06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-9...-11°C
ПРОБКИ
6
БАЛЛОВ
КУРСЫ   $ 63.87   € 68.69
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ВОССТАНИЕ МАШИН

За последние полтора года отечественная бюрократия дважды потерпела серьезные поражения в споре с населением и была вынуждена отступить. Похоже, с появлением среднего класса в России начинает формироваться гражданское общество. Итак, конфликт N 1. Под натиском публичных акций автомобилистов чиновники отступили и не ввели запланированный было запрет на машины с правым рулем. Это было расценено некоторыми аналитиками не как победа над бюрократической системой, а лишь как временный тактический маневр этих самых чиновников.

Эксперты, как показали последующие события, явно недооценили сплоченность и общественную активность людей, умеющих рулить (в прямом смысле).
Всего через девять месяцев в демонстрации протеста против судебного приговора Олегу Щербинскому, несправедливо обвиненному в гибели губернатора Алтайского края, приняли участие уже не сотни, а тысячи и тысячи водителей по всей стране. И это был конфликт N 2. Колонны легковых автомобилей выехали на улицы Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, Новосибирска, Барнаула, Красноярска, Владивостока, Воронежа, Мурманска и других городов. 150 тысяч владельцев машин прикрепили к кузову ленточки, выражая свое негативное отношение к чиновным "мигалочным" лимузинам, в которых, наплевав на правила, мчатся в свой загородный коттедж или ресторан разного ранга начальники и крупные бизнесмены - новые "хозяева жизни" (это, естественно, не относится к "скорым", пожарным, оперативным милицейским автомобилям).
В итоге приговор Щербинскому был отменен, причем водителя полностью оправдали. Но и этим дело не ограничилось. В соответствии с недавним, майским, приказом министра внутренних дел резко сокращается количество машин МВД со спецсигналами и синими государственными номерами. Уже снято более 26 тысяч милицейских номеров. Таким образом, за последние полтора года бюрократия дважды потерпела серьезные поражения в споре с населением и была вынуждена отступить. Напомню: в начале 2005-го сотни тысяч пенсионеров вышли на улицы и площади городов, заявляя решительное "Нет!" правительственному варианту монетизации льгот. И кабинет министров, оценив масштабы акции, тут же выделил дополнительно внушительную сумму - 130 миллиардов рублей - на проведение реформы, при этом сохранив часть натуральных льгот. А теперь вот свою силу показали и автомобилисты.
Насколько значимы состоявшиеся протестные акции? Являются ли они просто исключением из правил, разовыми "протуберанцами" активности или же появляются явные признаки становления гражданского общества, пробуждения россиян от традиционного апатичного безразличия? Об этом мы беседуем с научным руководителем Центра социальных исследований и инноваций Евгением ГОНТМАХЕРОМ.
- Социологи уже не первый год фиксируют "чрезвычайно низкий уровень социальной активности россиян и их общественной солидарности". Оценки исследователей жесткие: "инертно-послушный общественный фон", "многие россияне не считают, что в состоянии изменить ситуацию; не ощущая себя "людьми действующими", граждане не испытывают потребности в солидарности и объединении, все это порождает массовую апатию и разобщенность". Но вот на фоне "массовой апатии" прошли неожиданно острые выступления пенсионеров и автомобилистов. Ваш комментарий?
- Общество меняется. Медленно, очень медленно, но все же меняется. А чиновники этого не видят, не чувствуют, не понимают. Между прочим, именно социологи во многом усыпили, убаюкали властную элиту, постоянно сообщая результаты проводимого мониторинга общественного мнения. Опросы действительно показывали и показывают относительное спокойствие на политическом горизонте: хотя почти две трети россиян считают отечественную бюрократию во многом коррумпированной, даже криминальной, а 40 процентов граждан называют ее далекой от народа, "чужой", тем не менее подавляющее большинство населения не намерено принимать участие в каких-либо акциях протеста. Вот управленческие структуры и уверовали в свою непогрешимость, в возможность без опаски принимать решения, удобные для власти, не особенно заботясь о том, как это скажется на жителях.
Так, не просчитав последствий, они решили одним махом сэкономить на льготах, которые особенно важны для малоимущих, проведя топорную монетизацию. Столь же легко подошли и к повышению тарифов в жилищно-коммунальной сфере. Подобных примеров множество. Но произошло то, чего не могла предположить властная элита, - широкомасштабные социальные протесты. Они стали неприятным холодным душем, свидетельством серьезных стратегических и тактических просчетов элиты, непонимания ею происходящих в обществе перемен. Пенсионеры вышли на улицу, потому что у них, образно говоря, хотели отобрать последнее. Это надо же было додуматься - загонять в угол несчастных, бедствующих стариков! И правительственные чиновники, и многие депутаты проявили непрофессионализм, высокомерное пренебрежение к насущным нуждам малоимущего населения. Старикам, обычно проявляющим редкостное терпение, уважение к любой власти, ничего не оставалось, как выйти на улицу. И они - что стало беспрецедентным фактом последних лет - победили.
Но по-настоящему знаковым явлением, на мой взгляд, являются выступления автомобилистов в защиту Щербинского и против мигалок на лимузинах чиновников. У автомобилистов ведь не отбирали, как у стариков, последнее. Ну осудили несправедливо алтайского водителя - какое Петрову или Сидорову до него дело? Но водители машин увидели в этом судебном деле потенциальную угрозу для себя. Каждый из них в принципе может оказаться на месте Щербинского, ибо мчащиеся на огромной скорости лимузины с мигалками создают нередко смертельно опасные аварийные ситуации. Прежде в нашей стране прямое ущемление прав граждан обычно не вызывало бурной общественной реакции. "Проглатывали", привычно терпели, чертыхаясь на кухне. Однако на этот раз десятки тысяч россиян мириться с несправедливостью, с всевластием чиновничества не захотели.
- Почему именно автомобилисты решили дать такой резкий отпор?
- Многие из "протестантов" - представители нарождающегося среднего класса. Это собственники, имеющие относительно высокие доходы, приличный уровень жизни, движимое (иномарки, катера) и недвижимое имущество. У этих людей - другая ментальность, активная жизненная позиция, они полны решимости защищать свои права, свое имущество, потому что им есть что терять. Замечу: характерного для рыночной экономики среднего класса не было в заметных масштабах ни в 90-е годы в новой России, ни тем более в бывшем Советском Союзе. Сегодня этот активный слой населения, которому чужды апатия и безразличие, существенно меняет социальный ландшафт. Вот главное, чего, как мне представляется, не учитывает властная элита.
- Средний класс в нашей стране пока не стал фундаментом общества, как в развитых странах, потому что численность его еще не столь велика. Специалисты Всероссийского центра уровня жизни считают, что к реальному среднему классу, учитывая мировые критерии с поправкой на нашу специфику, надо относить тех, у кого душевые доходы составляют от 12 до 27 тысяч рублей (для Москвы - от 35 до 70 тысяч). Таких у нас, по данным ВЦУЖ, 9 - 10 процентов населения. И еще 1,5 - 2 процента - состоятельных и богатых. Могут ли они существенно изменить социальный ландшафт?
- Во-первых, 12 процентов населения - это не так уж и мало: примерно 17 миллионов человек. Во-вторых, если брать автомобилистов, то их более 25 миллионов, а с членами семей - свыше половины населения страны. Мощная сила, учитывая их организованность, сплоченность


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников