09 декабря 2016г.
МОСКВА 
-5...-7°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

СЕВЕРНОЕ СИЯНИЕ В АЛЮМИНИЕВОЙ КРУЖКЕ

Качаева Иоланта
Опубликовано 01:01 20 Декабря 2000г.
Давняя мечта - прокатиться на оленях -осуществилась. Однако для того, чтобы попасть на стойбище, мне пришлось для начала полтора часа лететь из Якутска в город Нерюнгри, оттуда добираться больше часа на машине до поселка Чульман и, наконец, на вертолете преодолеть последние десятки километров своего "оленьего" маршрута. Вот ведь как непросто увидеть в Якутии оленя. А многие считают, что эти милые животные чуть ли не разгуливают по улицам столицы республики...

... Вертолет летел невысоко над тайгой. Удалось даже разглядеть две охотничьи избушки. "Вертушка" оказалась практически пустой, что по нынешним временам - безумная роскошь.
- Если бы мне сказали, что столько места будет свободного, я бы побольше продуктов оленеводам взяла, - сокрушалась всю дорогу моя спутница, глава администрации эвенкийского села Иенгра Альбина Завьялова. Оленеводы в тайге - работники государственного предприятия "Золотинка", находящегося в Иенгре.- Когда теперь еще полетим? Ведь час на вертолете - больше десяти тысяч рублей...
Приземлились на поляне у озера. На наше счастье, снега в этом году выпало мало, поэтому увязли в сугробах лишь по колено. Сорокаградусный мороз отражался в застывшем озере белыми лиственницами и соснами. И вот только тогда я увидела первого оленевода. Но, правда, без оленей. По берегу к нам шел человек в брезентовой спецовке, вез малыша на санках. Эвенк представился Аркадием.
- А это самый молодой оленевод нашей бригады - четырехлетний Коля, - пошутил он.
- Сын ваш?
- Нет, это сын бригадира. А моя семья в Иенгре. Двести километров отсюда. За зиму раза два-три я дома все-таки бываю. А остальное время работаю в тайге. Наша работа ходить за оленями. Они сами выбирают пастбища. За год круг по тайге делают. А мы вслед за стадом движемся. Аркадий взял несколько пакетов с едой из вертолета и повел нас к стойбищу. На морозе полиэтиленовый пакет порвался, и на снег посыпались супы быстрого приготовления с китайской лапшой, кетчуп, соль, спички... Шли минут десять по тропинке, пока не показался невысокий деревянный забор, за которым стояли олени.
- Жалко их. Снега мало, они когда ложатся - мерзнут, ведь земля-то холодная. А снег их согревает, - поясняет Аркадий.
- Это и есть ваше стадо?
- Нет, стадо далеко отсюда. В загоне - только рабочие олени. На них ездим. Здесь их около ста. А в стаде в два раза больше. Теперь оленей мало держим, не то что раньше. Пастбищ все меньше, цивилизация отнимает. Угольный разрез, золотодобыча...
На полянке у загона - три шатровые геологические палатки из брезента. Из каждой струится дымок - топятся "буржуйки". Без печки в тайге долго не проживешь. Поэтому у оленеводов есть даже запасные. Нас лаем встречают пушистые охотничьи лайки. Тут же стоят нарты. "Одни из них специально для Коленьки", - рассказывает Аркадий. На металлический каркас натянута оленья шкура мехом внутрь. Сиденье тоже выложено шкурами... В такой карете Коле тепло и уютно. Здесь же и Колины пластмассовые машинки.
- Ему, правда, больше нравится оленей и собак гонять, чем игрушками забавляться, - говорит Аркадий.
Пока хозяева показывают свою жизнь, из загона к нам подходят любопытные олени.
- У них, наверное, и клички есть?
- Конечно, вот Владик, Степка, Тапталыы... Первых двух назвали по именам детей оленеводов, которые за ними ухаживали. А Тапталыы получил свою кличку за то, что сбил оленевода и ребра ему копытами пересчитал... Олени как люди. С разными характерами, привычками.
- И ленивые встречаются?
- Конечно. Таких никогда первыми в упряжку не ставим. Оленеводу что надо? Чтобы он сел на нарты и не думал о том, как уговаривать животных ехать. Просто потянул веревку, сказал "кы", значит, "поехали", и все...
... Мы заходим в палатку, в которой живет бригадир, отец Коли - Николай Колесов. В палатке уже вся бригада - четверо оленеводов, двое из них живут на стойбище с женами. А у Николая, как оказалось, сегодня день рождения. 43 года исполнилось. Правда, из таких событий эвенки праздника не делают. Просто выпьют чайку или чего покрепче, если есть, за здоровье. Смена тысячелетий в тайге тоже пройдет без фейерверков, тихо. Эвенкийский Новый год наступает летом. А самый почитаемый и долгожданный праздник - День оленевода, в конце февраля. К этому празднику готовятся заранее. Наряжаются в национальные костюмы... А на работе ходят в одежде, сшитой в основном в Китайской республике. Тонкие курточки, вязаные шапочки...
Интерьер палатки не сравним, наверное, ни с каким другим жилищем. Здесь только самое необходимое. На устланном еловыми ветками полу по периметру лежат коврики из оленьих шкур. Это "кровати". Стола нет. В центре - "буржуйка". Рядом несколько чурок, на которые ставят горячую посуду с едой. На жердочках -небольшая полка. На ней - рация, старый радиоприемник. В одном углу - посуда, швейная машинка и продукты. В другом - одежда.
Рассаживаемся на коврики. Хозяйка палатки Людмила, чья должность называется со времен советской власти "чумработница", расставляет у печурки изысканную таежную закуску: котлеты из оленины, жареную оленью печень, печень свежемороженую, нарезанную кубиками, лепешки и пельмени из оленины. Для "сугреву" гостям предлагают отведать "северного сияния" - спирт со снегом. Причем напиток и алюминиевые кружки проморожены на улице заранее. Пить надо, пока снег не растаял в "бокалах", и тост должен быть коротким. Николай лаконично произносит: "Кы!". Немного спирта следует плеснуть в "буржуйку" - отдать дань богу огня.
... Несмотря на то что в печке горят дрова, в палатке не жарко. Летний брезент пропускает холодный воздух. Снимать пуховик у меня нет никакого желания. А ведь здесь взрослые и дети живут, спят. Женщины проводят в палатке практически целый день...
- Эвенкийки настоящие героини, - говорит Альбина. - Я сама долго жила с родителями в тайге. Очень тяжело. Почти весь день приходится ползать по полу: печка-то низко стоит. А хозяйка все время готовит. Особенно трудно, когда женщины в положении.
- А как врача вызываете? Или у шаманов лечитесь?
- Шаманов у нас, к сожалению, днем с огнем не сыщешь, перевелись все, - вступает в разговор Николай. - А врача по рации вызываем.
Сейчас большой проблемой, рассказывают оленеводы, для них стали медведи-шатуны. К ним эвенки относятся с должным почтением. Стараются даже не вспоминать в разговорах, опасаясь визита страшного гостя. А на шкуре убитого топтыгина уши завязывают ленточками - чтобы не слышал, что о нем говорят люди.
- Тринадцать лет назад приезжал к нам корреспондент одной из центральных газет. А потом вышла заметка. Ко мне письма шли со всего Союза. Я и не знал, что у нас в стране так много городов... Мы одно время берегли, возили с собой мешки, а потом сожгли. Одно письмо, правда, оставили. В нем приглашение на ВДНХ. Может, ты сходишь, я билеты тебе отдам, чего они лежат?
В тайге совсем не обязательно знать, что происходит в мире. Люди обходятся без телевизора, мобильного телефона, видеомагнитофона... Им, как я поняла, не нужны Алсу, Киркоров и Мадонна. Может, в этом счастье? В единении с природой, когда ежедневный труд - и без суеты... Все здесь хорошо, подумала я, и рекламы никакой, вот только мороз сильный.
Правда, оленеводы к холоду относятся попроще. Коля гонял оленей у палатки, забыв шубку, шапку и варежки в палатке. А пилоты спешили: замерзнет двигатель - не улетим.
В последний момент к вертолету прорвался Аркадий.
- Ребята, я же с вами не попрощался, - оленевод принялся обнимать каждого из нас. - Приезжайте еще, всегда рады...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников