Пророки, шайтаны, политики…

Битва имама Али с джинном. Египет, первая половина XX века. Бумага, хромолитография. Изображения предоставлены Государственным музеем Востока

Выставка арабской картины в Музее Востока ломает шаблоны


В Государственном музее Востока открылась выставка «Пророки и герои. Арабская народная картина XIX-XX веков». Раритетные рисунки, опровергающие расхожее представление о полной табуированности в мусульманском мире изображений людей и животных, собраны известным востоковедом Юрием Завадовским. Проект посвящен перекрестному Году культуры Россия – Египет 2020.

Имамы, бьющиеся с джиннами, соседствуют с дервишами, учеными и поэтами, а неземное существо ал-Бурак с лицом человека, телом коня и хвостом павлина готово вознести пророка Мухаммеда в миражд – ночное путешествие на седьмое небо.

Присутствуют и библейский сюжеты: продажа Иосифа (Йусуфа) в рабство, жертвоприношение Авраама, Ноев ковчег. На одном из лубков изображен Искандер (Александр) Македонский Двурогий. Знаменитый завоеватель остановился у Мирового древа, его сопровождают исламские праведники Ильяс и Хидр. Последний, по легенде, состоял в войске Александра и помог найти источник живой воды, возвращающей жизнь убитым воинам.

Все это – уникальные образцы арабской народной картины, т.е. раскрашенных вручную лубков. Печатные изображения коранических пророков, шейхов, святых, а также героев ранней исламской истории и эпических сказаний получили распространение в Египте и Алжире в конце XIX – XX веке. Такие картинки украшали общественные учреждения – лавки, бани, больницы, вешались они и в жилых домах, особенно по случаю свадеб, дней рождений и других торжеств, выполняя роль оберегов.

- В мировой науке устоялось мнение, будто арабо-мусульманское искусство не создало собственной изобразительной традиции, развиваясь преимущественно как каллиграфическое и декоративно-прикладное, – говорит куратор выставки Евгения Карлова. – Наша экспозиция это опровергает. В Северной Африке лубок был распространен довольно долго: с 1890-х до 1960-х годов. К сожалению, как это часто случается с дешевой народной картиной, в пору своего активного бытования она не становилась предметом коллекционирования. Эту коллекцию собрал выдающийся российский востоковед Юрий Завадовский в годы своего пребывания в Тунисе. Там же в 1938 году на французском языке (Юрий Николаевич в отрочестве был увезен в эмиграцию, стал французским гражданином, на родину смог вернуться только в середине ХХ века – «Труд») он написал книгу об арабском лубке.

– Часто сюжеты народных картинок – архетипические, общие для многих индоевропейских народов, а значит – очень древние. Таковы, например, изображения героя, попирающего змея: это может быть и Георгий Победоносец, и праведный халиф, побеждающий шайтана, – рассказывает дочь коллекционера Светлана Завадовская. – Или вот марокканский лубок «Похищение невесты», где схематично изображенная пара скачет на коне. На пути влюбленных, как всегда, возникают препятствия, но тотемные животные-помощники – конь и фантастические птицы – помогают все преодолеть. Сюжет, знакомый и по нашим народным сказкам… В лубках интересна каждая «говорящая» деталь: чалма, карающий меч, усы. Например, воины с лихо подкрученными усами появились на этих картинках под влиянием французской моды. А зуавы (алжирские солдаты армии Наполеона III – «Труд»), отличавшиеся не только храбростью, но и жестокостью, завели себе такие в подражание османам. На самом деле символизм этих усов восходит еще к Древнему Египту: они повторяют форму рогов доблестного бога-быка Аписа. Среди экспонатов выставки есть и изображения выдающихся современников. Такова алжирская картинка, передающая облик святой Лалы Зейнеб — женщины-суфия, ученого, главы обители в Ал-Амели (Алжир). Она предстает восседающей на софе среди ярких подушек на фоне полосатого полога, увенчанного фестоном с изображением полумесяца. Одета в белую накидку с заколкой, светлое платье с цветами, в одной руке четки, в другой опахало.

Или – Саад Заглул-паша, борец за освобождение Египта от англичан, ставший в 1924 году премьер-министром страны. Заглул был приверженцем так называемого «фараонизма» – идеи преемственности между современным и Древним Египтом. Политик изображен в европейском костюме и традиционной красной османской феске. В правой руке он держит свиток, на котором написано «Египет и Судан», левой рукой гладит сфинкса, который говорит «О, Саад! Наши надежды на тебя!»

Ну и, конечно, мы находим на лубках сюжеты традиционной народной поэзии, в первую очередь «жизнеописания» пророка Мухаммеда, историю древнеарабского поэта Антары ибн Шаддада и его возлюбленной Аблы, воинские подвиги мамлюкского султана Бейбарса, побеждавшего крестоносцев...

Битва Антары с Ибн Зинджиром. Египет, первая половина XX века. Бумага, хромолитография

Справедливость требует сказать об одном явном недостатке выставки – она, как, впрочем, большинство экспозиций Музея Востока, крайне непродолжительна и после 29 марта закроется. Интересующимся стоит поспешить – хотя бы ради того, чтобы убедиться, насколько живая культура, да и вообще жизнь может оказаться богаче наших стереотипных представлений. Например, предыдущий проект Музея Востока «Суфизм без границ», рассказывал о том, как русские ученые-офицеры во время Первой мировой войны спасли рукописи турецкого шейха Ахмеда Гюмюшханеви, сейчас признанные среди важнейших суфийских трудов мира. И это тогда, когда Турция была противником! Причем в перечне этих ученых встречаются и армянские имена – всего лишь через год после трагически знаменитой резни. Удивительный пример того, насколько культура выше национальных, конфессиональных и прочих границ, наводя мосты даже в самых критических ситуациях. Разве не поучительно для нас сегодняшних, погрязших в конфликтах и взаимных обидах?



Власти «ряда регионов» оказались готовы не подчиняться правительству, отстаивая свое право закрывать границы во время эпидемии. Кто прав?