19 августа 2017г.
МОСКВА 
27...29°C
ПРОБКИ
2
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 59.36   € 69.72
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДЕНЬГИ ЕСТЬ, НО НЕТ ОПОРЫ

Алексеев Владимир
Опубликовано 01:01 13 Ноября 2001г.
Наметившийся в России экономический рост вновь заставил заговорить о среднем классе. Том самом, что определяет лицо государства, составляет основу его стабильности и процветания. Не случайно недавно Владимир Путин, встречаясь с предпринимателями, объединившимися в общественную организацию "Деловая Россия", назвал наличие полноценного среднего класса одним из главных условий формирования гражданского общества. Добавим, что последнее в этом году заседание Госсовета будет посвящено вопросу развития малого и среднего бизнеса.

Своими соображениями об особенностях российского пути к среднему классу с корреспондентом "Труда" делится депутат Госдумы, лидер "Деловой России" Игорь Лисиненко.
- Игорь Васильевич, по какому признаку определять представителей среднего класса? И какова его численность?
- Средний класс - это часть предпринимателей, менеджеров, специалистов различных отраслей экономики, которые адаптировались к рыночным условиям. Но границы зыбки, и сейчас, наверное, у нас никто не возьмется определить численный состав этой прослойки.
В большинстве социологических исследований признаком среднего класса считается достаточно высокий уровень доходов. Однако этот критерий универсален только для экономически и политически стабильных стран. Если же применить такой подход к России, то к среднему классу придется отнести, скажем, значительную часть сторонников радикальных взглядов. Вряд ли они могут считаться опорой государственного устройства. Скорее, наоборот.
Думаю, у нас под определение среднего класса могут подпадать слои общества, объединенные социальным признаком. А именно: те, кто видит в существующем режиме гарантию соблюдения своих жизненных интересов, то есть сохранения и повышения уровня жизни, возможность самореализации. В этом отличие среднего класса от так называемой элиты в политике или бизнесе. Интересы ее могут полярно меняться и периодически работать на дестабилизацию. Такую опасность мы наблюдали на опыте своей страны.
- Вы не считаете представителей малого бизнеса носителями идеологии среднего класса, как это принято в цивилизованном мире?
- Очень бы хотелось, чтобы малый бизнес стал основой среднего класса. Но пока это только благое пожелание, декларация, не подкрепленная экономически. Иначе бы 8 миллионов людей, которые, по подсчетам Госкомстата, представляют малый бизнес, уже стали бы опорой государства. О каком среднем классе можно говорить, если речь идет о мелких лавочниках или старателях от шоп-туров с их грошовым оборотом? В малом бизнесе к категории людей среднего класса можно отнести только часть руководителей предприятий и специалистов очень высокого класса - например, в области медицины, адвокатуры, нотариата и некоторых других.
- Тогда кто же, по-вашему, составляет костяк нового класса?
- Пока у нас лицо среднего класса определяет средний бизнес. Он кровно заинтересован в стабильности государства, потому что работает на отечественный рынок и развивается, если растут потребности самых широких слоев населения. Кроме того, он составляет фундамент российской экономики и создает основной национальный продукт. Мало кто знает, что крупный бизнес дает сегодня только 20 процентов ВВП и ориентирован большей частью на мировой рынок. С другой стороны, в силу слабости нашей экономики государство пока не может сегодня создать благоприятные условия для малого бизнеса, чтобы он занял свою нишу в экономике и стал базой для среднего класса. Средний же бизнес в поддержке не нуждается. Достаточно просто ему не мешать.
- До кризиса 1998 года в России уже существовал средний класс, сформированный как раз из представителей среднего бизнеса. Как вы думаете, почему он рассыпался всего за несколько дней?
- Экономический рост до 98-го года во многом был искусственным. Он создавался за счет внешних заимствований и финансовых пирамид ГКО. А слой обеспеченных людей, который образовался тогда в России, не мог в полной мере считаться средним бизнесом, тем более - классом. Страну заполнил дешевый импорт; отечественных производителей, своего реального производства практически не существовало. Когда же заемные деньги закончились, весь этот "класс" оказался банкротом.
Сегодня ситуация в экономике иная. Именно поэтому потребность в среднем классе стала общенациональной задачей. Иначе нас будет постоянно лихорадить политическая нестабильность. Если же в решении этой задачи будет достигнут прогресс уже к следующим выборам, то Россия впервые этот период может пройти без политических потрясений. Тогда мы не потеряем многое из того, что достигнуто в ходе реформ.
- Какое место в системе формирования среднего класса будет занимать прежняя опора государства - рабочий класс?
- Надо честно признать, что в постиндустриальном развитии цивилизации пролетариат потерял способность быть не только гегемоном, но и лицом среднего класса в обществе. Достаточно привести пример США, где 75 процентов населения заняты в сфере услуг и все меньше людей задействовано в секторе реального производства. То же самое касается аграрного производства. В развитых странах в сельском хозяйстве работает порядка 2 - 5 процентов всего трудоспособного населения. В России, конечно, иная ситуация, но и мы пойдем тем же путем - это вопрос времени и темпов экономических реформ.
- Что, на ваш взгляд, нужно делать, чтобы средний класс быстрее стал опорой общества?
- На мой взгляд, надо создавать гражданам благоприятные условия для реализации частной инициативы - не на словах, а через соответствующие законы и практику. Уверен, что если власть и общество сделают шаг навстречу предпринимательству, частный сектор станет той самой "грядкой", на которой вырастет средний класс. Причем без особых перенапряжений со стороны государства.


Loading...



Фильм «Матильда» получил прокатное удостоверение. Ну как, смотреть пойдете?