08 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ВПЕРЕД, В ПРОШЛОЕ

Вартанов Анри
Опубликовано 01:01 11 Декабря 2002г.
Будто специально сошлись даты, настраивающие на сопоставления и раздумья. Вчера был Международный день прав человека, завтра - праздник российской Конституции. А на минувшей неделе прошли сороковины трагедии в Театральном центре на Дубровке. Снова обрела актуальность проблема: "что можно - чего нельзя" на телеэкране.

Прежде по этому поводу долго и вяло и, главное, без ожидаемых обществом результатов дискутировали в Думе депутаты. По многу раз приступали к разработке многострадального Закона о телевидении. А в дни событий вокруг "Норд-Оста" их вдруг прорвало, и в течение нескольких часов были приняты довольно решительные поправки к Закону о СМИ. Что было дальше - утверждение поправок Советом Федерации, обращение руководителей ряда СМИ к президенту с просьбой наложить на решения парламента вето, встреча с ним, где телевизионщикам пришлось выслушать немало резких слов в свой адрес, - знают все. Впрочем, это лишь внешняя, событийная канва случившегося. За нею вставала давно назревшая необходимость более глубокого осмысления отношений общества и ТВ.
Сегодня на канале "Культура" завершается показ четырехсерийного документального фильма "Жила-была цензура". Названный по-сказочному безмятежно, он посвящен отнюдь не сказочным, а вполне драматичным фактам и зловещим персонажам советской жизни, начиная с октября 1917-го. Жаль только, что авторы не вспомнили дореволюционную цензуру - весьма, кстати сказать, строгую, но жившую по писаным правилам и осуществлявшуюся умными, широко известными в обществе людьми.
Лента построена по историческому принципу: в первой серии речь идет о 20-30-х годах, во второй - о первых послевоенных десятилетиях, в третьей - о годах застоя, в четвертой - о наших днях. Даже не самый внимательный зритель, уверен, заметит серьезное противоречие, таящееся в такой структуре. Все, что касается прошлого, повествует - и справедливо! - о тяготах партийной цензуры. Но в последней серии, которая, казалось, должна стать радостным апофеозом освобождения от сковывающих свободное творчество цензурных пут, подавляющее большинство видных представителей российской художественной культуры тоже далеки от ликования.
Мало того, многие из них - одни впрямую, другие в сложных, обтекаемых формулах, со множеством оговорок - говорят о необходимости в той или иной форме введения некоторых ограничений. Одни называют это "самоцензурой", другие - цензурой нравственной, интеллектуальной. Впрочем, все соглашаются с тем, что цензура под другими названиями - "власть денег в сфере творчества", "ориентация на Его Величество Рейтинг", "стремление всеми силами угодить рекламодателю, подлинному хозяину нынешнего телеэфира", - продолжает благоденствовать и поныне.
Недаром четвертая серия фильма выразительно названа авторами "Вперед, в прошлое". В ней приведены шокирующие примеры нынешней безграничной свободы творчества, существующей по принципу "что хочу - то и ворочу": музыканты, выступающие перед публикой в чем мать родила, персонажи модного фильма, изъясняющиеся исключительно нецензурными выражениями, экспозиция выставки живописи, где известные всей стране персоны изображены в непотребном виде.
Такое представление о "свободе" особенно коробит тех, кто в свое время немало пострадал от цензуры и политических гонений. В минувшую среду в программе "Дата" (ТВЦ) в связи с исполнившимся столетием со дня рождения главного партийного идеолога М.Суслова автор "Белого солнца пустыни" В.Мотыль рассказывал, что ему пришлось испытать от цензоров в работе над этой лентой. И тем не менее нынешнее "бесцензурье в натуре" режиссера не радует, он называет его пугачевской вольницей, эпохой разбойников с большой дороги, которые только дискредитируют высокое понятие "творчества".
Когда в феврале М.Швыдкой в своей программе "Культурная революция" обсуждал тему "Цензура необходима обществу", название, как и заведено в его цикле, звучало вроде бы заведомо несерьезно, иронически. Ну кому же на самом деле могла прийти в голову идея возобновления "института", погубившего столько светлых талантов и великих произведений! Но с каждым днем нарастала, становилась уже нестерпимой вседозволенность иных телевизионщиков. Ее пиком стали события на Дубровке. Может быть, если б не эта трагедия, все продолжалось по-прежнему. Но тут общественное мнение, и до того не очень высоко оценивающее нравственный уровень ряда программ ТВ, взорвалось. Потребовало ясности в вопросе, кто для кого существует: экран для миллионов людей или миллионы - для владельцев экрана?
Не на шутку перепугавшиеся телевизионные начальники на встрече с президентом клялись, что сами примут необходимые меры. Выработают профессиональную хартию, этические кодексы каждой отдельной телекомпании, сделают еще что-то для того, чтоб беспредел в самых разных его проявлениях не захлестывал домашние экраны. Многие, кажется, поверили в эти благие намерения. Хотя профессионалы помнят: несколько лет назад такая Хартия телевизионных вещателей была составлена и торжественно скреплена подписями руководителей всех крупнейших каналов.
Только вот, как говорится, не успели еще высохнуть чернила, как хартию эту стали нарушать. Сначала в мелочах, в частностях, а потом - пошло-поехало...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников