07 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

АЛЕКСЕЙ ДЕВОТЧЕНКО: Я И В ЖИЗНИ ПОХОЖ НА ШУТА

Заболотная Марина
Опубликовано 01:01 12 Февраля 2005г.
Сыграв в спектакле ТЮЗа "Преступление и наказание" Порфирия Петровича, Девотченко наутро, как говорится, проснулся знаменитым. Его стали наперебой приглашать в разные театры. Сейчас он работает в "Александринке" и играет роль Хлестакова в спектакле "Ревизор", получившем в 2004 году Государственную премию России. Алексей много снимается в кино ("Барак", "Последний поезд", "Красное небо"). Недавно с участием Девотченко прошел телефильм "Конвой PQ-18", в котором он сыграл командира немецкой подводной лодки.

- Алеша, откуда у вас такой хороший немецкий язык?
- Наверное, это наследственное. Моя бабушка в совершенстве владела немецким, французским и польским. А так как мои родители часто бывали в отъезде, то в основном мною занималась она, учила языкам, водила в музыкальную школу.
- Знание немецкого помогало в съемках "Конвоя"?
- Конечно. Я мог два раза прочесть текст и все запомнить, в то время как другим актерам приходилось зубрить. Для них это было серьезное испытание.
- Наверное, жизнь в Германии, куда вы отправились с женой и сыном в поисках лучшей доли, тоже была для вас серьезным испытанием?
- Нам надоело в Питере скитаться по углам, снимать квартиры, на свой "угол" я заработать не мог, и мы решили, а - будь что будет... Но! В Берлине я долго искал работу по профессии, а кроме случайных заработков, ничего не находил. Это меня психологически изматывало, я нервничал, злился, и даже жизнь в трехкомнатной квартире не радовала. Когда же мне предложили сыграть в спектакле театра "Фольксбюне", к тому моменту все мои радужные надежды исчезли и я решил вернуться на Родину. Сейчас в Германии околачивается много наших артистов, но они никогда не будут играть главных героев в пьесах Шиллера, Гете, только каких-нибудь кэгэбешников, русских эмигрантов во второсортных коммерческих проектах.
- Но ведь вы читали в Германии Пушкина на немецком языке!
- Да, читал, в переводе Рильке, но текст все равно был тяжеловесный, не то что у Александра Сергеевича. При этом думал я на русском языке. Мой Пушкин был нужен только маленькой горстке людей, я к такому не привык.
- Но вернемся к вашим нынешним проблемам. Скажите, есть разница между съемками в большом кино и телесериалах? Или все зависит от режиссера?
- Конечно, от режиссера. Скажем, фильм "Конвой PQ-18" - это телесериал, но телесериал художественный. При всех его минусах в нем чувствуется хороший уровень. Не потому, что я там играю, а потому что молодой режиссер Саша Котт - умный, талантливый парень.
- Недавно я видела вас в одной из серий "Агента национальной безопасности", где вы сыграли убийцу, бежавшего из тюрьмы. Откуда вы берете все эти "прикольные" интонации? У вас что, есть знакомые в криминальном мире?
- Таких знакомых у меня нет, просто в каждом из нас живет множество типов, надо только пошевелить мозгами, перевести на свой чувственный уровень, и герой или урод родится сам собой. Копировать мне тоже никого не надо, пусть этим занимаются эстрадные артисты, не вызывающие у меня большого восторга, слишком много у них пошлости. Недаром же Геннадий Хазанов ушел с эстрады и стал играть в драматических спектаклях.
- Я знаю, что вы всегда были очень требовательны к себе и часто говорили, что актер по-настоящему может состояться только в театре.
- Я и сейчас это говорю. Недаром же киношники рыскают по театрам в поисках хороших артистов. Я не согласен с Алексеем Германом, утверждающим, будто в кино каждый человек может сыграть гениально. Это неправда, потому что в кинематографе все решают режиссер и оператор, они при монтаже могут вытянуть совершенно бездарного человека, но заслуги его в том никакой не будет. По-моему, брать человека с улицы в кино - не самая перспективная идея. Слава Богу, мода на это проходит.
