03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СРЕДИ МИФОВ И РИФОВ

Краснов Михаил
Опубликовано 01:01 12 Августа 2000г.
Вот уже скоро десять лет как российский гражданин попросту не знает, в каком государстве он живет. Он не знает по большому счету, что такое СНГ, является ли Россия частью свободного мира; несмотря на введение рыночной экономики, не знает, что такое нормальные, партнерские отношения между предпринимателем и наемными работниками. Он вообще с недоверием относится ко всему частному - и к частной собственности, и к частной жизни. Он по-прежнему окружен символами и мифами советского времени. Да и вообще, советский режим благодаря советским же фильмам и песням представляется многим чуть ли не светлой романтической жизнью. Наконец, человек просто не знает, является ли Россия продолжателем СССР, восстанавливает свою историческую родословную или это вообще какое-то новое государство.

И выходит, болезнь, которой переболела Россия, оказывается вовсе не была болезнью. Выходит, что все бурные события конца 80-х - начала 90-х годов были не революцией, а вульгарной борьбой за власть внутри одной и той же номенклатуры. Тогда зачем же все страдания? Зачем надрывать пуп?
Конечно, все это не так. И болезнь была. Тяжелейшая болезнь, выкосившая миллионы жизней и исковеркавшая сознание уцелевших. И революция произошла, поскольку поменялся общественный и государственный строй. Но только люди в основной своей массе так и не поняли, зачем все так резко поменялось, поскольку, с одной стороны, многое поменялось не в лучшую сторону. А с другой - никто им внятно так и не сказал, что это за новая система, как к ней идти и когда можно ждать ощутимых результатов.
Итак, одна из самых больших сегодняшних угроз для России состоит в том, что она так и не определилась в своих главных ценностях. Отсутствие духовно-политического самоопределения в огромной мере влияет не только на общество, но и на государственный аппарат. Российский чиновник, не получая четких импульсов от политического руководства либо получая импульсы противоречивые, остается самостоятельным в своих идейных предпочтениях. Вот и основа для произвола и тихого саботажа.
Ценностное "болото" во многом определяет и запутанность нашей нынешней политической системы. На российской политической сцене действуют множество организаций с совершенно размытыми идеологическими установками. Появился феномен неустойчивых "партий власти", т.е. фактически групп аппаратной поддержки того или иного крупного должностного лица, но без внятных идейных ориентиров. Многие из тех, кто входит в политическую элиту, меняют свои предпочтения и оказываются то в одном, то в другом лагере. Наконец, пожалуй, только у нас, да еще в нескольких странах СНГ, на "левом" фланге находится не социал-демократия, а партия, которая не только несет ответственность за все, что произошло со страной в XX веке, но и продолжает настаивать на своей правоте.
Что, скажете, простому человеку до невнятной политической системы? А вот что. Мы с вами не имеем представления, какая именно политическая сила несет главную ответственность за действия власти в тот или иной период, то есть у нас отсутствует само понятие "правящая партия", а следовательно, у нас отсутствует и оппозиция в точном смысле этого слова.
Значит, народ не в состоянии делать осознанный выбор. Значит, не к кому предъявлять на выборах политический счет. Мэр или губернатор укажут на Москву, депутаты - на правительство и президента. Президент будет сетовать на Думу, принимающую популистские законы и т. д.
Подтверждением этой несуразности являются, например, попытки Б. Березовского сконструировать оппозицию власти. При этом он заявляет, что он создал "Единство", но теперь оно его не устраивает. Буду, мол, создавать новую партию. Если это и оппозиция, то с мотивами, далекими от подлинных интересов общества.
А "куда бедному крестьянину податься"? Оказываясь бессильными повлиять на власть, на ее политику, мы начинаем относиться к этой власти как к чужеродной силе, преследующей свои собственные интересы. Между прочим, в такой системе обнажается и главный смысл свободы слова. Почему многие российские журналисты сетуют, что они, мол, опубликовали "тако-о-о-й материал", например, про коррумпированного правительственного чиновника, а власть - как в рот воды набрала? Да потому, что политически за этого чиновника никто не отвечает. Он чей, этот чиновник? Ах, ничей? Ну тогда пусть им правоохранительные органы занимаются. Докажут в суде его виновность - вот тогда и освободим от должности. У нас презумпция невиновности. А речь-то может идти и не об уголовном преступлении, а, скажем, о "невинном" использовании казенного имущества в личных целях или просто о хамском отношении к людям. Так вот, если бы какая-то партия у нас дорожила своей репутацией (но при условии, что эта репутация для нее - ключ к власти), то после газетной публикации неизбежно разразился бы скандал и он стал бы концом политической карьеры даже самого высокого чиновника.
Почему же у нас этого почти не происходит? Потому, что у нас нет ясного политического рынка. Причина этого частично заложена в самой конституционной модели, которая, наверное, была хороша на начальном этапе демократической государственности, но со временем стала ее тормозом.
Ни выборы президента, ни выборы Думы у нас не означают, что народ делает определенный заказ на политический курс страны. Конституция РФ предоставляет президенту право определять основные направления внутренней и внешней политики, назначать и отправлять в отставку председателя правительства, федеральных министров, но не обязывает его учитывать расстановку политических сил в парламенте страны. Что это несет с собой?
Если парламентское большинство расходится во взглядах с президентом, но лишено возможности самореализоваться посредством формирования правительства, оно неизбежно тормозит необходимые для развития страны законы, инициирует законы популистского толка, использует иные конфронтационные методы, подрывающие в итоге эффективность исполнительной власти. На таком фоне расцветает политическая (парламентская) коррупция, которая выражается в проталкивании законопроектов, выгодных узким лоббистским группам. Депутатский мандат становится в глазах общества, да и многих депутатов ключом к получению материальных и нематериальных благ.
Эта модель не способствует и формированию ответственного правительства, отвечающего перед обществом за проведение определенного курса. Сегодня над партийным принципом организации исполнительной власти довлеет так называемый профессиональный принцип ("принцип команды"). Вследствие этого появляется опасность формирования разнонаправленных "кланов" в исполнительной власти, кадровой нестабильности государственного аппарата. Достаточно вспомнить, как в мае нынешнего года газеты и телевидение гадали, кто именно войдет в новое правительство и "кто чей человек".
Не добавляет определенности политической системы и нынешний, противоречивый характер верхней палаты парламента. Она должна быть не своеобразным советом руководителей субъектов Федерации, а полноценным сенатом, который, естественно, должен представлять интересы всех регионов страны, но через людей, у которых не раздваивается статус - то ли они сначала региональные руководители и лишь потом члены федерального органа, то ли наоборот.
Сильное государство необходимо. Но оно ведь может стать сильным и для самого себя, для государственного аппарата. Поэтому такой лозунг не может быть целью. Он только средство для другой цели: дать народу действенный инструмент для контроля за собственной властью. Именно за собственной, потому что мы эту власть сами избираем, а значит, рассчитываем, что она будет служить не себе, а обществу. Такая цель и должна быть поставлена во главу угла. Как же ее достичь?
Прежде всего нам необходимо преодолеть то, что называется ценностной неопределенностью. Речь идет не об установлении некоей государственной идеологии, а о ликвидации опасной двойственности духовного и правового состояния, в котором находится сегодня страна - полусоветская, полудемократическая. Только тогда общество сможет ощутить себя единой российской нацией. Такая задача требует различных шагов - от символических акций до принятия серьезных решений. Скажу лишь о наиболее важных.
Потребуется комплекс мер для решения вопроса о провозглашении акта о правопреемстве Российской Федерации от Российского государства по его состоянию на 2 марта 1917 г. (это последний день перед тем, как Императора вынудили отречься от престола и в России началась череда незаконных режимов). Возможно, предложение покажется радикальным. Но, во-первых, речь идет о последовательных и разъясняемых шагах. Во-вторых, этот процесс способен по своему воздействию на общественное сознание стать альтернативой негативным чувствам, испытываемым до сих пор значительной частью российского общества по поводу распада СССР. Фактически речь идет об обретении своей исконной родины - России. В-третьих, реализация предложений способна объединить общество, ибо она включает глубинную мотивацию - потребность в общенациональной гордости, основанной на исторических традициях. В-четвертых, духовно-правовое самоопределение России станет своеобразным приглашением к возвращению домой русской диаспоры во всем мире. Возможно, такое возвращение станет катализатором для рывка нашей страны вперед.
Второе направление - законодательное стимулирование процесса создания устойчивых партий. Для этого в еще не принятом законе "О политических партиях в Российской Федерации" следует, в частности, предусмотреть: определение четких критериев для создания общефедеральной партии; допустимость участия в выборах только партий, но не избирательных блоков и политических движений (в качестве временной меры); возможность бюджетного финансирования общефедеральных партий, чьи депутаты составляют в Государственной Думе численность, скажем, не менее 45 человек; государственный контроль за финансовой деятельностью партий; обязательную открытость для общества деятельности партий.
Принятие нового Федерального закона "О выборах депутатов Государственной Думы", который должен будет установить новую избирательную систему. Смысл этой системы состоит в наличии регуляторов, тормозящих дробление партий.
Третье направление - создание более адекватной современным требованиям модели разделения властей. Для этого необходимо существенно усилить роль президента страны как главы государства, что требует его равного дистанцирования от всех ветвей власти. При этом речь не идет о превращении поста президента в сугубо представительский. Речь идет об изменении баланса президентских функций и полномочий в сторону укрепления его роли стабилизатора всей политической жизни, гаранта прав человека, эффективного обеспечителя согласованного функционирования деятельности всех органов государственной власти. Это означает, что конституционно должны быть значительно усилены и расширены полномочия президента РФ в области обеспечения национальной безопасности, правового порядка, стабильности в стране, ее целостности.
Кстати, именно при такой модели резонным может стать и создание Госсовета именно как консультативного органа, концентрирующего авторитетных представителей разных групп населения и разных политических течений. Такой Совет мог бы стать хорошей альтернативой "дворцовому" принципу выработки решений. А президент мог бы получать более достоверную информацию о жизни страны и "обкатывать" на Совете стратегические идеи развития России.
При таком варианте, однако, придется сузить полномочия президента в отношении исполнительной власти. Только так мы сможем идти к политически ответственному правительству. В частности, премьер-министр может назначаться президентом по представлению Госдумы, которое должно быть поддержано двумя третями голосов от общего числа депутатов.
О необходимости создания сената я уже говорил. Формируемый по-новому Совет Федерации получит и новые права. Он будет становиться действительно полноценной верхней палатой, поскольку приобретет более значимую роль в законодательном процессе: Государственная Дума производит законопроекты, доводит их до степени юридической готовности, но окончательно закон принимается только Советом Федерации. Развитие парламентаризма предусматривает, конечно, введение полноценного парламентского контроля...
Разумеется, возможна и другая модель: скажем, партийный президент является одновременно и главой правительства. Все эти модели можно и нужно обсуждать. Но необходимо менять существующую систему, которая по-прежнему представляет собой "мутную воду", где легко обживаются те, кому наплевать на общероссийские интересы.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников