Все едят, а мы закусываем

Фото: Moscow-Live.ru

Литературный обзор


Жидкость — материя опасная. Герой Венички Ерофеева сказал бы: «Я есть то, что я смог найти, чтобы выпить». Воде и водке посвящены эссе писателя. А на кухне без воды, как зачастую и без другого, ярко национального напитка, «ни туды и ни сюды».

Владимир Сорокин «Нормальная история»

В сборнике коротких эссе автор играет с читателем и самим собой на территории то лирики, то публицистики. Когда-то в подмосковном детстве ему, мечтавшему о музыке, не случившуюся судьбу решил друг, разбивший юному Сорокину правый мизинец... Отсюда всего несколько шагов до его первых хулиганистых романов и разглядывания неофициальной культуры 1970-1990-х. В нынешней книге — летопись публикаций «Нормы» на Западе и попытка передать повседневность отечества сквозь призму хреновой водки и грязной воды. Если убрать обильные отсылки к литературной и киноклассике, увидим навязчивость моралиста. Признания в любви Москве конца XIX века — и ненависти к собянинско-плиточной. Впрочем, можно узнать и чем отличается русская кухня от японской, а обыденная пыль — от мусора. Нужно только решить для себя, действительно ли это так важно.

Александр Генис «Княгиня Гришка. Особенности национального застолья»

Кто о чем, а Генис снова о кухне. Шедевры духа и живота время от времени пополняют список ЮНЕСКО. Там есть узбекский плов, неаполитанская пицца, турецкий кофе в джезве, средиземноморский ЗОЖ. Жаль, нет русского застолья. Ведь все лучшее в нашей кулинарной культуре существует меж блюдами и стопками. У них едят — у нас закусывают. Выпивка организует, направляет и просветляет русский стол, у которого с водкой нерасторжимые узы. Но он точно не ограничен этими варварскими рамками.

Автор пытается это доказать, но аргументы даются с трудом. А как иначе, если те же американцы давно делятся на тех, кто икру боготворит, и тех, кто ее использует в качестве наживки для ловли форели? А истории про феерическую рыбацкую уху с чешуей, пельмени от Довлатова, нежнейшую севанскую форель, сероватые марокканские караваи, шотландский хаггис (начиненный овсом и потрохами бараний желудок) и многое прочее только подогревает читательский интерес: так что же мы с вами в конце концов едим?

Марк Медовник «Жидкости»

«По нашей жизни протекают прекрасные и опасные субстанции». За них автор и взялся. Что такое, к примеру, жидкие кристаллы? Именно они создают изображения на экранах всех новейших гаджетов. А еще вырабатываются в минуты горя и восторга человеческим организмом в виде слез и слюны, играющей также важную роль при поглощении пищи или «во время страстного поцелуя с возлюбленной». Есть и совсем уж странные жидкости, о свойствах которых мы даже не подозреваем. Например, один ученый положил кусок твердого битума — основы асфальта, по которому мы ходим каждый день, в воронку и обнаружил, что на протяжении часов и суток битум ведет себя как твердое вещество, но по прошествии месяцев и лет он начинает вести себя как жидкость. «Первая капля упала в 1938 году, вторая в 1947-м, третья — в 1954-м и девятая — в 2014-м». Вот такие откровения. Но самое любопытное сказано об этиловом спирте — основе все той же водки. Ну и куда от нее денешься?

Общественная палата предложила заменить смертную казнь «пожизненной изоляцией преступников от мира». Как вы относитесь к такой идее?