На днях помощник президента России Владислав Сурков разразился громкой статьей. Автор концепции «суверенной демократии», по сути, подводит глубинное обоснование под нынешнюю внешнюю политику государства Российского. Как Россия ни старалась, никто ее не считал и не считает за свою — ни Запад, ни Восток. И этот исторический крест нам придется еще нести столетиями... Есть ли ответы на острейшие вопросы сегодняшнего и завтрашнего дня в прошлом и позапрошлом? И почему эта статья появилась именно сейчас?
Дмитрий Орешкин, политолог
— Каждая страна обречена на свой путь. Но надо понимать: ушли времена завоеваний территорий. Не тот победил, у кого больше земли — в выигрыше те, кто умеет устраивать хозяйство. Японии не надо владеть Францией, чтобы разместить там завод «Ниссан». Страна восходящего солнца меньше Архангельской области, но японцев — 128 млн человек, а в Архангельской области всего 1 млн жителей. Зато японская экономика почти в 4 раза мощнее российской. Так что не про одиночество на мировой арене надо говорить, а стремиться к собственному развитию имеющихся земель, которое вне интеграции сегодня невозможно. «СССР был особой страной, а Россия стала, как все, и это плохо». Видимо, такая логика доминирует в верхах. Поэтому народ затягивает пояса.
Андрей Кураев, протодиакон
— Поиски особого пути — неизбежный этап развития национальной философии для стран третьего мира. Но одно дело, если мы говорим о периоде зарождения национальной мысли, и совсем другое — возвращаться к имперскому сознанию сегодня. Не скрою: хочется, чтобы мы жили, как Чехия. Спокойная страна, у нее нет наполеоновских планов на международной арене. Серьезную роль там играют немецкие компании, однако это никак не мешает развитию чешской культуры, языка, самосознания. Недавно у нас по телевизору ляпнули: сверхдержава — это страна, способная всех уничтожить. Страшные слова. Лучше бы Россия была страной Андрея Рублева, Чехова, Достоевского и Толстого. Никто нам не мешает развивать эти пласты и экспортировать их на всю планету. Пока же в тренде извращенное, военное толкование идеи «русского мира».
Дмитрий Быков, писатель
— Статью про «геополитическое одиночество» читал — комментировать нет ни малейшего желания. Само слово «геополитический» считаю лженаучным.
Юрий Жуков, военный историк, доктор исторических наук
— Как ни верти, Россия в своей основе — страна Запада. Хотя благодаря восточной ветви христианства нам свойственно уходить в архаику. Сегодня, увы, дела совсем запущены. Ползти в XVII век — не значит тяготеть к Западу или Востоку. Мы бежим от настоящего и будущего.
Руслан Хасбулатов, член-корреспондент РАН, экс-председатель Верховного совета РФ
— Прочитал статью Суркова. Выругался в конце. Ничего нового. Третий путь, как известно, ведет в третий мир. Какой там третий мир? Буржуазно-капиталистическая страна с предельно отсталыми порядками. Влачим существование где-то на обочине. Будущее за социалистическим укладом, очищенным от примесей и недугов.
Владимир Соловьев, тележурналист
— Каждая страна обречена на одиночество, но не каждая это понимает. С другой стороны, забавно приписывать странам индивидуальные человеческие эмоции. Все-таки перед нами литературный образ. И он близок к давней теории Владислава Юрьевича о «суверенной демократии». Поймите, дружба — это ведь про отдельных людей. А страны руководствуются политическими и экономическими интересами.
