05 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ФОТОГРАФ ИЗ ЮТАНОВКИ

Агишева Гузель
Опубликовано 01:01 20 Июня 2007г.
Пришло письмо из села Ютановка Волоконовского района Белгородской области. Текста кот наплакал: шлю, мол, вам три фотографии столетней давности, вдруг пригодятся. И еще про то, что "Труд" тридцать лет выписывает. Хотя люди часто так пишут. О чем это говорит? Что много среди нас однолюбов. Цельные, по-своему даже страстные люди. Когда газета им перестает нравиться, они выпускают пар, катают длинные гневные послания. Так, мол, и так, разочаровали вконец. Так что развод и девичья фамилия, и для наглядности квитанции за несколько лет прилагают. Все равно что сказать: я тебе верил, жизнь на тебя положил, а ты меня обманула.

А строки Александра Тимофеевича Реполовского - скупое признание в любви. И что значит это его "столетней давности"? Какие это годы? Шестидесятые, семидесятые? По какому поводу снимки сделаны? Никакой торжественности момента не просматривается. Ну, лошадь стоит обыкновенная, тягловая, ну, машина допотопная вся грязью обрызгана. Дороги, стало быть, там плохие - кого этим удивишь? Вот разве что дед колоритный среди зеленых пацанов сидит с газетой "Труд" - считай, постановочный снимок. И все же есть в этих безыскусных снимках нечто особенное. Обычные мгновения обычной жизни. От безвозвратности и грусть. Сколько всего ушло, утекло, кануло, а пока бесхитростным сердцем сделанный документ не увидишь, и не задумаешься.
Как в старые добрые времена вызываю Реполовского на переговоры телеграммой. И голос девушки-телефонистки в трубке кажется несовременным - какой-то он ясный, участливый. Такой должен быть у героинь Арбузова или Володина, а может, у рощинской Шуры, что была любовью Просвирняка.
- Говорите, Реполовcкий на проводе, - сигналит мне вечная "девушка", сколько бы ей лет ни было.
Голос молодой, возбужденный, словно человек с велосипеда соскочил и прямиком в переговорную будку. Хотя и сказал-то он всего пару слов...
Спрашиваю о погоде, о возрасте, у нас, говорю, сегодня плюс 36. И у нас, отвечают мне, жарковато, плюс 32, но на велосипеде не так тяжело добираться, как пешком. Лет ему 66, но возраста Александр Тимофеевич не чувствует, потому как правильный образ жизни ведет: не пьет, не курит. Всю жизнь проработал наладчиком полиграфического оборудования в местной типографии. Естественно, был внештатным фотокорреспондентом районной газеты "Красный Октябрь". Думаю, в стране, которой теперь уже нет, районка могла называться только либо "Красный Октябрь", либо "Знамя Октября". Так же, как обязательно был в районе колхоз "Заветы Ильича" или "Ленинский путь".
Но вернемся к фото. Посещал наш Александр Тимофеевич фотокружок при газете, который вел редактор Николай Архипович Заколодный, редкой души человек. Александр Тимофеевич как из армии вернулся - а служил он в Германии c 1959 по 1962-й, - так купил себе фотоаппарат "Зенит-3М", им до сих пор и снимает. Тут Александр Тимофеевич смущенно засмеялся:
- На нем никакой автоматики, пользуюсь экспонометром. Но сердцу ведь не прикажешь - свои четыре пленки в месяц я снимаю. У нас тут красота невообразимая. Озеро Затон... Правда, лилий уже практически не осталось, ушли все куда-то...
- Ушли? - переспросила я, подумав, что ослышалась. - Куда?
- Да кто же их знает. Вот и ландышей практически не стало, тоже ушли. Гербициды, наверное, виной, так говорят.
Александр Тимофеевич помолчал, но, понимая, что звонку обязан фотографиями, деликатно сказал:
- А фотографии эти сделаны в 1967 году, когда еще был юбилейный субботник всесоюзный, там на снимке газетный заголовок можно разобрать. Дед этот, фамилии вот не помню, жил в Чапельном, село такое, в десяти километрах от Ютановки. Дед помер, конечно, а этим пацанам теперь, наверно, лет по пятьдесят, а может, и больше, все же сорок лет прошло. Ну а лошадь - это так, просто лошадь на полевом стане. Автомобиль марки "ЗИЛ-150", их, кажется, в начале семидесятых с производства сняли...
Я попросила рассказать про Ютановку, про семью.
- Где-то дворов триста у нас, считайте, человек восемьсот живет. Есть средняя школа, училище механизации. Раньше был еще детдом, но его расформировали. Жена моя местная, ютановская. Раньше была завучем, теперь, как на пенсию пошла, работает учительницей математики. Двое сыновей. Старший Сергей живет на Украине, а Юрий тут с нами, работает главным инженером теплосетей. Ну вот вроде и все...
- Скучаете по той жизни? - спросила я.
Собеседник на том конце провода молчал в трубку, чувствовалось, не ожидал такого вопроса и думал, как ответить. Потом сказал, как бы извиняясь:
- Есть такое. Нынешние времена, они ведь, сами понимаете...
Искал подходящие слова, но не нашел и смущенно засмеялся, надеясь, что его действительно понимают.
Потом, наверно, катил на своем велосипеде, тоже, небось, допотопно-раритетном, и улыбался, вспоминая московские вопросы про лилии и ландыши. Куда это, мол, они ушли. Куда-куда... Куда все когда-нибудь уходит и остается только в памяти да в фотографиях.
P.S. Есть предложение присылать старые любительские снимки. С рассказами, естественно! Кто изображен, по какому случаю, о каком месте и времени речь. Думаю, агитировать за это увлекательное и благородное дело особо не нужно. Будем вспоминать, ворошить память и чувства. Так что ждем.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников