11 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ПРОРЫВ, КОТОРОГО НЕ ЖДАЛИ

Шелухин Анатолий
Опубликовано 01:01 14 Июля 2000г.
350 лет назад французский герцог де Ларошфуко сказал: "На каждого человека, как и на каждый поступок, следует смотреть с определенного расстояния. Иных можно понять, рассматривая их вблизи, другие же становятся понятными только издали". Поэтому 20 лет, минувшие после Московской Олимпиады, дают некую перспективу и возможность увидеть события в чем-то яснее. Именно это мы и попытались сделать вместе с вице-президентом Олимпийского комитета России, в прошлом начальником Управления спортивных программ Олимпиады-80 Владимиром РОДИЧЕНКО.

- Владимир Сергеевич, 23 октября 1974 года страна узнала о том, что Москве предоставили право принять Олимпийские игры. Как смог тогдашний СССР осуществить на должном уровне этот архисложный проект?
- Как мне представляется, в высших эшелонах власти все-таки поняли, что при старых подходах ничего путного не получится. Поэтому Оргкомитету Олимпиады удалось добиться демонополизации в процессе подготовки. Мы начали вести переговоры с зарубежными фирмами напрямую, помимо Министерства внешней торговли.
На протяжении пяти лет только по линии нашего Управления мы заключили 31 контракт.
Попутно замечу, что все это мы делали в порядке исключения. Как только завершились Игры, монополия внешней торговли тут же была восстановлена и сохранялась до начала 90-х годов. А в целом дух олимпийского движения повлиял на настроения многих людей. На самой Олимпиаде работали 1246 официальных представителей международных федераций.
- Но неужели на московских Играх не было ни одного ЧП?
- За два дня до соревнований конников технический представитель Международной федерации из Швейцарии ушел в отставку из-за того, что трасса в Битце для преодоления препятствий оказалась не готова. Накануне был мощный ливень, почву размыло. Мы собрали совещание руководителей делегаций и приняли решение: ответственность за турниры несут Родиченко как спортивный директор Игр и генеральный секретарь Международной федерации Фрид Видмер. Трассу восстановили, турнир состоялся и не вызвал никаких нареканий...
- Пять месяцев подряд мир лихорадило после заявления президента США Картера, который требовал перенести Олимпийские игры в другую страну из-за ввода наших войск в Афганистан. И все-таки идея бойкота провалилась. Почему это произошло, на ваш взгляд?
- Причин несколько. Твердую позицию против бойкота занял президент МОК лорд Майкл Килланин. На сессии МОК в феврале 1980 года все 73 члена этой организации поддержали Олимпиаду в Москве. Делегации нашего Оргкомитета проехали по многим странам и провели там переговоры со спортивными лидерами. И в самой Америке многие не разделяли мнение Картера. К примеру, президент Международной федерации бокса Дональд Халл приехал в Москву из США и работал с полной отдачей.
- После московских Игр говорили о том, что это была дорогая затея для страны. Утверждали, что никому не нужны гигантские арены типа спорткомплекса "Олимпийский". Как вы оцениваете эти мнения?
- Давайте посчитаем. Прием спортсменов, судей, транспорт, работа АСУ - Олимпиада (а там были задействованы мощные компьютеры) и другие акции - все это стоило около 700 миллионов рублей, или 500 миллионов долларов. Львиная доля расходов была покрыта за счет проведения коммерческих программ.
А если сравнивать московские Игры с современными, суммы расходов просто несопоставимы. Работа Оргкомитета 1980 года стоила в сотни раз дешевле, чем в той же Америке в 1996 году. У нас совершенно разные расценки труда.
Теперь что касается гигантомании. Руководителем Оргкомитета был назначен заместитель председателя Совета Министров СССР Игнатий Трофимович Новиков. Он же был и председателем Госстроя и, естественно, знал, какие объекты строительства заложены в пятилетку. При плановой экономике, существовавшей тогда, перевод средств с одного объекта на другой решался довольно легко.
Нужны ли арены на 20-40 тысяч зрителей? Сегодня это даже не обсуждают, сама жизнь доказала их необходимость и экономичность.
- Но при этом почему-то вспоминаются и удивительно тихие, спокойные улицы Москвы во время Игр. Куда исчезли все пьяницы в тот период?
- Ну здесь поработали наши органы правопорядка. Они взяли на себя полную ответственность за безопасность участников Олимпиады. Замечу, что в наши дни по выходным Москва тоже становится заметно безлюднее...
- И все-таки в целом можно ли говорить о том, что Московские Игры стали своего рода прорывом в психологии наших граждан, особенно поколения 80-х годов?
- Думаю, глобального прорыва не произошло. И прежде всего по вине тогдашней власти, не желавшей коренных перемен, хотя Олимпиада позволила накопить уникальный опыт .
Зато те, кто лично оказался соучастником этого масштабного мирового события, ничего не забыли. Неуклонно набирает силу процесс, я бы сказал, "олимпизации" спортивного движения. Все наши национальные федерации по видам спорта сконцентрировались десять лет назад вокруг Олимпийского комитета России.
Вот в этом смысле Олимпиада-80 стала все-таки прорывом в новый мир.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников