19 октября 2017г.
МОСКВА 
8...10°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 57.27   € 67.36
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ТРЕЩИНЫ

Карамышева Людмила
Опубликовано 01:01 15 Марта 2000г.
Прошло ровно полгода с момента взрыва жилого дома в Волгодонске. Сегодня от той страшной воронки (15 метров в диаметре, до пяти - в глубину) не осталось и следа. Мощные грузовики несколько дней возили и ссыпали сюда грунт, заравнивая следы ужасной раны на земле. Дом N 35 по Октябрьскому шоссе, ставший объектом теракта, признан негодным к эксплуатации. Две блок-секции снесены, разборкой остальных продолжают заниматься строители. Почему же работа растянулась на полгода?

В первые дни штаб по ликвидации последствий взрыва работал почти круглосуточно. Еженедельно на место трагедии выезжали губернатор области Владимир Чуб и его заместители, чтобы на месте убедиться в том, кому и какая помощь необходима в первую очередь. Жителям дома N 35 по Октябрьскому шоссе почти сразу же выделили квартиры в новых домах, что для небольшого города с огромной очередью нуждающихся в жилье было весьма непросто. Пострадавшим из соседних домов (их 15 тысяч человек) предоставили временное пристанище в гостиницах, пансионатах, у частных лиц. Все внимание сконцентрировали на ремонте уцелевших домов.
В середине января разразился скандал. Жители первой блок-секции дома N 35 "А" по Октябрьскому шоссе, по которой весьма ощутимо полоснула взрывная волна, считают, что их дом тоже непригоден к проживанию. Они не хотят вселяться в отремонтированные квартиры, не веря в их прочность. Три комиссии дали заключение о том, что эксплуатация дома возможна. Но и это не убедило людей. Все попытки администрации города договориться с ними привели лишь к тому, что двое жителей - Елена Гончарова и Елена Овчарова - решились на голодовку.
Вместе с Михаилом Кательвой, заместителем главы администрации Волгодонска (он же - заместитель начальника штаба по ликвидации последствий террористического акта), поднимаемся по лестнице первой блок-секции. Двери сияют новенькой краской, стены - свежей побелкой. Заменено все - от почтовых ящиков до лифта. В квартирах наклеены новые обои.
А внизу, почти у дверей подъезда, - палаточный городок протестующих. Елена Гончарова, Жанна Левина, Татьяна Барабанщикова, Людмила Боброва уверяют меня, что не вселятся в свои квартиры. И дело даже не в психологических причинах, которые вполне объяснимы в такой ситуации. Одна из собеседниц утверждает, что видела документ, где указано: 65 процентов несущих конструкций дома пострадало от взрыва. "Представляете, больше половины! Разве можно жить в таком доме? Ему лишь придали красивую обертку, но надежнее он не стал". Все же 20 жильцов из 35 сюда заселились.
Пристанищем протестующим людям служит шалаш, сооруженный из досок, с железной бочкой посередине, в которую время от времени бросают дрова. Вокруг такой импровизированной печки они и греются.
И мэр, и заместитель уже дважды в марте делали попытки договориться с протестующими. Как компромисс предлагали им получить временные вселительные документы вместо ордеров. "Палаточники" обещали подумать. ...Уходя, мы оглянулись на дом. На стене висят огромные плакаты: "Верните улыбки нашим детям", "Это не дом, а развалины, и костыли ему не помогут!", "Нет братской могиле XXI века!"
Безусловно, город, да и страна немало сделали для ликвидации последствий беды. Но трещины, которыми покрылись после взрыва стены домов, ликвидировать проще, чем те, что остались в душах пострадавших. Возможно, поэтому любую недосказанность или оплошность администрации они воспринимают как черствость и непонимание своих бед.
Сейчас волгодонский мэр - в Москве. Хочет решить вопрос о возможности приобретения других квартир для жильцов первой блок-секции злополучного дома. Нужны деньги. Пока город получил из федерального центра меньше половины обещанных средств...


Loading...

Почему лидер Каталонии отложил провозглашение независимости от Испании?
ЭКСТРЕННЫЙ СБОР НА ПРОТИВОРЕЦЕДИВНОЕ ЛЕЧЕНИЕ НЕЙРОБЛАСТОМЫ IV СТЕПЕНИ, ВЫСОКОЙ ГРУППЫ РИСКА!!! Мишаева Ксюша, 2.5г.