10 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

В ПЕТЕРБУРГЕ ОТЕЛЛО УТОПИЛ ДЕЗДЕМОНУ

Лебедина Любовь
Опубликовано 01:01 16 Октября 2002г.
Сегодня в России есть два театральных форума, где зрители могут познакомиться с художественными достижениями современного мирового театра: международный чеховский фестиваль в Москве и питерский "Балтийский дом".

Думаю, не стоит объяснять, какое это трудное, хлопотное и дорогое по материальным затратам дело, тем не менее театральные деятели все делают для того, чтобы сохранить фестивали. Правда, вначале ходили разговоры, что "практической пользы от них никакой" и лучше бы, мол, выделенные средства отдавать нуждающимся коллективам. Но по мере того, как театральные смотры набирали силу, практики сцены начали понимать, что они дают им то, без чего невозможно прожить, даже имея деньги, - новые художественные идеи, свежие режиссерские концепции, возможность общения с коллегами. Кроме того, фестивали формируют вкусы зрителей, расширяют их кругозор. Наблюдая за питерской аудиторией во время театральных форумов, я видела, как менялось восприятие спектаклей. Год от года оно становилось более глубоким, более требовательным.
Если бы мне сказали, что зрители будут уходить с московского спектакля "Подсолнухи", в котором заняты популярные артисты Лия Ахеджакова и Виктор Гвоздицкий, я бы не поверила. Но увидела это своими глазами. Дело в том, что режиссер Борис Юхананов настолько увлекся постановочными трюками и световыми эффектами, что актеры "растворились" в них, превратились в функциональные фигуры. Не менее сильное отторжение вызвал у публики и спектакль румынского театра "Radu stanca" "Отелло" в постановке украинского режиссера Андрея Жолдака. Ученик Анатолия Васильева решил использовать шекспировский сюжет для сочинения пластических дивертисментов. Только представьте, в финале спектакля ревнивый мавр не душит Дездемону, а бросает ей через всю сцену одну тарелку за другой, и она, ловя их, в изнеможении падает, стонет, задыхается. Но и это не все: раздевшись до трусиков, она вместе с Отелло, тоже полуобнаженным, спускается к морю, где он и утопит ее.
Наверное, в какой-то степени этот спектакль отвечал девизу питерского фестиваля "Другой театр" - то есть не похожий на тот, к которому мы привыкли. Как и русско-норвежский спектакль "Сон об осени", где в течение трех часов без антракта актеры медленно и тягуче изображают ожидание смерти, понимая бессмысленность своего существования из-за внутреннего опустошения. К сожалению, это выглядит настолько скучно, что никакие прекрасные костюмы и стереофоническое музыкальное оформление не могут вдохнуть жизнь в застывший, холодный спектакль. И все-таки в зрительном зале был один человек, которому было интересно то, что происходило на сцене. Это автор пьесы Юн Фоссе, хорошо известный за рубежом, но впервые присутствующий на своей премьере в России. Был на фестивале и еще один драматург, который тоже впервые попал в Россию, - Славомир Мрожек из Польши. Во время пресс-конференции он весьма неохотно и сдержанно отвечал на вопросы журналистов и, как говорят, оживился только в прогулочном вертолете над Петербургом, придя в неописуемый восторг от волшебных видов северной столицы.
В отличие от своего знаменитого земляка польские актеры и режиссеры часто бывают в городе на Неве, считая "Балтийский дом" чуть ли не своим родным домом. На этот раз театр из Варшавы "Rozmaitosci" показал питерцам работу молодого лидера польской режиссуры Гжегожа Хорста Альбертиса "Тропическое безумие" по Станиславу Виткевичу. Уже по названию можно догадаться, что речь в спектакле идет о каких-то психических аномалиях. Действительно, главная героиня пьесы Герджина живет необузданными страстями, это ее хобби, своего рода игра, весьма опасная для партнеров по сексу. Подобно кобре она гипнотизирует мужчин и доводит их до такого состояния, когда в порыве экстаза им становится не жалко даже собственной жизни. Эта вакханка настолько погрязла в пороке и ненасытной похоти, что ей безразлично, с кем вступать в связь, даже если это родной брат, которому суждено умереть от яда из ее рук. Как ни странно, но в этом стильном эротическом спектакле нет пошлости. Актеры играют настолько изысканно и тонко, что кажется, они ткут замысловатое кружевное полотно, способное в любую минуту превратиться в липкую паутину и задушить их.
Тема инцеста стала настолько модной в западном театре, что спектакли о гомосексуалистах и лесбиянках уже не могут конкурировать с ней. А ведь она началась в театре с пьесы Софокла "Царь Эдип", где Эдип, явившись в славные Фивы, сам того не ведая, стал мужем своей матери. Начинающий режиссер Андрей Прикотенко в Мастерской театра на Литейном с тремя молодыми исполнителями без массовки и античных декораций показал эту знаменитую трагедию участникам и гостям фестиваля. В этом студенческом спектакле было столько наивности, чистоты и веры в великую магию театра, что, казалось, мы присутствуем во время духовного жертвоприношения артистов. Они не переодевались в парчовые одеяния, не сидели на тронах, их не окружала дворцовая челядь. Это были простые лицедеи в холщовых хламидах, превращающиеся на наших глазах в царей и цариц, гонцов и пастухов, участников праздника бога Бахуса, где вино лилось рекой и происходили коллективные оргии. Камни служили им постелью, столом, трибуной, с которой произносились длинные, величественные монологи о вечной борьбе человека с судьбой. Когда же Царь Эдип выкалывал себе глаза и сворачивался клубочком на самом большом камне, где до этого был зарезан жертвенный баран, - становилось ясно: Эдип вверял себя божьему суду, потому что сам над собой уже свершил суд. Во время спектакля зрители испытывали чувство восторга и радостного возбуждения, которое обычно посещает нас во время чего-то необычного, неожиданно интересного и смелого.
Можно ли сказать, что это "другой театр", - следуя девизу фестиваля "Балтийский дом"? Да нет, подобного рода импровизации мы видели, скажем, в Мастерской Петра Фоменко, но от этого спектакль Прикотенко не стал менее интересным. Точно так же, как постановка Анатолия Праудина "Бесприданница", сделанная в привычном для русского театра психологическом ключе. А спектакль Валерия Фокина "Ревизор" в "Александринке" - это не что иное, как хорошо забытое старое, поскольку сделан он на основе режиссерской версии Всеволода Мейерхольда, осуществленной им в 1926 году. Так что тема, выбранная для ХII международного питерского фестиваля "Другой театр", не совсем соответствует представленным на нем спектаклям, поскольку были среди них и крутые авангардные представления, рассчитанные на узкий круг любителей, и традиционные, классические. По-моему, девиз фестиваля может быть каким угодно, главное, чтобы спектакли духовно обогащали зрителей и не отбивали у них влечения к театральному искусству. К тому же я знаю точно, что в следующем году директор "Балтийского дома" Сергей Шуб, награжденный за свои труды премией Станиславского, обязательно предложит зрителям такую программу, которую захочется посмотреть и профессионалам, и рядовым зрителям.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников