03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

АРМЕЙСКИЙ ТУПИК

Ищенко Сергей
Опубликовано 01:01 20 Октября 2000г.
Сегодня никого не удивляет едва ли не массовый в последние годы поход российских генералов в политику. Кажется, наша разоренная армия устала ждать, когда родное государство обратит на нее должное внимание. И тогда ее "полпреды", досрочно и добровольно поменяв мундиры на цивильные костюмы, решили сами идти во власть. Один из них - сегодняшний собеседник "Труда", председатель Комитета Госдумы по обороне генерал армии Андрей НИКОЛАЕВ.

- Андрей Иванович, главное достижение Госдумы в последнее время - одобрение в первом чтении бюджета России на 2001 год. Расходы по статье "Национальная оборона" в нем выросли вроде бы сразу на 66 миллиардов - со 140 до 206 миллиардов. Однако военные утверждают, что и этого не хватит, чтобы навести хоть какой-то порядок в нашей обороне. Ваше мнение на этот счет?
- Да, военные расходы России в следующем году в абсолютных цифрах значительно возрастут. Но это только часть правды. Одновременно доля расходов от ВВП не только не увеличится, но даже и уменьшится с 2,63 процента в нынешнем году до 2,4 процента в 2001-м. Поэтому давайте не будем себя обманывать, никаких крупных проблем в этой области по большому счету решить не удается.
Однако самый серьезный недостаток раздела "Национальная оборона" в гибельном для армии соотношении 30 на 70 средств, предусмотренных соответственно на оснащение войск техникой, оружием и на содержание личного состава. Ведь содержание - это то, что, образно говоря, проедается. Включая денежное довольствие, военную медицину, продовольствие, вещевое снабжение. На совершенствование вооружений и другой материальной базы обороны почти ничего не остается. В советское время было ровно наоборот, поэтому мы и спали спокойно.
Нам говорят, что приоритетом в военных расходах и на будущий год является некая стабилизация того, что мы имеем. В сегодняшних российских условиях это путь в никуда.
- А как же военная реформа?
- Никакой военной реформы в нашей стране нет и, судя по всему, проводить ее пока никто не собирается. Любая реформа должна начинаться c выделения дополнительных и весьма больших финансовых средств. Не с экономии, а именно с существенного увеличения затрат! А потом в результате продуманного и эффективного расходования этих сумм можно, конечно, добиться уменьшения военных расходов на качественно новом уровне. Вот этого, к сожалению, в бюджете нет. Думаю, Путин как Верховный главнокомандующий такую логику понимает и поэтому сомневается в том, что ему предлагает Минобороны и Генштаб под видом военной реформы. Полагаю, поэтому он и решил в конце сентября важнейшее заседание Совета безопасности по этому вопросу неожиданно заменить простым совещанием. Вопрос-то оказался не готов!
По моей информации, президент на совещании попросил людей, которые за это отвечают, вначале ответить на ключевые вопросы: какой облик может иметь возможная в будущем вооруженная борьба, исходя из этого - какую армию следует нам иметь, к чему готовить страну. Сегодня таких ответов нет, выходит, нельзя и принять необходимые решения.
Вот мы заявили, что в ближайшие годы сокращаем Вооруженные силы на 350 тысяч человек. Это элемент военной реформы или нет? Я уверен - нет. Просто Россия осознала, что она не в состоянии достойно содержать сегодняшнее количество солдат и офицеров и механически намерена уменьшить весь свой оборонный потенциал. При этом не принимается главных решений: вот этого нам не надо вообще, а вот это мы развиваем, вот это является приоритетом, поэтому мы сюда вкладываем деньги и в результате создадим современные эффективные военные механизмы. А пока говорят так: "У тебя, у тебя и у тебя мы понемножку отберем. Все ваши структуры останутся, правда, будут небоеспособны". Это тупик.
Поэтому нельзя, думается, всерьез принимать предложение начальника Генерального штаба Анатолия Квашнина, который заявляет: "Давайте Ракетные войска стратегического назначения ликвидируем, а за их счет сформируем дополнительно четыре дивизии сухопутных войск". А чем же думал генерал Квашнин два года назад, когда именно он решил вообще ликвидировать главное командование сухопутных войск? Нам что - теперь снова тот главкомат воссоздавать? Мы же не в игрушки играем, это государственной важности вопросы.
Я не думаю, что решение президента Путина об упомянутом сокращении Вооруженных сил окончательное. Правда, оно уже заложено в бюджет, однако, считаю, может быть пересмотрено, если и подходы к военной реформе все же окажутся пересмотренными. То, что Владимир Владимирович в отличие от Бориса Ельцина сомневается, дает генералам и политикам время еще подумать, говорит о его высокой ответственности. Это шанс.
- Андрей Иванович, вернемся к оборонному бюджету, поскольку все, как ни крути, упирается в деньги. Хоть в чем-то в этой части бюджет-2001 лучше предыдущих?
- Да, я считаю в нем есть крупные подвижки. Первое. Судя по всему, в окончательной редакции накопившаяся за последние годы кредиторская задолженность Министерства обороны поставщикам, составляющая 50-60 миллиардов рублей, будет переведена во внутренний государственный долг. Правительство, сказал Кудрин, готово пойти на это. Если такого не сделать, то, за вычетом долгов, фактический военный бюджет России в 2001 году составил бы не 206, а примерно всего 146 миллиардов рублей.
Второе, чего нам удалось добиться, - выделение дополнительно 12,6 миллиарда рублей на покрытие расходов, которые не входили раньше в статью "Национальная оборона", а финансировались по другим разделам. Скажем, международная деятельность, содержание Федеральной службы железнодорожных войск. Кудрин признал, что ко второму чтению необходимая сумма будет найдена за счет дополнительных доходов.
Третье. Под давлением депутатов правительство признало, что необходимо, не мешкая, начиная с 2001 года, урегулировать проблему денежного содержания военнослужащих. По закону воинская служба есть особый вид государственной службы. Однако зарплата чиновников пока даже с учетом всех льгот, положенных военным, в 2,3 раза выше, чем у соответствующих категорий офицеров и генералов. Понятно, что быстро выровнять это несоответствие правительство не сможет, не хватит средств. Но оно способно принять программу, чтобы идти в этом направлении.
Наконец, четвертое. Значительную часть дополнительных расходов в будущем году решено тоже потратить на оборону. При этом 16 процентов от этих сумм пойдет на повышение денежного содержания военнослужащих. А 20 процентов - на оборонную науку, разработку и закупку оружия и техники.
- Но вы говорите, что в расходах на оборону необходимо четко выделить приоритеты. В чем они, по-вашему?
- Давайте возьмем вооружения. Мы имеем их больше, чем достаточно. У нас тех же танков столько - всем хватит. Новые создавать дорого? Да мы и без них пока обойдемся. Модернизировать их, без особых затрат довести до уровня, который понадобится в ближайшие пять лет - это надо делать. А реальные деньги направлять на фундаментальную науку, на элементную базу, на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы. Сегодня, если мы хотим остаться в обойме ведущих мировых держав, надо разрабатывать перспективные материалы, перспективные образцы оружия, перспективную оснастку. Довести их до предсерийного выпуска и пока остановиться. На это денег у России хватит. По мере выздоровления нашей экономики мы все это могли бы быстро заказать для Вооруженных сил и быстро перевооружиться.
Не выделяя таких приоритетов, Российская армия обречена на постоянно увеличивающееся отставание.
- Недавно впервые принята доктрина информационной безопасности России. Как вы полагаете, чем вызвана необходимость этого шага?
- Вопрос с информационной безопасностью давно назревший и даже перезревший. Раньше у нас он был где-то на задворках. В Вооруженных силах существовали небольшие подразделения спецпропаганды, готовили на случай войны какие-то листовки, какие-то радиопередачи для населения страны и войск "вероятного противника". Теперь, в силу невиданного развития систем телекоммуникаций, информация оказалась мощнейшим оружием. Она и без применения обычных средств поражения способна обеспечить победу... Наглядный пример - Югославия. Что там случилось? Очень просто, мы наблюдаем победное для американцев и их союзников по НАТО бескровное завершение войны на Балканах. Режим Милошевича пал, значит, цели, которые натовцы ставили перед собою год назад, достигнуты. Сегодня в Североатлантическом альянсе считают, что те бомбардировки, ракетные удары - это лишнее, это была ошибка. Информационное оружие дало более мощный результат.
Как это делается? Сначала нагнетается обстановка в эфире: Югославия-Балканы, Югославия-Балканы... Говорят: сербы убивают, расправляются с албанцами, идет геноцид. Других сообщений с Балкан нет. Виной всему объявляют власть Слободана Милошевича. Люди во всем мире у телеэкранов доводятся до истерики. "Да когда же кончится безобразие, примите хоть какие-нибудь меры, остановите беспредел Белграда". Как говорят у нас, лучше ужасный конец, чем ужас без конца. И тогда война, нападение, агрессия обывателю в Париже или в Лондоне уже представляется благом.
Потом подобным же образом было подготовлено общественное мнение и в самой Югославии. Сербам к тому же постоянно внушали: вы плохо живете оттого, что введены санкции. Милошевич уйдет - санкции сразу снимем. Ситуация поджигалась информационно. Выходит, санкции были не против страны, а против всего одного человека - Милошевича?
- По-вашему, получается, что Коштуница - человек НАТО?
- Коштуница не человек НАТО. Наоборот, патриот Сербии, критикует Североатлантический альянс. Но пока он устраивает Запад потому, что его приход решил главную проблему. Ушел Милошевич...
Информация в современном мире - могучее средство борьбы. Если это так, то и мы должны использовать ее для достижения своих политических целей.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников