10 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ПРОЩАЙТЕ, СОЛДАТИКИ

На сцене Красноярского драматического театра имени Пушкина поставили "Веселого солдата" - совсем не веселый, отчаянно горький спектакль по произведениям Виктора Астафьева. Накануне премьеры некоторые ветераны Великой Отечественной пытались возражать: мол, такой спектакль нельзя показывать зрителям. То же самое, только куда жестче, пытались втолковать еще живому Астафьеву, когда был издан роман "Прокляты и убиты". Да и сам он смог написать о войне так откровенно далеко не сразу...

Недовольство ветеранов понять просто - они не хотят и не будут вспоминать о плохом. Для детей, внуков, правнуков им все-таки важно оставаться безупречными героями, одержавшими Великую Победу. Тем, кто прошагал пол-Европы и дожил до 9 Мая, какие-то неприятные детали военного бытия кажутся теперь мелочью и чепухой. Люди вообще склонны избавляться от черных воспоминаний, вычеркивать их - так легче жить. Но Виктор Астафьев был не только солдатом - еще и писателем. Просто выбросить из головы другую, "некрасивую", бесчеловечную войну он не мог. Она мучила его - пока не выплеснулась на страницы книги.
Далеко не каждый читатель может добраться до конца романа "Прокляты и убиты". Отнюдь не из-за душевной лени - просто недостает моральных сил. Грязные, вонючие, пропадающие от голода и холода солдатики, еще даже не добравшиеся до фронта, требуют к себе столько жалости, что не хватает сердца. А государственная машина лопает безусых пацанов - и не поперхнется. Будто не своих граждан мордует... От этой бессмысленной жестокости становится невмоготу.
В основу пьесы Нины Садур, по которой поставлен спектакль в Красноярске, легли только некоторые эпизоды из повести "Веселый солдат" и романа "Прокляты и убиты". Но этого хватило, чтобы все происходящее на сцене показалось очень жестким. Скупой по внешнему рисунку - практически никаких декораций, - спектакль эмоционально насыщен до предела. От него веет какой-то вселенской тоской и безысходностью. Увы, вслед за читателями не выдерживают и зрители - не все сумели досидеть даже до антракта. Нет, уходят не толпами - поодиночке, тихо, вроде бы даже стесняясь и опустив голову.
Режиссер из Петербурга Геннадий Тростянецкий на пресс-конференции говорил, что меньше всего он стремился просто иллюстрировать астафьевскую прозу. Главным для него было другое - сохранить атмосферу, настроение произведений и "мятежный дух" писателя. Приходилось слышать мнение, что в результате от Виктора Астафьева в спектакле мало что осталось. Вряд ли это так. Во всяком случае ощущения после чтения и театрального действа - "один в один". И больно, и стыдно, и тошно, но до тупой "чернухи" ни Астафьев, ни Тростянецкий не опускаются. Все эти пацаны и их командиры, хлебнувшие мытарств, перепаханные войной, нам, зрителям, становятся только ближе и дороже. Не жалеть и не любить их нельзя. Так что ветераны наши зря, думается, на писателя и режиссера обижаются - страдальцы и мученики на Руси всегда были в чести.
Центром спектакля стала судьба братишек-близнецов Еремея и Сереги Снегиревых, или Снегирей, как их кличут бойцы. Неунывающие, наивные мальчишки в исполнении актеров Алексея Ефимова и Максима Третьяка западают в душу сразу. Они и спеть могут - дружно, хором, и сплясать - смешно отчебучивая коленца. Собравшись на фронт, Снегири прибыли из маленькой деревни и по-прежнему видят мир таким, как привыкли, - простым и светлым. Молодые Еремей и Серега не умеют бриться, у них еще и молоко на их губах не обсохло. Это молоко, будь оно неладно, и довело пацанов до погибели. Солдатики пухли с голода, а родная деревня - вот она, всего 60 верст. И мамка письмо написала: дескать, корова отелилась, а молоко от такой коровы завсегда самое вкусное.
Отправились братья в самоволку, напились молока от пуза. И про сослуживцев своих не забыли. Вернулись Снегири довольные, счастливые - глядите, мол, чего принесли. И до самой смерти поверить не могли, что вот за это их свои же и расстреляют. Стояли уже в одном исподнем на снегу и друг друга подбадривали: "Да нет, это они нас попугать хотят, повоспитывать. Сейчас отпустят. Неправда!"...
Правда. Виктор Петрович Астафьев был среди них, этих мальчишек. И Нина Садур, и Геннадий Тростянецкий, и артисты Красноярского драматического театра поверили его слову. Поверим, как ни горько, как ни больно, и мы.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников