05 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

БОЕЗАРЯДЫ НА ОКОЛОЗЕМНЫХ ОРБИТАХ?

Головачев Виталий
Опубликовано 01:01 14 Августа 2001г.

Подобные проекты уже были. Они обсуждались в обстановке строжайшей секретности в 70 - 80-е

Подобные проекты уже были. Они обсуждались в обстановке строжайшей секретности в 70 - 80-е годы. И хотя в 1972-м был подписан Договор об ограничении систем противоракетной обороны (Договор по ПРО), научно-исследовательские, опытно-конструкторские работы в наземных условиях не запрещались. Они продолжались и в США, и в СССР. Ведь каждое государство могло выйти из Договора, предупредив другую сторону за полгода.
О том, как готовился Советский Союз защитить себя от возможного ракетного удара, мы беседуем с лауреатом Государственной премии Владимиром ХОДАКОВЫМ - бывшим ответственным работником Министерства общего машиностроения, которое играло ключевую роль в разработке космического сегмента отечественной системы противоракетной обороны. Будучи руководителем отдела, а позже заместителем начальника главка министерства, Ходаков непосредственно участвовал в подготовке проектов важнейших постановлений ЦК КПСС и Совета Министров, многих секретных документов, в том числе касающихся "военного космоса". Стаж его работы в отрасли - 44 года. Тесно взаимодействовал с генеральными конструкторами С.П.Королевым, В.П. Мишиным, В.П. Глушко, Ю.П. Семеновым, В.Н. Челомеем и другими.
- Владимир Николаевич, когда несколько десятилетий назад в США начались работы в рамках "стратегической оборонной инициативы" (СОИ), предусматривавшей создание ударного космического оружия, - наша страна тоже ведь кое-что предпринимала в этом направлении? Насколько далеко продвинулись тогда такие разработки?
- Довольно далеко. Мы начали этим заниматься еще в 60-е годы. Позже перед нашими учеными, конструкторами были поставлены очень сложные задачи. В частности, речь шла о разработке систем, которые не пропустили бы боевые ракеты, запущенные гипотетическим противником с наземных установок, из-под воды или из космоса. Последний вариант (из космоса) представлялся наиболее тяжелым для оборонных систем, так как при этом резко сокращается подлетное время. В самом деле, если прямо с орбиты, проходящей над городом, боезаряд устремляется на этот населенный пункт или военный объект, то на уничтожение боеголовки остаются считанные секунды. При старте ракеты, например, из наземной шахты, для выхода ее в космическое пространство требуется 8 - 10 минут. А потом - полет в космосе и вход в атмосферу... Словом, при атаке из космоса ситуация требует мгновенной реакции. Значит, надо было бы разместить на околоземных орбитах космические аппараты, оснащенные оружием, которое позволило бы нейтрализовать боезаряды противника.
Разработка этих систем шла у нас полным ходом до тех пор, пока в 1992 году Соединенные Штаты и демократическая Россия не перешли на новый уровень отношений - доверительных и партнерских. Тогда Джордж Буш-старший и Борис Ельцин договорились о том, что программа СОИ не будет реализована. И по этой причине, и из-за резкого сокращения финансирования многие работы у нас были прекращены. В США же аналогичные программы продолжались, по некоторым направлениям дело дошло до изготовления опытных образцов и макетов.
- Соединенные Штаты имеют, как сообщалось в прессе, космические спутники "Brilliant pebble" ("Блестящая галька"), предназначенные для перехвата межконтинентальных ракет. Они отработаны в земных условиях и в виде макетов - в космосе. Есть ли что-либо подобное в России?
- Не буду раскрывать ситуацию на сегодняшний день, расскажу лучше о том, как проходило одно из обсуждений этой темы на секретном заседании Совета главных конструкторов в 1987 году. В те времена весьма перспективной считалась идея размещения на орбитах группировки спутников связи, контроля околоземного пространства, а также сотни боевых аппаратов, в том числе "космических мин". Это должны были быть небольшие спутники, имеющие систему управления, ракетные двигатели и боевой заряд. Космические мины предполагалось "развесить" таким образом, чтобы они перекрыли основные траектории полета ракет потенциального противника. В случае боевой тревоги такая мина направлялась с помощью специальных маневров к месту пересечения баллистических траекторий, то есть к той точке, где должна произойти встреча с непрошеной гостьей. Необязательно попасть в чужую ракету, достаточно было на некотором удалении от нее взорвать мину. После этого боеголовка не достигала цели...
