07 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

МОЛИТВЕННИК КОРОЛЕВЫ

Безрукова Людмила
Опубликовано 01:01 14 Февраля 2007г.
Это полукруглое, светло-серое здание с белыми колоннами, занимающее целый квартал на углу Невского проспекта и Садовой улицы, не спутаешь ни с каким другим в Петербурге. Оно было построено на рубеже ХYIII - ХIХ веков для Публичной библиотеки.

Она здесь до сих пор вот уже более 200 лет. Правда, официально называется теперь Российской национальной библиотекой (РНБ). Как и прежде, пройти сюда можно, лишь имея читательский билет. И по-прежнему далеко не во все залы. Скажем, вход в Круглый зал рукописного отдела, что на первом этаже "публички", доступен лишь "отдельным важным персонам" из числа ученых. Меня в этот зал сопровождали сразу две строгие сотрудницы, предварительно "выдержав" добрых полчаса в зале статусом пониже - обычном читальном.
Само событие ждало меня у большого дубового стола с зеленым сукном. Оно лежало на этом столе за стеклом переносной витрины.
"En ma fin mon commencement" - "В моем конце - мое начало". Когда-то Мария Стюарт вышила это изречение на парчовом покрове. Теперь ее смутное предчувствие сбывается. Трагическая смерть кладет истинное начало ее славе... "Стоя на эшафоте, ... Мария ... в одну руку, словно оружие, берет распятие, в другую - молитвенник и, пав на колени, громко молится..." - это цитата из книги Стефана Цвейга о жизни и смерти Марии Стюарт, королевы Шотландской, Французской и несостоявшейся Английской.
Вот он, на столе, за стеклом - тот самый рукописный часовник (молитвенник) с позолотой, который был с ней в смертный час. Ровно 420 лет назад, в феврале 1587 года держала великая страдалица в последний раз в руках эту книгу. И уже 202 года, как "переехала" та в Петербург.
Мне тоже хочется коснуться ее, полистать. Но, увы, нельзя. Даже хранитель рукописного отдела Наталья Елагина достает ее из специальной комнаты-сейфа исключительно в белых перчатках и только по большим праздникам.
Мне дозволяется приблизиться к застекленной книге. Она кажется большой, тяжелой. Но размерами всего 250 мм на 175 мм. В ней 229 листов общим весом около 700 граммов. Ощущение тяжести создают массивный переплет и пергамент. Он плотнее бумаги. Наталья Алексеевна рассказывает, как болезненно реагирует пергамент на свет, на отопление: хрустит, раздувается в объеме, да так, что, бывает, книгу не закрыть. "Мы на нее даже дышать боимся", - признается хранительница.
На той странице, что разрешили мне рассматривать, справа, ближе к полям, виднеется едва заметная продольная полоска на потертом гербе. Она делит его на две части: левую и правую. Это верный признак "женского пола". Слева на щите - изображение геральдического знака мужа, справа - личный родовой.
- Как бы аккуратно геральдические знаки ни выскребали, а все равно они "живы" и позволяют историкам проследить пусть и не полную, судьбу рукописи, - говорит Елагина.
- Зачем и кому нужно было стирать гербы? - не понимаю я. - Губить такую красоту!..
- Обычно этим занимался новый владелец книги, - рассказывают хранители древностей. - Ему важно было оставить свой автограф на страницах, чтобы ни у кого не возникало сомнений в принадлежности рукописи именно ему. В часовнике на многих листах потертости. У Марии Стюарт был, как известно сын, ставший впоследствии английским королем Яковом I. После гибели Марии молитвенник по наследству перешел к нему. После его смерти попал, по-видимому, к Арабелле Стюарт, кузине Якова I. И она тут подписалась. На основании этой ее подписи мы можем сказать, что как минимум до ее смерти в 1615 году часовник рода Гизов-Стюартов находился в Англии.
А в Петербург уникальная книга попала с собранием западных рукописей Петра Петровича Дубровского, много лет жившего во Франции. Он передал собрание в Публичную библиотеку, когда вернулся в Россию.
- Наталья Алексеевна, это правда или все-таки только легенда, что Мария взошла на эшафот, держа в руках именно этот часовник?
- На самом деле, это всего лишь красивая легенда, растиражированная Цвейгом, - возвращает меня к прозе жизни хранитель Елагина. - Мы полагаем, что на эшафот Мария свой часовник не брала. Хотя он и упоминался в списке ее ценных вещей, составленном приблизительно за год до смерти.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников