04 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

"ОДИН ДЕНЬ" И ВСЯ ЖИЗНЬ

Неверов Александр
Статья «"ОДИН ДЕНЬ" И ВСЯ ЖИЗНЬ»
из номера 207 за 19 Ноября 2002г.
Опубликовано 01:01 19 Ноября 2002г.
Уже тогда, в ноябре 1962 года, стало ясно, что в литературу пришел писатель мощного, самобытного дарования, что публикация произведения такого уровня "на лагерную тему" - это прорыв в общественном сознании. Но лишь через годы станет ясным истинный масштаб явления.

Новомирский дебют Солженицына можно было бы назвать вторым его рождением, если бы до этого он не уцелел на фронте, а потом в лагере, если бы не было чудесной победы над смертельной болезнью. Тем не менее это было рождение писателя, чье творчество, общественная и нравственная позиция во многом определили духовную атмосферу последних четырех десятилетий жизни нашей страны, сыграли в ее судьбе очень существенную роль.
В том же "Новом мире" потом будут напечатаны рассказы Солженицына. "Один день" выдвинут на Ленинскую премию. Присуждена она не будет. А вскоре, когда на смену оттепели придут новые заморозки, публикации прекратятся, и начнется противостояние писателя и системы, которое с каждым годом будет все более непримиримым и жестоким - с обысками, изъятием архива, исключением из союза писателей, массированной клеветой в прессе. Солженицын молчать не станет - на Западе и в самиздате будут появляться его новые вещи и гневные письма. После присуждения ему Нобелевской премии последуют высылка из страны и 20 лет изгнания. Будет и то, во что никто, кроме самого писателя, не верил, - падение коммунистического режима и возвращение в 1994 году на родину. Но это уже другая история...
А эта, как позднее вспоминал Александр Исаевич, началась в 1950 году, когда он "в какой-то долгий лагерный зимний день таскал носилки с напарником и подумал: как описать всю нашу лагерную жизнь? По сути, достаточно описать один всего день в подробностях, в мельчайших подробностях, и день самого простого работяги, и тут отразится вся наша жизнь".
В 1959 году, когда Солженицын учительствовал в Рязани, он реализовал свой замысел. Повесть "Щ-854. Один день одного зэка", как она первоначально называлась, была написана примерно за полтора месяца. А через два года его товарищ по заключению Лев Копелев принес рукопись в "Новый мир", возглавлявшийся Александром Твардовским. Тот показал повесть Хрущеву, который дал разрешение печатать.
Спустя 20 лет, вспоминая об этом в интервью Би-би-си, Солженицын заметит: "Для того, чтобы ее напечатать в Советском Союзе, нужно было стечение совершенно невероятных обстоятельств и исключительных личностей. Совершенно ясно: если бы Твардовского не было как главного редактора журнала - нет, повесть эта не была бы напечатана. Но я добавлю. И если бы не было Хрущева в тот момент - тоже не была бы напечатана. Еще больше: если бы Хрущев именно в этот момент не атаковал Сталина еще один раз - тоже бы не была напечатана. Напечатание моей повести в Советском Союзе, в 62-м году, подобно явлению против физических законов, как если б, например, предметы стали сами подниматься от земли кверху или холодные камни стали бы сами нагреваться, накаляться до огня. Это невозможно, это совершенно невозможно. Система была так устроена, и за 45 лет она не выпустила ничего, и вдруг вот такой прорыв. Да, и Твардовский, и Хрущев, и момент - все должны были собраться вместе".
"Один день" произвел оглушительный эффект. Это был звездный час Солженицына и "Нового мира". 11-й номер разлетелся с прилавков в одночасье, в библиотеках на него записывались в очереди. Коллеги-литераторы не сдерживались в выражении восторга - Твардовский и Симонов, Ахматова и Маршак, Бакланов и Солоухин... А еще - множество статей в прессе, вал читательских писем, выход повести в "Роман-газете", в "Советском писателе" и, наконец, пик официального признания - выдвижение на соискание Ленинской премии...
О том, какую роль сыграл "Иван Денисович" в судьбе автора, он в том же интервью сказал следующее: "Он в моей биографии сыграл ту большую роль, что помог написать "Архипелаг". Из-за того, что я напечатал "Ивана Денисовича", - в короткие месяцы, пока меня еще не начали гнать, сотни людей стали писать ко мне письма, а некоторые и приезжать, рассказывать еще. И так я собрал неописуемый материал, который в Советском Союзе и собрать нельзя, - только благодаря "Ивану Денисовичу". Так что он стал как бы пьедесталом для "Архипелага ГУЛаг".
О влиянии "Ивана Денисовича" на общественное сознание Солженицын говорит коротко, но точно: "Он сделал очень большую тяжелую работу, прорыв в Советском Союзе".
О том, какое впечатление на читателей произвела повесть 40 лет назад и как она воспринимается сегодня, мы попросили рассказать известного писателя Леонида БОРОДИНА. Напомним, что Леонид Иванович за противостояние режиму провел в лагерях в общей сложности 11 лет. Ныне он один из ведущих российских прозаиков, главный редактор журнала "Москва". В этом году стал лауреатом премии Александра Солженицына.
- Если говорить о восприятии "Одного дня Ивана Денисовича", то здесь есть две стороны - информативная и художественная, - говорит Леонид Иванович. - Поскольку ко времени публикации повести я знал достаточно много о лагерях, то главным для меня было эстетическое впечатление. Как тогда, так и сейчас я отношусь к "Одному дню" как к выдающемуся литературному произведению. Таково, подчеркиваю, мое личное восприятие.
О восприятии других людей, даже моих ровесников, мне говорить трудно, поскольку я несколько выпадал из своего поколения - нас, кто болел этой темой, знал ее, было не так уж много. Однако могу предположить, что для значительного большинства читающих того времени повесть стала открытием и потрясением. Уже тогда были публикации на лагерную тему, но их литературный уровень и авторитет авторов не были достаточно высоки. Другие вещи ходили в самиздате, но нередко относились к ним так: то ли это правда, то ли - нет. По сравнению с ними повесть Солженицына - произведение огромной художественной силы, появившееся в подцензурной печати, - произвела неизмеримо больший эффект.
Для многих это было открытием новой реальности. Этот эффект, повторяю, усиливался благодаря художественным достоинствам произведения. Позже такую же роль сыграл и "Архипелаг ГУЛаг" для Запада. В принципе информация на эту тему там публиковалась, но было важно, как все это осмыслить и подать. В случае с "Архипелагом" художественная составляющая опять же усилила информативный эффект.
Думаю, что именно художественные достоинства "Одного дня" будут все больше привлекать современного читателя. Ведь гулаговская тема - это уже история, здесь все достаточно известно. А современность выглядит иногда трагичнее прошлого: как бы много народа ни сидело в лагерях, все-таки это была меньшая часть населения. Нынешние же беды - нищета, войны, иные напасти - свалились на большую часть.
Возможно, восприятие тех, кто сегодня впервые прочтет повесть Солженицына и сумеет оценить ее художественные достоинства, будет более адекватным замыслу автора...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников