08 декабря 2016г.
МОСКВА 
-3...-5°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.91   € 68.50
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СЧАСТЛИВЫЕ НЕ СТРЕЛЯЮТСЯ

Корец Марина
Опубликовано 01:01 18 Декабря 2002г.

Из окна его кабинета видна узкоколейка. Она никуда не ведет, и изъеденные дождями дольки шпал

Из окна его кабинета видна узкоколейка. Она никуда не ведет, и изъеденные дождями дольки шпал давно заросли травой. Но говорят, что когда-то, когда в этом кабинете сидел Димин отец, тоже следователь райотдела, по ней, дребезжа и охая, таскался допотопный поезд, соединяя провинциальный городок с областным центром. И если отца, секретаря комсомольской организации, вызывали в райком, то машинист специально замедлял под окнами ход, чтобы шустрый лейтенантик смог ловко запрыгнуть в вагон. Если бы Димину жизнь описали в пьесе, а потом поставили в театре, художник-сценограф не придумал бы более выразительней декорации, чем эта заброшенная узкоколейка, везущая отца в "светлое будущее", а сына - в глухой тупик.
Последние два месяца перед трагедией ни для кого в райотделе милиции не было секретом, что отношения следователя Дмитрия Астахова и его начальника - старшего следователя Александра Кивера бесповоротно испорчены. Не стоило большого труда, чтобы догадаться и о причинах. Те дела, что Кивер категорически приказывал закрыть, Астахов расследовал с особым энтузиазмом. Надо сказать (и это подчеркнули все его бывшие коллеги), дар сыщика у парня действительно был. Он успешно раскрывал кражи и хищения домашних животных, к которым в райотделе вообще никто не относился всерьез, и за это его обожали местные пенсионеры. А за расследование дела о банде подростков, занимавшихся разбоем, Астахов получил благодарность областного руководства. Только Кивер относился к Диминому горению на службе с изрядной долей иронии. И этот неприкрытый цинизм для деликатного Димы был что в горле кость. Не двойная ли мораль коллег, догадывался Дима, заставляла отца, следователя с 30-летним стажем, так энергично отговаривать его поступать в милицейский вуз? Возражать отец возражал, а правду сказать язык не повернулся, придумывал отговорки типа ненормированного рабочего дня и маленькой зарплаты. Как будто это могло остановить романтика и идеалиста, искренне мечтающего очистить мир от скверны.
Уже потом, когда по настоянию Диминых родственников по факту его неожиданной смерти было проведено служебное расследование и внимательно изучен каждый шаг в последний день жизни, коллеги вспомнили первоначальную причину неприязни Астахова и начальника. Примерно с полгода назад привезли в отдел двух девчонок, больше перепуганных, чем пьяненьких, пойманных у дискотеки на "хулиганстве и оскорблении общественной морали" - присевшими по нужде под кустиком. Кивер решил припугнуть девчонок суровым наказанием. А начинающий лейтенант "не понял юмора" и сцепился с шефом.
Малолеток отпустили с миром, но по злобным глазам Кивера многие поняли: Астахову это припомнится. А потом в тихой Амвросиевке случилось убийство: спившегося одинокого мужика повесили в сквере.
- Допился, - поставил диагноз Кивер, - типичный суицид.
А наглый лейтенантик начал копать - опрашивать свидетелей, родственников, изучать обстоятельства смерти. И выяснил любопытную вещь: за пару недель до трагедии покойный жаловался участковому, что его спаивают и заставляют подписать какие-то бумаги. Прежде чем повеситься, мужик успел продать свою квартиру. Но дело по приказу Кивера все-таки пришлось закрыть, а вскоре у Диминого шефа появились серебристая "вольвочка", евроремонт в кабинете и крутой мобильник. Все было шито белыми нитками, и это казалось тем более обидным, что именно к нему, Сане Киверу, своему ученику, привел Диму отец после школы, законченной с золотой медалью.
Возможно, затормози Дмитрий после института в областном центре, они и теперь бы оставались друзьями. Но он вернулся в провинцию к своей первой школьной любви. Это было дивное лето. Его радушно приняли в райотделе и усадили в тот кабинет, где когда-то работал отец. Пообещали помочь с квартирой, сбросились на свадьбу и могучим хором орали на ней "Горько!". А вскоре действительно стало горько: профессия из любимого дела все больше превращалась в тяжкую повинность.
Вскоре после суицида алкоголика в городе повесился другой пьянчужка. А еще через месяц с шестого этажа девятиэтажки сиганула бабушка-пенсионерка, тоже, как выяснилось, втихаря продавшая квартиру. Прокуратура пришла к выводу, что бабуля страдала от одиночества. И снова Астахов раскопал то, что другие не захотели заметить: накануне "самоубийства" старушка была особенно веселой и похвасталась соседке, что из России к ней едет дочь, чтоб поселиться с ней насовсем. Только идиот не объединил бы три "самоубийства" в одно уголовное дело и не понял, что в городе может орудовать банда, уничтожающая стариков из-за жилплощади. Кивер идиотом не был...
В тот последний день своей жизни Дима заступил в суточное дежурство. В обед позвонила жена:
- Ты поесть домой не заскочишь?
- Я же дежурный, - напомнил муж. - Утром приду, задушу в объятьях.
И тут Лариса услышала в трубку издевательский голос Кивера:
- Боже, какие нежности! У меня к тебе серьезный разговор, пошли прокатимся к отстойнику.
То, что Астахов выходил в обед из райотдела, садился в машину Кивера и уезжал в сторону отстойника, подтвердили и постовой дежурный, и знакомый гаишник, помахавший коллегам на повороте. Тогда в этом никто не увидел крамолы. Заброшенный шахтный отстойник, спрятавшийся за терриконом, служил для местной бедноты единственным местом добычи раздутых от шлаков бычков, а для деловых людей и друзей - укромным уголком для задушевных бесед. Но в тот жаркий полдень свидетелей разговора двух милиционеров не оказалось.
Астахов и Кивер отсутствовали около получаса, но этого хватило, чтобы Дима, по словам коллег, вернулся на работу чернее ночи. Примерно через час он позвонил Ларисе и сказал таинственную фразу:
- У меня к тебе большая просьба - никому не открывай двери, даже если скажут, что из милиции. И запомни, что я вас с Дашкой люблю больше жизни.
- Что случилось?- закричала жена. - У тебя неприятности?
Но Дима, не ответив, положил трубку. Его нашли поздно вечером на полу туалета с простреленной головой. Место "самоубийства" почему-то не было сфотографировано. Никого не удивило и то, что, целясь себе в висок, Дима дважды промахнулся и попал в притолоку двери. А потом изловчился убить себя в затылок... Родственникам сообщили о трагедии только через сутки и еще двое суток не разрешали взять тело из морга. Но и это не помешало им рассмотреть на запястьях убитого странные синяки, похожие на следы наручников.
И жена Астахова, и его родители убеждены, что Диму убили как носителя опасной информации, а самоубийство было инсценировано. Того же мнения придерживается и его товарищ, который, также не поладив с Кивером, за полгода до трагедии попросил перевести его в участковые. Но и прокурорская проверка, и милицейское служебное расследование пришли к единодушному выводу: лейтенант застрелился из-за "семейных неурядиц". К слову, опросив всех соседей, родственников и знакомых Астахова, я услышала только одно: у Димы с Ларисой были идеальные отношения.
А вот руководство райотдела и старший следователь Александр Кивер от разговора со мной отказались. Не пришли они и на похороны лейтенанта. Через пару месяцев после них Кивер написал рапорт с просьбой перевести его в другой город. Те, что понаивнее, считают, что ему стыдно людям смотреть в глаза. А реалисты думают иначе. Начальство не захотело выносить сор из избы и замяло дело. Потому и от Кивера на всякий случай, видимо, поспешило избавиться. И уж совсем оригинальным образом отреагировало на ЧП областное управление милиции. Оно рекомендовало начальнику проштрафившегося райотдела заменить штатного милицейского психолога. За то, что тот "не сумел усмотреть суицидальные настроения молодого специалиста", подмочившего честь мундира...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников