Куда, куда вы удалились?

Богдан Волков в роли царевича Гвидона на сцене брюссельского театра «Ла Моннэ». Фото предоставлены менеджментом артиста

10 лет Молодежная оперная программа Большого театра «запускает» звезд. А Большой их упускает


15 февраля Богдан Волков, которого сегодня все увереннее называют лучшим современным русским лирическим тенором, споет премьерный спектакль «Евгений Онегин» в Норвежской опере. За Богдана и, конечно, за норвежского зрителя можно порадоваться — одна из лучших сцен Европы, постановка знаменитого немецкого дирижера Лотара Кенигса и его соотечественника режиссера Кристофа Лоя с мировой оперной звездой Светланой Аксеновой в роли Татьяны... Только почему премьер с Богданом мы не найдем в афише Большого театра, который сам певец называет родным? Ведь это в его стенах, в его Молодежной оперной программе талантливый юноша из Донецкой области вырос в артиста международного класса.

Впервые я увидел и услышал Волкова в премьерном спектакле «Манон Леско». Том самом, на который публика ломилась из-за дуэта Нетребко — Эйвазов, дебютировавшего на сцене Большого театра. Как все, я старался не упустить ни ноты, ни жеста мастеров. Но поймал себя на том, что все время фиксируюсь на светящемся лице и солнечном, золотистом теноре неведомого мне молодого певца, исполняющего роль Эдмонда — друга главного героя. Есть актеры, с появлением которых мизансцена мгновенно обретает смысл и центр. Именно такой исполнитель был в тот момент перед нами. Чтобы узнать его имя, мне понадобилось посмотреть в программку.

Сегодня карьера Богдана раскручивается на главных сценах мира подобно тугой пружине. Только за три последних месяца он успел спеть серию «Волшебных флейт» в Лос-Анджелесской опере, поехать на Новый год в Берлинскую государственную оперу, где еще в апреле сам маэстро Даниэль Баренбой мпоставил с ним прокофьевское «Обручение в монастыре», а сразу после Нового года отправился в Осло на «Онегина».

Богдан Волков и Ольга Кульчинская в «Царской невесте». Спектакль той недолгой поры, что довелось выпускникам «молодежки» работать на родной сцене Большого театра

При таких бросках между континентами даже удивительно, как Богдану хватило времени и сил заехать в Москву на недавний концерт в честь 10-летия той самой Молодежной программы — кстати, как раз в дни его собственного тридцатилетия. Там и поговорили мы — о феноменальной школе «молодежки» и том, почему для большинства ее выпускников работы на родной сцене нет.

Но сперва — вкратце биография Богдана. Родился в донецком городе Торезе. Хотя семья с музыкой не связана, мальчик с самых ранних лет любил петь, мечтал научиться играть на фортепиано, которое увидел в доме у знакомых. Инструмент ему купили, и с 6 лет начались музыкальные занятия. В 9 лет Богдан пошел в вокальный кружок городского Дома культуры. Затем — переезд в Донецк, оттуда — в Киев, учеба в колледже и институте имени Глиэра, Национальной музыкальной академии Украины имени Чайковского. Переломным стал 2013 год, когда Богдана вместе с другой ныне знаменитой украинкой Ольгой Кульчинской отобрали на летнюю академию Юрия Башмета во Львове. Там они познакомились со Светланой Григорьевной Нестеренко, от которой узнали о Молодёжной оперной программе Большого театра, и решили ехать в Москву.

«Я чувствовал себя уверенно, пока не стали доходить сообщения: в Петербурге на региональном отборочном туре уже определились 15 претендентов, в Екатеринбурге — еще 15. Конкуренция огромная, 80-90 человек на место, — рассказывает Богдан. — Поехал на самый последний день московского отбора. Дмитрий Юрьевич Вдовин, художественный руководитель программы, внимательно слушал каждую арию, делал замечания, просил что-то еще раз спеть по-другому, я волновался...но в итоге прошел во второй тур! Потом — и в третий».

В числе всего нескольких счастливцев его взяли в программу. Жизнь в ней Богдан описывает как «утопический маленький мир внутри Большого театра, в котором каким-то чудом сконцентрированы лучшие силы мира, преподают легендарные коучи, заряжающие тебя огромным энтузиазмом, кипит круговорот спектаклей, концертов... Конечно, можно дозировать нагрузку, но все мы, наоборот, старались взять по максимуму, взахлеб постигать новое. А иначе наши ребята не достигли бы таких высот».

Высоты Богдана — это участие в спектаклях Большого театра «Моцарт и Сальери», «Борис Годунов», «История Кая и Герды», «Князь Игорь», «Царская невеста», «Евгений Онегин»... Это работа артистом Молодежной оперной программы в 2013-2016 годах, где за 4 сезона в общей сложности выучено и исполнено свыше 20 ролей. Это победа на Парижском оперном конкурсе в 2015 году, II премия конкурса Пласидо Доминго «Опералия» (Гвадалахара, Мексика, 2016), российская национальная премия «Онегин» (номинация «Дебют», мужской раздел, 2017), премия CastaDiva в номинации «Взлет» за партии Ленского в «Евгении Онегине» и Берендея в «Снегурочке» (2019). Не забудем и самую первую награду — Гран-При VI Открытого конкурса молодых вокалистов им. А. Соловьяненко, полученную еще до учебы в Москве на малой родине в Донецке...

В роли кназя Мышкина в опере Мечислава Вайнберга «Идиот»

Очень радуют певца встречи с соучениками по программе на самых престижных сценах мира. С Ольгой Кульчинской пели «Сказку о царе Салтане» в брюссельском театре «Ла Монне», а еще с Андреем Жилиховским и Ниной Минасян — то самое новогоднее «Обручение в монастыре» в Берлине. А недавно, по приглашению замечательного дирижера Мариса Янсонса (к сожалению, внезапно ушедшего из жизни, но проект все равно состоится), Богдан попал в состав исполнителей «Бориса Годунова», и не где-нибудь, а в Зальцбурге, и не когда-нибудь, а грядущим летом, в 100-летнюю годовщину самого знаменитого музыкального фестиваля планеты. Разумеется, снова в окружении целого сонма российских оперных звезд.

И все же почему выпускники Молодежной программы редко задерживаются на сцене самого Большого театра?

«Не стану жаловаться на чрезмерные нагрузки — в театре, тем более таком как Большой, и не может быть легко, — отвечает певец. — Он для меня все равно любимый, родной, дорогой. Но в таком огромном организме трудно найти баланс между существованием в его постоянном репертуаре и твоей индивидуальной открытостью к новым пространствам и горизонтам. Да и график в нем не всегда стабилен... Думаю, с чем-то подобным столкнулись и мои товарищи».

От новых горизонтов действительно захватывает дух. После норвежского «Евгения Онегина» в жизни Богдана будут «Любовь к трем апельсинам» Прокофьева в Неаполе, «Фальстаф» Верди с русско-немецким дирижером Кириллом Петренко в Баварской государственной опере, уже упомянутый «Борис Годунов» в Зальцбурге вновь с Кристофом Лоем, «Евгений Онегин» в Венской государственной опере. В ближайшие сезоны ожидаются постановки в Метрополитен-опере, королевском театре Ковент-Гарден, на фестивале в Экс-ан-Провансе... График расписан до 2024 года.

Заметьте, занятость что в русском, что в западном репертуаре — примерно равная. Серьезное достижение в мире, где еще совсем недавно на наших певцов смотрели как на экзотических богатырей, которым вольготно только в своей национальной стихии.

Тем важнее найти в этом жестком, порой жестоком театральном мире собственную «интонацию». Для Богдана это, бесспорно, лирическая опера. Или такие герои, которые на фоне самых жестких драм выделяются своей «особостью» — Мышкин в «Идиоте» Вайнберга, Юродивый в «Борисе Годунове», Ленский в "Онегине«,Гвидон в «Сказке о царе Салтане»... Да и в самом Богдане, как я уже говорил, есть это «отдельное», внутренний свет, что, кажется, требует специальной психологической защиты.

«Театр жесток? — удивляется он моему суждению. — Наоборот, когда работаешь на проекте, влюбляешься в него, в команду, а потом надо расставаться — вот это печаль. Просто работать надо с людьми, которые тебя понимают. Какая психологическая защита, что вы. Да сама мысль, что со мной работает такой уникальный режиссер, как Дмитрий Черняков, что зовут в проекты Кристофа Лоя или КшиштофаВарликовского, что Баренбойм после «Обручения в монастыре» хочет видеть меня в следующих своих спектаклях — уже окрыляет».

Может, когда-нибудь и в Большом театре научатся так же ценить собственных молодых звезд? Как, например, ценит молодую смену Мариинский театр: уж там Валерий Гергиев не прозевает яркого воспитанника Ларисы Гергиевой (она — руководитель Академии молодых певцов Мариинки), привлечет его в свою труппу ролями, контрактами, тем самым балансом между театральным репертуаром и вольными поездками... Или как вышло с Богданом в московской «Новой опере», где певец с удовольствием и регулярно поет. Было бы только у театральной дирекции желание договориться.

Он ведь на самом деле очень привязан к России. «Мне нравится юг Франции, Флорида, Калифорния, где всегда тепло — признается Богдан. — Но больше всего люблю Москву, особенно осеннюю, в разноцветной листве, или зимнюю, снежную. Город, где теперь живут мои родители, младшая сестра Наташа, которая учится на архитектора и, кто знает, может, в будущем станет строить театры или придумывать макеты спектаклей».

Осталась родня и в Торезе, но там Богдан не был с 2013 года. Как и вообще на Украине. А ведь и там есть великие оперные театры, в которых ему хотелось бы петь. Увы, нынешняя ситуация этому вовсе не способствует. Но он верит, что все изменится к лучшему — и на родной земле, и в родном Большом театре.

 

 



Что лучше: провести парад Победы без зрителей, как в Волгограде, или отменить его, как в Якутске?