04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ТАНЦУЮТ ВСЕ

Гаевская Марина
Опубликовано 01:01 14 Июля 2000г.
После бума 80-х и последующего затишья драматургия Славомира Мрожека, похоже, снова возвращается на нашу сцену. В начале сезона "Эмигрантов", переименованных в "Братьев", показал в Театре на Юго-Западе Валерий Белякович, а не так давно в Театре имени Марии Ермоловой состоялась премьера "Танго" в постановке Владимира Андреева.

В переломные 80-е интерес к Мрожеку был закономерен. Диссидентские мотивы, заложенные в темах польского драматурга, казались полностью созвучными нашей тогдашней действительности, поскольку не одно десятилетие Польша и Россия шли по одному пути. Охватившая тогда всех эйфория свободы точно совпала с одной из главных тем драматурга. Но эйфория быстро прошла, а явный переизбыток политических обличений в реальной жизни отбил всякую охоту слышать их еще и в театре. Так почему же снова Мрожек стал популярен?
Сегодня очевидно, что его пьесы выходят за рамки социально-исторических разоблачений. А потому сместились акценты и в мрожековских постановках. Теперь речь в них преимущественно о том, что рабство внутреннее не менее страшно, чем рабство внешнее, а изменение общественного строя еще не означает изменения способа мышления. Где грань между свободой реальной и мнимой? Между истинным правопорядком и пустыми декларациями? Как научиться пользоваться свободой и не допустить ее превращения в анархию, которая рано или поздно оборачивается тиранией? Конечно, пьесы Мрожека не дают ответов на все эти вопросы, но они их умно и "заразительно" ставят, что уже немало.
В "Танго" проблема свободы и несвободы смыкается с вечной темой противостояния отцов и детей. В первом действии спектакля ермоловцев на сцене царит полный развал. Как приметы давно ушедшего прошлого - уже никому не нужные вещи: посреди комнаты - катафалк много лет назад умершего дедушки, на вешалке свадебное платье бабушки, рядом - каляска-ванна выросшего внука. Перевернутые стулья, венки, высохшие цветы...(художник Михаил Бархин).
И сами обитатели сего странного жилища ему под стать. Былой бунт представителей старшего поколения выродился в фарс, свобода свелась к разболтанности. Родители Артура - Элеонора (Светлана Головина) и Стомиль (Геннадий Галкин) добились лишь возможности свободно танцевать танго, ходить круглосуточно в пижаме без пуговиц и устраивать шумные зрелища с выстрелами и бенгальскими огнями. Артур (Викентий Волчанский), взявший в союзники дядю Евгения (Вячеслав Молоков), напротив, застегнут на все пуговицы, подтянут и патологически серьезен. Устав от инертности и несобранности родителей, он жаждет мирового порядка. Но, судя по его поведению, скорее - мирового господства. Бунт Артура агрессивен, его безудержный максимализм и показная правильность жестоки и бессмысленны. Порядок, достигнутый путем грубого террора, зыбок и недолговечен. На силу всегда находится большая сила.
Во второй части спектакля все меняется кардинально. На сцене полный порядок, вымуштрованные Артуром родители разодеты в парадные костюмы, вытащенные из сундуков. Дядя Евгений, подчиняясь приказу, держит всех в узде. Только бабушка (Ольга Селезнева) без команды собралась умирать. А про невесту Артура Алю (Светлана Данилова) в день свадьбы совсем забыли. Сам Артур напился и, усомнившись в абсолютной правоте и незыблемости своих принципов, пал духом. Почувствовав его слабость, тут же явился новый тиран - доселе незаметный, услужливо покорный слуга Эдик (Владимир Курашов), легко устранивший предыдущего хозяина. И снова - теперь уже под его дудку - танцуют все. Внешние перемены оказались лишь обратной стороной той же медали...
В спектакле Театра Ермоловой бытовой аспект превалирует над метафорическим, что в целом несвойственно "театру абсурда". Но абсурд Мрожека иного замеса, чем, скажем, у Беккета или Ионеско, - он именно житейский. А поскольку в нашей жизни всегда есть место абсурду, то и актуальность мрожековских пьес вполне объяснима.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников