11 декабря 2016г.
МОСКВА 
-7...-9°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДЕТОРОЖДЕНИЕ - СФЕРА ИНТИМНАЯ

Мамедова Майя
Опубликовано 01:01 14 Февраля 2004г.
Насколько связаны между собой проблемы демографии и бесплодия? Обоснованы ли сегодняшние тревоги по поводу ухудшения здоровья мужчин и, в частности, их способности к продолжению рода? Об этом мы беседуем с директором Республиканского центра репродукции человека и планирования семьи, доктором медицинских наук Андреем АКОПЯНОМ.

- Андрей Степанович, известно, что демографическая ситуация в России тревожная - население постоянно "убывает". При этом миллионы женщин и мужчин страдают бесплодием. Можно ли хотя бы частично решить проблему с помощью медицины?
-Конечно, борясь с бесплодием, в какой-то мере можно повысить рождаемость. И все же не стоит думать, что бесплодие может сказываться на глобальном демографическом прогнозе или на безопасности государства. Эта проблема касается прежде всего судьбы конкретной пары, а не всего человечества или хотя бы города. Имейте в виду: в мире каждый год делается 50 миллионов абортов, из них в России - два миллиона триста тысяч, в США - полтора миллиона. Это значит, что потенциальная способность человечества к воспроизводству чрезвычайно высока. При этом за последние четверть века с помощью искусственного оплодотворения (метод ЭКО) рождено примерно миллион 250 тысяч детей. А всего в мире ежегодно прибавляется 80 - 90 миллионов человек. Сопоставьте эти цифры - и вам станет понятно, что бесплодие не может быть фактором, радикально влияющим на демографическую картину страны или мира, хотя на протяжении жизни с ней сталкивается примерно каждая седьмая или восьмая пара. И для многих невозможность иметь ребенка становится личной трагедией.
- Кто чаще страдает бесплодием - женщины или мужчины?
- Считается, что в 45 процентах случаев, когда пара не может родить ребенка, бесплодием больна женщина, еще 40 процентов приходится на мужское бесплодие. Оставшиеся 15 процентов - это те случаи, когда надо помогать и женщине, и мужчине.
- Насколько реально для россиян получить такую помощь?
- Сегодня - более реально, чем когда-либо. И особенно это касается мужчин. В Советском Союзе была система гинекологической помощи для женщин. Такой же помощи мужчинам - системы андрологического лечения - не существовало.
- Можно ли сказать, что сейчас в России есть реальная возможность получить андрологическую помощь?
- Можно. Наша клиника была первым в стране центром репродукции. Сейчас подобные центры работают примерно в 200 городах. Конечно, они по-разному оснащены. Но в целом, если мужчина действительно захочет получить такую помощь, он ее получит. Другое дело, что в России лишь около 15 процентов мужчин с проблемами в этой сфере обращаются к врачам.
- Почему?
- Такая у нас психология. Мужчина часто принимает как неизбежность, как факт судьбы то, что у него, "нет и не будет" детей. Он готов с этим жить. Кто-то женится на женщине с малышом, кто-то усыновляет ребенка. Это очень деликатная сфера, вопрос личного выбора человека. И если я общаюсь с парой, то многие вопросы выясняю отдельно у мужчины и женщины. Какую-то информацию, которая касается только мужчины, никогда нельзя сообщать женщине - и наоборот. Кстати, любые сведения о пациенте принадлежат не врачу, а только самому пациенту, это очень важный этический момент.
- Ваш центр начал работать в 1990 году. Вы можете сравнить ситуацию тогда и сейчас? Что изменилось?
-Я могу говорить только как практикующий врач, к статистике это не имеет никакого отношения. В начале 90-х годов очередь к андрологу сидела с девяти утра и до десяти вечера. Уже к 1996 году картина стала другой - те, кто хотел, такую помощь получили. Конечно, меняется и список диагнозов. Раньше основные жалобы были связаны с инфекционными заболеваниями. Сейчас их стало меньше. Но и диагностика тоже другая. Раньше были известны три основные венерические болезни: сифилис, гонорея, трихомониаз. А сейчас мы знаем более двадцати инфекций, передающихся половым путем.
- Можно ли говорить о том, что мужское бесплодие встречается сегодня чаще?
- Я бы так не сказал. Думаю, что достоверно оценивать эту ситуацию вообще крайне трудно. Ведь отсутствие у мужчины ребенка - совсем не свидетельство его неспособности быть отцом. Косвенно можно судить о показателях мужского бесплодия по тому, сколько мужчин обращается за помощью. Но, как я уже говорил, обращаются далеко не все.
- Ваша оценка: насколько успешно лечится сейчас бесплодие?
- Лет 15 назад эффективность лечения колебалась в пределах от 25 до 40 процентов случаев. Сейчас при использовании всех современных методов эта цифра достигает 80 - 85 процентов. Но надо быть честными: это лучшие мировые показатели. А средний уровень в средней клинике - это те же 35 - 40 процентов успеха. И определяется он не какой-то одной методикой, а комплексом мер: лекарства, более совершенные микроскопы, накопление опыта у врачей. Но ведущим методом лечения бесплодия остается ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение). Андрологическая помощь - лишь существенное дополнение. В целом мужское бесплодие лечится трудно, природа ставит свои барьеры на этом пути.
- Сторонники клонирования человека считают, что это тоже один из перспективных путей борьбы с бесплодием.
- Я не верю в перспективы такого метода лечения. И дело даже не в этических или юридических проблемах, связанных с клонированием. Просто оно, на мой взгляд, не дает никаких преимуществ по сравнению с уже существующими, гораздо более безопасными и эффективными методами. И вообще я убежден, что шум вокруг клонирования (к счастью, сейчас он несколько поутих) совершенно не соответствует тому месту, которое эти сомнительные опыты могут реально занять в развитии науки.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников