04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

"ПУТЕВКУ В ИСКУССТВО МНЕ ВЫДАЛА БАБА ЯГА"

Подкладов Павел
Статья «"ПУТЕВКУ В ИСКУССТВО МНЕ ВЫДАЛА БАБА ЯГА"»
из номера 004 за 13 Января 2007г.
Опубликовано 01:01 13 Января 2007г.
Оксана Мысина родилась в Донбассе.Окончила музыкальную школу, потом Гнесинское училище по классу альта. После Щепкинского училища, получив распределение в Малый театр, не воспользовалась этим редким для начинающей актрисы шансом, а решила вместе с группой выпускников и Светланой Враговой создать "Театр на Спартаковской". Пять лет назад актриса открыла свою антрепризу "Театральное братство Оксаны Мысиной". В кино ее карьера развивалась непросто: снявшись в великолепном фильме Вадима Абдрашитова "Пьеса для пассажира", Оксана в течение нескольких лет не получала ролей такого же уровня и поэтому отказывалась играть. Исключение составила роль императрицы Марии Федоровны в фильме Виталия Мельникова "Бедный, бедный Павел". Минувший год стал для Мысиной весьма урожайным: она снялась в нескольких фильмах, в том числе у Эльдара Рязанова в картине "Андерсен", идущей сейчас на экранах.

- Оксана, как в вас попала актерская "зараза"?
- Я была ужасным "мальчишкой" в детстве, гонялась по степям с палкой за змеями, и эта охота доставляла мне огромное удовольствие. Свою первую роль сыграла в девять лет в пионерлагере. Это была инсценировка известной русской сказки. Вместо тихого часа я ходила по берегу моря и училась громко хохотать басом. Вы уже догадались, что путевку в театральную жизнь мне дала Баба Яга.
- Теперь вы опытная актриса, а недавно снялись у признанного классика отечественного кино Эльдара Рязанова. Интересно было с ним работать?
- Сказать "интересно" - значит ничего не сказать. Это была удивительно трепетная работа! Эльдар Александрович во время съемок пребывал в состоянии вдохновения, буквально светился, было ощущение, что он вот-вот взлетит. Снявшись в той или иной сцене, мы сбегались к монитору, он сажал нас рядом, как птенцов, делал какие-то замечания. Мне кажется, что Рязанов сейчас находится на таком этапе своей жизни, когда он вступил в диалог с великим мировым кино, с Форманом, Висконти, Феллини... Но при этом, конечно же, остается Рязановым. В этом фильме я играю маму Андерсена - Анну Марию. Сначала она появляется в картине, когда Хансу 14 лет, а ей - чуть за 30. Потом она вновь возникает на экране через 20 лет. Мне было безумно интересно играть превращение молодой женщины в существо без пола и привязанностей. Единственное, к чему она тянулась, это к собакам, поэтому в картине ее сопровождают бродячие псы. Я тоже жуткая "собачница", не могу равнодушно проходить мимо бездомных, больных собак, обязательно их подкармливаю.
- Ваша любимая актриса Фаина Раневская (на которую, говорят, вы похожи) плохие роли в кино называла "плевком в вечность". Наверное, помня это, вы всегда очень тщательно относитесь к предложениям, не позволяя себе участие во второстепенных фильмах. Но недавно все же решились на сериал...
- Да, я снялась в комедии режиссера Нонны Агаджановой "Кровавая Мери". До этого она была продюсером многих наших телезвезд, а с недавнего времени пришла в кино. Она затеяла 11-серийную эпопею, в которой сыграли Геннадий Хазанов, Валерий Гаркалин и я в одной из центральных ролей. Фильм скоро будет показан на Первом канале.
- Вам везет на женскую режиссуру в кино. Помню вашу роль в одном из первых отечественных сериалов - "Семейные тайны" режиссера Елены Цыплаковой. Как развивались ваши отношения с Еленой в дальнейшем?
- Мы очень дружны, часто встречаемся, ездим на фестивали. Работа с ней стала для меня серьезной школой. Недавно мы с ней обсуждали возможные съемки фильма о русской святой Ксении Петербуржской. Ведь про эту интереснейшую и трагическую фигуру в нашей истории не было снято ни одного фильма. В первую очередь мне интересно понять, как светская женщина, имевшая все, отреклась от своего богатства, раздала его людям и посвятила всю себя служению Богу. По-моему, это подвиг, на такое способны только сильные натуры, до которых мне никогда не дотянуться.

- Но ведь вы тоже достаточно сильный человек, к тому же никогда не останавливаетесь на достигнутом, постоянно совершенствуете себя. Ну а когда кино снято, вы потом не мучаетесь, что можно было сделать все по-другому?
- Еще как мучаюсь. После просмотра фильма об Андерсене я несколько ночей просыпалась и думала: "Ну почему я эту сцену сыграла не так?" В театре в этом смысле проще, даже когда спектакль выходит на публику, ты можешь что-то переделывать, потому что сцена располагает к ежедневному эксперименту. Вот почему умные артисты, даже те, кто часто снимается в кино и получает высокие гонорары, несоизмеримые с зарплатами в театре, не покидают его.
- Теперь о вашей режиссуре. Есть мудрая поговорка: "Можешь не писать - не пиши!" Вы можете не заниматься режиссурой?
- Актрисой я стала, пытаясь через других людей приблизиться к себе и по-знать свое место в жизни. Режиссура позволяет найти в себе что-то другое. Как актриса, я хорошо знаю, что спонтанное существование на сцене - это самое интересное, самый кайф. И я провоцирую актеров именно на такое существование. Из-за этого они меня называют провокатором. Некоторые режиссеры любят доводить актера до самоуничижения, ставить на колени, чтобы у него произошел какой-то взрыв. Я знаю режиссеров, которые могут даже ударить актера по лицу для того, чтобы вызвать у него нужные им эмоции. Это безобразие. Я такого терпеть не могу. Сама через подобное прошла и какие-то вещи на собственной шкуре испытала.
- В своей театральной команде вы поставили два спектакля по пьесам Виктора Коркия, представляющих из себя пересказы классических сюжетов: "Дон Кихота", "Эдипа" и "Антигоны"... А почему именно пересказы? Мне кажется, вы вполне смогли бы сыграть "настоящую" Медею...
- Я начинаю об этом думать, меня тянет к оригиналам - к Софоклу, Шекспиру, Чехову. Очень надеюсь, что скоро начну репетировать Раневскую в "Вишневом саде" в театре "Апарте" в постановке Андрея Любимова. Признаюсь, я пошла в актерскую профессию, чтобы сыграть именно эту роль, хотя многие режиссеры до сих пор видят меня только в комических ролях. Но ведь Чехов тоже называл свою пьесу комедией. Вот и будем с режиссером искать...
- В музыке вы тоже продолжаете поиски. Вначале вы со своей рок-командой пели песни Виктора Цоя, а что сейчас?
- Сегодня я пишу тексты сама, а музыку мы пишем вместе. Некоторые музыканты отсеялись, потому что хотели получить все сразу: и деньги, и славу. Но мы искали и находили тех людей, у которых творчество стоит на первом месте, а потом уж признание, успех. Думаю, что сейчас у нас сложилась настоящая команда, поэтому на репетициях я не чувствую усталости, летаю как на крыльях.
- Что вас заставило заняться рок-музыкой? Ведь, насколько я знаю, в Гнесинском училище этому не учат.
- Меня, выросшую на классической музыке, влюбил в рок мой муж Джон. И это естественно, ведь он вырос в Америке, на родине рок-н-ролла. Три года назад я вышла на сцену вместе с рок-музыкантами и до сих пор продолжаю "резать" рок со своей командой "Окси-рокс", играю на электроскрипке, пою.
- Как случилось, что ваш муж Джон Фридман - американский искусствовед - остался жить в России?
- Он остался, чтобы не выдергивать меня из родной среды, в которой я могу развиваться, совершенствоваться. По-другому я свою жизнь не представляю, и муж это прекрасно понимает. Джон живет в России уже 16 лет, и, как мне кажется, от этого ничуть не страдает, более того, он влюблен в русскую литературу, русский театр. Им издано девять книг, куда вошли переводы современных российских драматургов, биография Николая Эрдмана, обзоры премьер московских театров. В Америке вышла книга, написанная им в соавторстве с Камой Гинкасом "Провоцируя театр". Еженедельно в газете "Moscow times", а также в различных изданиях в Америке и Лондоне публикуются его статьи. А с недавнего времени на телеканале "Russia today" выходит его авторская программа о театре. Так что тосковать по родине ему некогда.
- Иногда вы ездите на "побывку" в США. Какое впечатление производит на вас эта страна?
- Обожаю дружную семью Джона, которая сразу же приняла меня, как родную. Обожаю океан, каньоны, пустыню, американских зрителей, диснейленды, Мерил Стрип, Марлона Брандо и луну вверх тормашками.
- У вас не было искушения навсегда уехать в Америку, как сейчас делают многие наши соотечественники?
- И что я там буду делать? Без рус-ского театра, кино я быстро перестану замечать комфорт, ради которого мои соотечественники едут в Америку. А потом, это так скучно. Русскому человеку надо постоянно преодолевать трудности, бороться, вот тогда это жизнь... Когда нам с Джоном все надоедает, мы начинаем строить планы, куда бы улизнуть, на какой необитаемый остров, чтобы там не было ни политиков-демагогов, ни чиновников. Но наступает утро, на нас обрушиваются новые дела, и мы вновь крутимся, крутимся...
- Что вас больше всего беспокоит в творчестве?
- Я постоянно думаю, интересна ли я кому-нибудь, чем могу удивить? Смотрю на себя в зеркало и думаю: "Боже, какое скучное лицо!" И мне хочется с ним что-нибудь сделать. А когда зрители не принимают мой спектакль, то в такие минуты мне кажется, что я умираю. Тогда я открываю в гримерке кран с холодной водой, подставляю под струю руки - в надежде смыть все плохое и таким образом ожить. И у меня это получается.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников