07 декабря 2016г.
МОСКВА 
-11...-13°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.87   € 68.69
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

НЕЗАВИСИМОСТЬ - УДОВОЛЬСТВИЕ ДОРОГОЕ

Налбандян Зураб
Опубликовано 01:01 16 Июня 2000г.
Год назад в Шотландии произошла так называемая деволюция - Лондон передал этой британской провинции права на самоуправление. Причем, как считается, на весьма щедрых условиях.

Вестминстер оставил себе только решения по главным общебританским вопросам: конституционному законотворчеству, внешней политике, обороне, защите границ и национальной безопасности, по экономической, фискальной и монетарной политике всей Великобритании, национальной системе транспорта, по проблемам трудовых отношений и социального обеспечения.
Голируд (район Эдинбурга, где расположена местная резиденция британской королевы и где строится шотландский парламент) взял на себя куда более "прозаические", но важные для населения сферы жизни: здравоохранение, образование, профессиональное обучение, строительство и распределение жилья, работу органов местного самоуправления, охрану порядка, вопросы экономического развития, местный транспорт, сельское хозяйство, культура, наука.
По всем этим направлениям депутаты, заседающие в Эдинбурге, могут принимать законы, которые действуют на территории Шотландии. Местные парламентарии получили также право самостоятельно устанавливать налоги (не более одного процента с каждого заработанного фунта).
Основной довод поборников деволюции состоял в том, что шотландские законодатели, хорошо знающие нужды и запросы своих соотечественников, смогут эффективнее коллег из лондонского Вестминстера регулировать их жизнь. А местное правительство, уж конечно, будет лучше распоряжаться бюджетом, чем лондонские чиновники.
И вот, спустя год, корреспондент "Труда" встретился в Эдинбурге с министром финансов Шотландии Джеком МАКОНЕЛЛОМ и попросил его рассказать, как изменила деволюция ситуацию в Шотландии.
- Раньше деньги на обеспечение жизнедеятельности Шотландии поступали в основном из Лондона. А как обстоит дело теперь?
- Практически так же. Мы по-прежнему получаем из центра около 17 млрд. фунтов стерлингов (около 30 млрд. долл.) в год. Более 80 процентов этих средств расходуется на содержание госслужащих, на здравоохранение, просвещение и профессиональную подготовку.
- Получается, что деволюция не дала никакого эффекта?
- Вовсе нет. Смысл самоуправления не в том, чтобы получать из центра больше, чем раньше, а в том, чтобы научиться правильно распоряжаться поступающими средствами. Год назад мы отчитывались за израсходованные деньги перед Лондоном, а теперь - перед своим парламентом. Это совершенно новая ситуация.
- Сегодня в шотландском бюджете закрыты все "дыры"?
- Мы стараемся, чтобы ассигнования шли в соответствии с потребностями населения. Но, конечно, средств хватает не всегда и не на все. Не забывайте, что Шотландия находится в зоне холодного климата. Нам нужно больше денег на строительство дорог, коммуникаций, на обогрев помещений и многое другое, чем в густонаселенной и более "теплой" Англии.
- Почему же в таком случае шотландский парламент не установит новые налоги? Ведь у него есть такое право.
- Сперва лучше испробовать все другие возможности. Перераспределение средств - одна из них. По нашей рекомендации парламент может взять деньги из одной "корзины" и положить в другую.
- Пока за счет госбюджета возводится новое здание парламента. Насколько мне известно, его первоначальная стоимость оценивалась в 50 миллионов фунтов, а теперь выясняется, что придется потратить более 200. И все из кармана налогоплательщика?
- Реальная стоимость действительно оказалась выше запланированной. Но ведь такое здание строится не на год и не на десять. Оно должно быть презентабельным, удобным, соответствовать новейшим техническим нормам. Сейчас крупные частные финансовые компании возводят себе в центре Эдинбурга офисы стоимостью в полмиллиарда фунтов. К тому же по сравнению с годовым бюджетом Шотландии сумма не так велика - чуть больше одного процента.
- В последнее время Эдинбург становится одним из крупнейших финансовых центров Европы. Он уже обогнал Париж, Рим и только чуть-чуть уступает Франкфурту. Сюда перетекают значительные инвестиции. И это при том, что в столице Шотландии даже нет биржи. Но развитие идет явно неравномерно. В Глазго, например, - упадок промышленности, высокая безработица, наркомания. Как вы собираетесь решать эту проблему?
- Положение в Глазго ухудшилось из-за того, что закрылись многие традиционные промышленные предприятия, верфи. Это процесс болезненный, но естественный для эпохи технической и информационной революции. Сейчас мы направляем туда крупные средства. В первую очередь на переподготовку кадров, на строительство муниципального жилья. Стараемся привлечь британских и иностранных инвесторов. Например, мало кому известно, что около 80 процентов компьютеров, производящихся в Европе, собираются в окрестностях Глазго.
- Шотландская национальная партия (SNP) открыто декларирует цель - добиться независимости от Лондона. Аналитики не исключают, что SNP может даже одержать победу на следующих выборах. Вы в минфине просчитывали экономическую сторону дела. Выгодна ли Шотландии независимость?
- Мне кажется, что на первых порах Шотландия потеряет. Надо будет пойти на крупные расходы, связанные с созданием собственных вооруженных сил, внешнеполитических учреждений, пограничной службы. Со временем расходы, вероятно, войдут в норму, но в первые годы будет очень тяжело. Следует принимать в расчет и то, что некоторые иностранные компании могут предпочесть остаться в Великобритании и покинут Шотландию. Независимость - штука дорогая.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников