03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

НОВАЯ ЖИЗНЬ БОРТМЕХАНИКА ЛУКЬЯНОВА

Про выживших в авиакатастрофе говорят "дважды родился". Второе рождение бортмеханик из Волгограда Александр Лукьянов пережил на совхозном поле под Первоуральском Свердловской области. На своей второй родине он нашел жену.

13 января 1990 года Ту-134 Волгоградского авиаотряда совершал рейс Тюмень - Уфа - Волгоград. На середине пути, вблизи Свердловска, из-за короткого замыкания в грузовом отсеке начался пожар. Экипаж запросил вынужденную посадку в свердловском аэропорту "Кольцово" и спикировал с высоты 10 600 метров. Горючее сливали над пригородом Первоуральска, поселком Талица, через полгода местные жители даже объясняли плохой урожай именно этим обстоятельством.
До спасительной посадочной полосы оставалось 40 километров. Бортмеханик Александр Лукьянов находился в это время в кабине самолета.
- Снизились мы всего за восемь минут. В тот день подморозило, поземка мела, снег сыпал - тихий такой, медленный. Шли мы прямо над городом, дома хорошо видно было, завод, как люди по улицам ходят. Потом местные жители говорили, что мы чуть-чуть заводскую трубу не задели. Но экипаж все-таки смог вывести авиалайнер за пределы жилой застройки. Садиться решили на поле совхоза "Первоуральский", номинально расположенного в черте города. На пустом заснеженном поле у самолета был шанс нормально приземлиться на брюхо, избежать человеческих жертв. Но когда он уже несся по целине, зацепил правым крылом поливочный гидрант. Крыло оторвало, лайнер закрутило, и он врезался прямо в вековую березу, которая стояла посреди поля. Кабину буквально сплющило. Через разбившийся фонарь Лукьянова выбросило из кабины на замерзшую пашню.
- Куртка меня спасла, - говорит он. - Я ее надел, когда начали снижаться, поэтому и выжил...
23 из 65 пассажиров, командир, второй пилот, механик, стюардесса погибли на месте. Лукьянов - единственный оставшийся в живых член экипажа рейса 6245. Его и еще 42 человека, переживших второе рождение, доставили в местную больницу.
По тревоге сразу же подняли милицию, пожарных, "скорую", КГБ и бульдозеристов - растаскивать обломки. Поле плотно оцепили, частных лиц за оцепление не пускали. В то время широко информировать об авиакатастрофах было не принято. Ни одна из местных газет, ни радио, ни телевидение о крушении самолета не сообщили, только поместили объявления: "Требуется донорская кровь". Фотографий той катастрофы не сохранилось - разве что в архивах транспортной прокуратуры.
- Мне в магазине в очереди рассказали, что самолет упал за городом, много жертв, есть раненые. А потом на экстренное дежурство вызвали, - рассказывает Андрей Привалов, зав. травматологическим отделением первоуральской центральной больницы N 1, куда привезли выживших после падения с неба. - Тяжелейшие травмы были. И в больнице люди умирали. Только в статистику они не вошли.
Упавший в канун старого Нового года самолет стал главной темой городских разговоров. В пункте переливания крови выстраивалась очередь: все первоуральские предприятия получили разнарядку на необходимое количество доноров. Больничные работники приносили из дому одежду: люди, упавшие с неба, поступили в клинику раздетыми. Красный Крест послал добровольцев - ухаживать за ранеными.
Лукьянов пришел в себя в больнице. Как его вытаскивали из-под обломков, везли в город - в его памяти не сохранилось. "Повезло, что ничего не помню", - считает он. На общем фоне он считался одним из "легких" больных: "всего-то" травма головы и перебитый нерв, из-за чего правая рука не действовала.
- Лежал, лечился... Только ночами все по больнице ходил и красные кнопки тушить пытался, которые на аппаратах, на стенах - для вызова дежурного врача, - вспоминает он.
В больнице бортмеханик и встретил свою Галину. Она тогда работала в Красном Кресте. Уверяет, что с детства знала - замуж выйдет за летчика: "Когда соседка рассказала, что в совхозе "Первоуральский" упал самолет, я будто почувствовала что-то. Потом ночью видение было, что эта катастрофа многое в моей жизни изменит..."
Через год Александр переехал из Волгограда в Первоуральск - как раз к годовщине авиакатастрофы.
В этот день на совхозном поле установили памятник - пирамиду из стальных труб, залитых в бетон (самое крупное предприятие Первоуральска - Новотрубный завод), с плитой, на которой написаны все имена погибших. На открытие монумента съехались их друзья и родственники, говорили о "вечной памяти". Но "вечность" для местных жителей оказалась совсем короткой - всего-то десять лет. Сначала вандалы открутили бронзовую табличку. Потом выкорчевали и сами трубы. Скорее всего, они понадобились какому-нибудь механизированному варвару, без помощи техники так осквернить монумент не удалось бы. В минувшем январе, в 15-ю годовщину крушения, об уничтоженном памятнике снова вспомнили - когда почетные доноры города рассказывали школьникам о той трагедии, о том, как все они сдавали кровь для раненых. И в Красном Кресте, организовавшем беседы в школах, и в мэрии считают: "Восстанавливать надо монумент". Однако отыскать средства даже на простенький памятник как-то не получается. Посреди поля, где погибли 27 человек, только искуроченная бетонная площадка.
...А комиссованный бортмеханик сменил "небесную" специальность на земную: "Сначала хотел летать, тянуло в небо. А теперь..." Спокойный, сильный человек уверяет, что вся его жизнь разделена на "до" и "после". В свободное время он вырезает из дерева иконостасы - настоящие произведения искусства.
- Без Бога в душе жить нельзя, - говорит он. - Я это осознал 15 лет назад. И слепы те, кто этого не понимает.
Его жена думает точно так же. Недавно они обвенчались в церкви.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников