Труд: Легенды и мифы Бородино

Главная Культура 00:25 14 Сентября 2012 31317

Эксперт: Огромные потери русских в Бородинской битве – это миф

За 200 лет война 1812 года обросла штампами, имеющими мало общего с реальными событиями

Напечатать

Как рождаются исторические мифы? Вначале появляются детские ошибки. И зачастую в основе исторического мифа лежит чья-то первоначальная ошибка. Если, разумеется, задача создания исторического мифа не была поставлена кем-то сознательно.

На одном из петербургских каналов промелькнул сюжет, посвященный героям Отечественной войны 1812 года. В кадре — могила Ивана Дибича на Волковском кладбище за спиной девушки-корреспондента. И уверенное лицо этой девушки, рассказывающей о подвигах полковника Дибича под Якубовым, Клястицами, Головщиной.

За те бои офицера наградили орденом Св. Георгия III степени, наградой по большей части генеральской. Это уже потом Иван Дибич дослужился до генерал-фельдмаршала, стал одним из 25 человек в истории, получивших орден Св. Георгия I степени. За успехи в русско-турецкой войне 1828-1829 годов к его фамилии указом императора присоединили почетную приставку «Забалканский». И правда, кто ж в России не слышал о Дибиче-Забалканском?

Оказалось, корреспондент не слышала. Во время репортажа она без тени сомнения говорила о каком-то генерале Дибиче-Заболоцком.

Так рождаются исторические мифы? Нет, так появляются детские ошибки. Но задумаемся, велика ли разница между ошибкой и мифом. И что лежит в основе исторического мифа. Не та ли чья-то первоначальная ошибка? Если, разумеется, задача о создании исторического мифа не была поставлена кем-то сознательно.

Проходит время, и ошибка превращается в миф, а внедряемая в сознание легенда — в штамп, который большинством людей воспринимается уже как исторический факт. Война 1812 года этой участи не избежала и за 200 лет обросла мифами и штампами, имеющими мало общего с реальными событиями.

Иногда они носят локальный характер, не искажая сути исторического процесса. Например, штамп, связанный с гибелью генерал-майора Якова Кульнева под Клястицами 1 августа 1812 года. Как теперь убедить множество людей в том, что Кульнев вовсе не был первым русским генералом, убитым в той войне? За несколько дней до Клястицкого сражения случился бой под Островно, в котором погиб шеф Рыльского пехотного полка генерал-майор Окулов. Узнать об этом нетрудно. Но люди доверчивы. И раз пишут в книгах и статьях, что первый погибший генерал — это Кульнев, значит, так тому и быть.

Другой фрагмент. Нравственный подвиг генерала Николая Раевского в бою под Салтановкой 23 июля 1812 года, когда, лично возглавив лобовую атаку Смоленского пехотного полка, командир корпуса Раевский вел в первых рядах двух сыновей, младшему из которых было всего 11 лет. Когда легенда внедрилась в массы, сам Раевский опроверг этот миф. Но было поздно. Так до сих пор и идут в атаку под Салтановкой трое Раевских.

Есть штампы-мифы, влияющие на восприятие исторических событий куда серьезнее. Они работают на подсознании людей. А в результате формируют национальное восприятие истории, деформируют чувство собственного достоинства народа, корректируют систему национальных и общечеловеческих ценностей.

Самые распространенные мифы-штампы о войне 1812 года — это колоссальные потери в Бородинском сражении, тотальный пожар Москвы, решающая роль партизанского движения, не менее решающая роль «генерала Мороза» и периодизация самой войны.

Если отталкиваться от тезиса, что все так и было, то возникает невольный вопрос: а что, собственно, делала русская армия и полководец Кутузов, если Наполеона подкосили пожар, крестьяне с вилами и лютые русские холода? А также — зачем и с кем Россия воевала еще 15 месяцев после исхода французов из наших пределов, если война закончилась на Березине в декабре 1812-го?

Но давайте по порядку.

Бородинское сражение вошло в историю вовсе не потому, что оно было особенно кровопролитным, а потери сторон превысили все мыслимые пределы. Задолго до Бородино Ганнибал уничтожил под Каннами 60 тысяч римлян, используя только холодное оружие. Кто спорит, и на Бородинском поле кровь лилась потоками. Но говоря о потерях, стоит придерживаться доказанных фактов. А они таковы: суммарные потери русской стороны 5-7 сентября в Шевардинском и Бородинском сражениях, включая раненых и пропавших без вести — 39 тысяч. Из них убитыми — 14 тысяч, пропавшими без вести — 10 тысяч. Наша армия сократилась на одну треть. Ведь перед боем она насчитывала чуть более 100 тысяч человек в регулярных частях, свыше 8 тысяч казаков и от 10-20 тысяч ополченцев.

У французов все оказалось куда хуже. Из 130-135 тысяч солдат и офицеров, которых Наполеон привел к Бородино, в строю осталось чуть более половины. Суммарные потери Великой армии оцениваются в 58-60 тысяч штыков и сабель. Только офицерами Бонапарт потерял около 2 тысяч человек. Интересно, что и современные французские исследователи убеждены: фигурирующие в исследованиях XIX века цифры потерь армии Наполеона сильно занижены.

Дискутировать можно бесконечно долго. Есть штампы на тему жутких потерь русских, которые и подвигли Кутузова к сдаче Москвы и которые свидетельствуют об абсолютном превосходстве наполеоновского гения. А есть научные методики и исторические документы, с помощью которых только и можно найти истину.

Генерал Коленкур вспоминал, как во время объезда поля боя Наполеон остановился у батареи Раевского и увидел офицера с восемью десятками пехотинцев. Император предложил офицеру присоединиться к своему полку. На что тот, махнув рукой в сторону редута, ответил: «Мой полк здесь». Наполеон повторил приказ, но офицер вновь указал на валы. И только тут стало понятно, что 80 солдат — это все, что осталось от полка в несколько тысяч.

«Москва, спаленная пожаром...» — гениальные строки Лермонтова вовсе не являются основанием для сугубо исторических выводов. Поэт имеет право на преувеличение. На самом деле московский пожар 1812 года всю первопрестольную не спалил. Уцелела треть гражданских зданий и две трети храмов. Поэтому радикально-истерические оценки и сравнения со Сталинградом 1943 года неуместны. В городе во время оккупации Великой армией оставалось более 70% жителей. Фактом остается то, что французы вели себя в Москве, мягко говоря, варварски: ее разграбили, многие храмы осквернили, зафиксированы казни гражданских лиц.

Крылатое выражение Льва Толстого о дубине народной войны позволило в советское время создать штамп о колоссальном влиянии на результаты кампании 1812 года крестьянских партизанских отрядов, крушивших тыловые коммуникации французов, тысячами бравших врага в плен, лишавших его фуража и припасов. Также исказили роль регулярных партизанских формирований, возникших якобы по инициативе подполковника Ахтырского гусарского полка Дениса Давыдова. Первая армейская летучая группа на московском направлении появилась в августе по приказу Барклая-де-Толли, и командовал ею генерал Винцингероде. Но еще раньше инициативу проявил командующий 3-й Обсервационной армией генерал Тормасов, защищавший юг страны.

Из рядов армии в летучие отряды отправили восемь кавалерийских, пять пехотных полков, 13 полков казачьей иррегулярной конницы. Я бы назвал эти части десантно-диверсионными, а не партизанскими. Давыдов, Фигнер, Дорохов, Сеславин оставались кадровыми офицерами и в народных мстителей вовсе не превращались.

Крестьянское партизанское движение внесло достойную лепту в разгром Великой армии. Но ключевую роль в изгнании неприятеля сыграла все-таки регулярная армия. Сдается мне, что под дубиной народной войны граф Толстой подразумевал не Василису Кожину и даже не 6-тысячный отряд крестьянина Курина, а общее состояние всего многосословного русского народа, включающего в себя и профессиональных военных.

Следующий штамп — самый уничижительный для русской армии: не военные действия, а мороз погубил француза. В ответ проще процитировать самого Наполеона: «Главные причины неудачного предприятия на Россию относили к ранней и чрезмерной стуже: Это совершенно ложно. Как подумать, чтоб я не знал о сроке этого ежегодного явления в России? Не только зима наступила не ранее обыкновенного, но приход ее 26 октября (7 ноября по н.с. — «Труд») был позже, нежели это ежегодно случается». Дальше Бонапарт пишет о том, что в ноябре наступила оттепель, которая длилась вплоть до подхода остатков армии к Березине.

Денис Давыдов писал не только стихи, но и военно-исторические заметки. Довольно почитать свидетельства очевидца, чтобы навсегда забыть о «генерале Морозе».

И последнее. Зададимся вопросом, почему мы сегодня отмечаем победу в Великой Отечественной войне не в октябре, а в мае? Ведь немецкую армию удалили из пределов СССР именно в октябре 1944-го. Русская армия вела войну с наполеоновской Францией вплоть до конца марта 1814 года, когда победоносно вступила в Париж. И разделять эту войну на Отечественную 1812 года и Заграничные походы 1813-1814 годов с исторической и, главное, нравственной точки зрения неверно.

Между прочим, генерал Иван Дибич-Забалканский тоже брал Париж. Про Дибича-Заболоцкого подобного сказать не могу.

Напечатать

Культура 00:02 / 29 Мая 2026 16004

К чему все эти церемонии?

Градозащитники Петербурга могут лишиться возможности заявлять о вновь выявленных ценных зданиях

Ирина Смирнова

Труд

К очередному дню рождения Петербурга, который отмечался 27 мая, Смольный сделал себе подарок: в Заксобрание внесен губернаторский законопроект о праве комитета по госконтролю и охране памятников (КГИОП) отклонять...