Заседание Совета главных конструкторов, о котором я веду речь, проходило в узком составе, присутствовало около двадцати человек, только руководители предприятий и соответствующих организаций. Обсуждение касалось создания отечественной системы, аналогичной космическому сегменту американской СОИ. Вел заседание академик Валентин Петрович Глушко - генеральный конструктор НПО "Энергия". Он занял место во главе длинного стола. Я сидел рядом с легендарным ученым, академиком Юлием Борисовичем Харитоном - одним из создателей советской атомной бомбы. Он был, как всегда, спокоен и, казалось, безучастно наблюдал за происходящим. Один из выступавших предлагал "перекрыть" околоземное пространство плотной завесой боевых космических аппаратов. Неожиданно слово попросил Юлий Борисович:
- А что, - неторопливо, словно продолжая мысль предыдущего оратора, сказал он, - если в космосе на орбитах расположения вражеских спутниковых группировок взорвать ядерные боезаряды? Таким образом, всю группировку можно будет вывести из строя. Кажется хорошим решением, не правда ли? Но аналогично противник будет стремиться уничтожить и наши аппараты. А далее начнется, или, точнее, продолжится ядерная война на Земле...
В зале повисла мертвая тишина. Человек, вся жизнь которого была связана с созданием и усовершенствованием ядерного потенциала, выступил, по сути, против проекта размещения на орбитах космического оружия. От кого угодно можно было ожидать таких сомнений, но не от него, создавшего самую мощную бомбу. Первым пришел в себя и отреагировал академик Глушко. Он, обычно невозмутимый, говорящий всегда тихим голосом, вспыхнул и буквально выкрикнул: "Юлий Борисович, если вы не разбираетесь в этих вопросах, то не выступайте!". Председательствующий быстро свернул обсуждение и объявил о завершении заседания. Были приняты формальные решения - и разошлись.
Однако история на этом не закончилась. Академик Харитон написал в ЦК КПСС докладную о возможных опаснейших последствиях выведения в космос "на дежурство" боезарядов, особенно ядерных. К этой "бумаге" наверху отнеслись со всей серьезностью. Министерству общего машиностроения, Министерству обороны, МИДу, Академии наук и ряду других организаций было поручено тщательно проанализировать аргументы Харитона и совместно с наиболее авторитетными специалистами в этой области (соблюдая, естественно, режим особой секретности) подготовить ответ, предложения в ЦК. Мы очень долго "закрывали" поручение, проведя не одно совещание. В итоге смысл ответа, насколько я помню, сводился к тому, что в период действия Договора по ПРО не может быть и речи о выведении боезарядов в космос "на дежурство". Но если США объявят об одностороннем выходе из соглашения, то это может привести к разрушению многих других договоренностей, в том числе и о невыведении ядерного оружия в космос. Когда дело касается национальной безопасности, подчеркивалось в документе, необходимо быть готовыми к тому, чтобы предпринять адекватные меры...
К счастью, в 90-е годы удалось договориться о том, чтобы не размещать оружие в космосе. Но вот сегодня многое настораживает в действиях американских военных. Хотелось бы верить, что международному сообществу все-таки удастся найти взаимоприемлемые решения, и мир не вернется к временам "минирования космоса". Конечно, за прошедшие десятилетия наука и техника ушли далеко вперед. Поэтому задачи совершенствования отечественной противоракетной обороны должны решаться на новом уровне. Но и в заделе у нас, конечно же, что-то есть...
- Как вы можете прокомментировать появлявшиеся в прессе сообщения о том, что на наших орбитальных станциях еще в 70-е годы размещались системы вооружения?
- Речь идет только об одной станции, которая летала в космосе с июня 1974-го по январь 1975-го под названием "Салют-3". На самом деле это была созданная для Министерства обороны станция "Алмаз". И вооружение на ней было по нынешним понятиям примитивное, например, авиационная пушка калибра 23 миллиметра. Она монтировалась снаружи станции. Стрельба могла вестись либо экипажем, либо по командам с Земли. Пушка предназначалась для обороны - на тот случай, если бы к станции приблизились перехватчики потенциального противника.
- Проводились ли стрельбы в космосе?
- Члены экипажа "Алмаза" Павел Попович и Юрий Артюхин не стреляли из пушки. Испытания ее проводились в беспилотном режиме по командам с Земли. Но больше подобных экспериментов не проводилось...
В заключение хотел бы подчеркнуть, что будущее человечества связано с мирным, не милитаризованным космосом. Есть многообещающие проекты использования его на благо людей. Гонка космических вооружений привела бы в тупик, поставила крест на этих и других интересных, жизненно важных для землян проектах.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников