Все, что случилось минувшим воскресеньем в Крыму, отразилось и еще отразится в тысячах толкований и прогнозов экспертов, комментаторов и историков. Но есть у этих событий еще и особая эмоциональная сторона, не учитывать которую сегодня просто нельзя.
В Крыму массовые народные гулянья начались еще до оглашения первых результатов референдума, а в Москве в это время гудели клаксоны автомобилей с российскими флагами, у магазина «Массандра» на Комсомольском проспекте царил ажиотаж среди желающих приобрести бутылочку крымского портвейна по случаю возвращения полуострова. Пишу это и представляю, сколько стрел полетит в мой адрес: при чем здесь портвейн, когда в мире так похолодало! Но вот и попробуем разобраться, откуда взялось столь редкое по нынешним временам единодушие, с которым голосовали в воскресенье крымчане.
Что такое Крым? Это 2 млн жителей, 26 860 квадратных километров площади. Но мне, признаюсь, сложно писать об этой земле в таких отстраненных категориях. Там, в Крыму, я провел свою юность, встретил первую любовь, получил свой первый, еще советский паспорт. В те годы нас мало беспокоило, что в этом паспорте была одна страничка на украинском – всего лишь бюрократическая формальность, поскольку в обычной жизни украинский язык на полуострове не использовался никак.
С самого начала внезапное «украинство» Крыма воспринималось его жителями как очередная административная дурь, которой хватало и в те времена. Но эта дурь не слишком мешала жить в советское время. Старожилы мне рассказывали, как однажды в феврале 1954-го они вышли утром к автобусу, а вместо слова «остановка» там висела свеженькая табличка со смешным словом «зупинка». Никто даже ничего не понял – люди хмыкнули и отправились на работу. Кто бы мог подумать, что в 1991-м лишний листик в паспорте и смешные таблички обернутся настоящей драмой, когда крымчане в мирное время оказались в чужой стране, словно в летаргическом сне.
И вот Крым проснулся, очнулся, через 60 лет стал самим собой. В воскресенье мы увидели, с каким счастьем на лице полуостров шел голосовать за свой завтрашний день. Можно сварганить заказные телесюжеты, подкрепить их продажной социологией, но нельзя сымитировать радость, те чувства, которые у подавляющего большинства крымчан были и на лицах, и на устах. Это не подделать.
Как рассказал мне житель полуострова, экс-депутат и бывший офицер космических войск Олег РОДИВИЛОВ, он в своей жизни никогда не видел такого энтузиазма на избирательных участках:
– Когда с утра полил холодный дождь, я даже испугался, что люди останутся дома. Но когда на моих глазах за два часа пришли 40% избирателей, то понял, что все будет хорошо – и с явкой, и с результатами. Кстати, выяснилось, что город русской славы Севастополь дал чуть меньший процент «за Россию», чем Симферополь. Но это объяснимо: в Севастополе много украинских военных, которым была отмашка из Киева голосовать против. Впрочем, на результаты это никак не повлияло. Нас пугали, что украинцы и татары будут голосовать против выхода, но что получилось? Подавляющее большинство сказали «да» присоединению к России.
Действительно, интересная статистика. Против выхода из состава Украины подано почти 32 тысячи голосов. Но одних украинцев на полуострове проживает 491 тысяча – это 22% населения, татары составляют 12%. Но эти проценты не переплавились в протестные голоса.
– Надо понимать, – объясняет Родивилов, – что с татарами не все так просто. Большая часть из них, так называемые ногаи, лояльны к России. Остальные, которые ближе к туркам, всегда были против России.
Как рассказал мне еще один крымчанин, командир бахчисарайской самообороны и депутат местного горсовета Сергей ЮРЧЕНКО, даже в их регионе, где живет много крымских татар, люди шли на участок семьями. При этом действительно в некоторых селах их пытались блокировать эмиссары из меджлиса, которые пообещали сорвать выборы. К счастью, признал Юрченко, провокаций удалось избежать, и почти 70% бахчисарайцев проголосовали, причем «за Россию» – подавляющее большинство. И это неудивительно. За несколько дней крымский парламент принял несколько постановлений, очень важных для татарского населения – это те самые решения, до которых у Киева то руки годами не доходили, то интереса не возникало. В 22.00 бахчисарайцы вышли на главную площадь города, вынесли флаги России, и началось настоящее ликование – с музыкой и фейерверками.
– Об одном прошу вас, – обратился депутат Родивилов. – Нас некоторые сравнивают с Косово, и это обидно. Мы не Косово. Там албанцы отхватили от Сербии кусок земли. Мы же, наоборот, возвращаемся домой, к своим. Наш прецедент скорее можно сравнить с воссоединением Германии – немцы жили друг без друга 45 лет, пока наконец не дождались своего часа. Мы же без России прожили больше – 60 лет. И сегодня мы воссоединяемся, а не отсоединяемся. Чем нас только не пугали киевские пропагандисты – и коррупцией в России, и войной на Кавказе. Мы знаем одно: мы и возвращаемся на родину, а значит, хуже не будет.
Спели про «Путь домой»
Концерты, которые состоялись на площадях главных крымских городов вечером в воскресенье, сами их участники называют потрясающими. Таких эмоций артисты еще не испытывали, а ведь многие из участников крымского песенного марафона отнюдь не новички на сцене: группы «Любэ», «Черные береты», «Русские», Вика Цыганова, Игорь Демарин, Ольга Кормухина... С некоторыми из них «Труду» удалось поговорить сразу после события.
«У нас вечером было два концерта, в Севастополе и Симферополе, почти уже ночью, – рассказал лидер группы «Любэ» Николай Расторгуев. – На площадях народ в невероятном возбуждении. Холодно, но никто не уходит. Кричат: «Россия!» Нормальные, вполне трезвые люди плачут от радости. Море флагов – все только российские. Пели мы достаточно долго – минут по 45, по часу. Хотя могли бы и дольше, хитов у «Любэ» достаточно. Но было много других артистов, все очень хотели выступить перед такой благодарной аудиторией. Мы начали петь в Севастополе, потом на автобусе отправились в Симферополь. Дорога спокойная, никаких провокаций. Я даже милиции не видел. Только за 2–3 километра до въезда в город заметил блокпост сил самообороны».
Музыканты другой знаменитой группы, «Земляне», в отличие от большинства участников воскресных концертов, прилетели в Крым гораздо раньше, 28 февраля – еще до того, как события приняли столь острый оборот. Но уже было ясно, что русскоязычное население полуострова нужно поддержать.
«Крымское турне – наша собственная инициатива, – говорит барабанщик команды Анатолий Шендер. – Ребята перезвонились друг с другом и решили: надо ехать. Побывали в Керчи, Джанкое, Евпатории, Ялте, Армянске, Первомайском, Красноперекопске. Для моряков на кораблях дали акустические концерты. Выступили на базе морской авиации в Каче. А на площадях Симферополя и Севастополя мощно завершили тур. Пели «Мечту», «Эй, страна», «Путь домой», конечно же, «Траву у дома»... На площадях народу – тысячи. И сотни родных российских флагов. Правда, одного человека я заметил с флагом греческим, но он тоже радовался вместе со всеми».
А что же идея совместного миротворческого концерта российских и украинских артистов, о котором совсем недавно говорили музыканты «Любэ»? Они предлагали выступить на одной сцене с киевской командой «Океан Эльзы» и ее лидером Святославом Вакарчуком.
«Это говорилось недели две назад, а то и больше, – объясняет Николай Расторгуев. – Тогда Святослав объяснял, что не говорил ничего плохого про Россию и русских. Но сейчас становится понятно, что не все так просто. Парень он молодой – видимо, не получил прививки от национализма в детстве, в школе. Он сам не отзванивает, не предпринимает никаких шагов навстречу. Наверное, крепко завяз на той стороне, на позициях партии «Свобода». Жалко, он хороший музыкант.
Слово эксперту
Константин Бабкин, президент промышленного союза «Новое содружество», сопредседатель Московского экономического форума
– Либеральные «аналитики» сегодня стращают россиян огромными расходами на Крым, который якобы станет черной дырой для бюджета. А еще запугивают нас санкциями и убытками. Это злонамеренное искажение реальной картины. Крым на самом деле не должен и не будет черной дырой. Это отличная площадка для бизнеса, для развития, для комфортной жизни. Там надо развивать туризм, есть широкие возможности для развития сельского хозяйства, особенно виноградарства. Не забываем про газовые месторождения. Кстати, сейчас, когда в Краснодарском крае и Ростовской области серьезно развивается виноделие – за последние три года туда были вложены огромные инвестиции, – Крым также мог бы стать хорошим партнером для этой отрасли. Там 23 года не было никакого развития, и при нормальной политике есть все шансы на то, что в Крыму начнется бурный экономический рост.
Можно сказать, что бизнес сегодня на низком старте, и серьезные проекты только начинают прорисовываться. Слишком быстро изменилась политическая ситуация вокруг полуострова, поэтому бизнес-сообщество только начинает осмыслять новые перспективы. Что касается моей сферы – сельхозмашиностроения, то у нас уже есть заявки из Крыма на 500 комбайнов, а это уже очень серьезный масштаб для первой ласточки. А ведь еще наверняка Крыму понадобятся теплицы, оборудование для перерабатывающей отрасли – там есть потенциал для создания заводов по консервированию овощей и фруктов. Это очень актуально для России, которая импортирует почти 90% овощей и фруктов. В связи с ростом курса валюты сегодня самое удобное время начать импортозамещение в аграрной сфере. Надеюсь, что вся эта международная истерика вокруг Украины заставит наше руководство больше заниматься развитием своего производства: для нас сегодня важно не членство в ВТО, а создание условий для экономики – давать более дешевые кредиты, защищать рынок, поддерживать экспорт, развивать агропромышленный комплекс. В этом контексте Крым с его возможностями окажется как нельзя кстати.
Главное, чтобы поскорее были проведены все официальные процедуры, улеглись эмоции у политиков, и тогда бизнес скажет свое слово. Думаю, первые ощутимые инвестиции пойдут уже летом-осенью.