- Ну а сейчас у вас есть интересная работа в кино?
- Да. В "Золотом теленке" у кинорежиссера Ульяны Шилкиной я снимаюсь в роли тайного миллионера Александра Ивановича Корейко. Мне нравится с Шилкиной работать, мы много дурачимся, импровизируем. В общем, атмосфера на площадке дружеская, но каждый кадр ставится очень скрупулезно. Та съемочная группа, что делала "Конвой", уже приступила к съемкам большого 15-серийного сериала "Невыученные уроки" (рабочее название "Столыпин"). Это Россия начала ХХ века, история террора. Я играю роль эсера Савинкова - такого милого, доброго дяденьку. Безумно интересный материал. Готовлюсь к нему тщательно, читаю "Записки террориста" и "Конь бледный" того же Савинкова, получаю огромное удовольствие.
- Есть ли режиссер, которого вы считаете своим "крестным отцом" в кино?
- Это Валерий Огородников. До встречи с ним я относился к кино как к случайному заработку, и только благодаря этому человеку все кардинально поменялось. Мне захотелось соответствовать его высоким требованиям. На мой взгляд, фильмы Огородникова очень качественные. Но у нас почему-то хорошие картины с трудом пробиваются к зрителю. Так случилось с "Бараком", несмотря на то, что этот фильм получил много премий на международных кинофестивалях. Я очень рад, что наконец-то в прокат выходит его новый фильм "Красное небо". Опять же это "тяжелое" кино. Действие происходит в 1943 году на Урале. Мой военрук, капитан Шатров, контуженный во время испанской войны, воспитывает мальчиков, которым предстоит идти на фронт, понимая, что многие из них погибнут. Эту роль я играю с комком в горле и похолодевшим сердцем, хотя сам на войне никогда не был, но по своему небольшому армейскому опыту знаю, что такое марш-бросок, мокрая от соли гимнастерка и стопудовые кирзовые сапоги.
- Скажите, а возраст кинорежиссеров имеет для вас какое-то значение?
- Никакого, главное, чтобы режиссер был талантлив и умел работать с артистами. "Молодняк", как правило, не разбирается в актерской "кухне", к тому же многие из них бывшие клипмейкеры. У них есть хватка, молодеческая удаль, напор: "сделаем это по-быстрому", а вот по части тонких нюансов - "не врубаются", кружева плести не умеют. Я знаю только одного парня, у которого тонко организованная душевная природа, это выпускник ВГИКа Саша Котт, снявший до "Конвоя" фильм "Ехали два шофера". По-моему, у него большое будущее.
- Вы с большим успехом играли в "Записках провинциала" Салтыкова-Щедрина, который шел в ТЮЗе. Этот спектакль недавно сняли с репертуара. Вы не знаете - почему?
- Наверное, потому, что я от них перешел в "Александринку". Некоторые режиссеры вычеркивают из своей памяти актеров, которые ушли к другим.
- Но Лев Додин ведь не мстит вам за то, что вы ушли от него, и даже недавно пригласил на роль Шута в "Короле Лире".
- Это потому, что я и в жизни похож на шута... А если серьезно, то Малый драматический театр сильно выделяется на фоне наших "проходных дворов", я имею в виду нынешние репертуарные театры. В нем не может быть ничего случайного - ни случайных режиссеров, ни случайно приглашенных артистов. Кстати, наш Валерий Фокин так же дотошен в работе, как и Лев Додин, хотя творческий почерк у них разный.
- Скажите, а что для вас профессия актера?
- Все. Для меня это такой кайф, с которым ничего в этой жизни сравняться не может. Фактически я живу от премьеры до премьеры, и ничего другого, как показывает жизнь, мне не надо. Отними у меня профессию, и я кончусь, сдохну где-нибудь под забором.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников