позволяю себе приходить на съемки неподготовленным? Я всегда сосредоточен на роли, оттого, наверное, и рождается ощущение, что мне неведома усталость.
- В уже упоминавшемся фильме "Классик" вы здорово орудуете ногами, руками и прочими бицепсами и трицепсами. Вы такой супермен только на экране или в жизни тоже человек спортивный?
- Я никогда не занимался спортом профессионально. Но надо же как-то держать себя в форме, тем более что нагрузок становится все больше. Да и сыновья у меня подрастают. Как объяснишь ребенку, что нельзя быть рохлей, квашней, если сам квашня? Поэтому, когда у меня появляется время, я люблю ходить в спортивный зал, чтобы подзарядиться энергией. Если получается, и ребят с собой прихватываю.
- А на съемки тоже их с собой берете?
- Был такой детский сериал "Простые истины". Там мой старший сын - ему 12 лет - слегка "засветился", младший брат ему помог. Но в принципе я детей насильно пихать в профессию не буду - пускай сами выберут то, что им по душе. Как это сделал в свое время их отец. Я ведь почти окончил Бауманское училище - один курс недоучился. Но однажды попал на репетиции к Анатолию Васильеву и смертельно заболел театром. Как видите, так с тех пор и не вылечился...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников