03 декабря 2016г.
МОСКВА 
-10...-12°C
ПРОБКИ
1
БАЛЛ
КУРСЫ   $ 64.15   € 68.47
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

КТО ОТВЕТИТ ЗА ПОЖАР

Сердюков Андрей
Опубликовано 01:01 21 Июня 2001г.
Похоже, в последнее время прокуратура становится своеобразным возбудителем вируса "гипертонический криз". Эта болезнь мгновенно поражает известных людей, которым грозит серьезное обвинение. Первым слег крупный финансист Андрей Вавилов - прямо на пороге Главной военной прокуратуры. Следующая жертва - начальник Московского управления государственной противопожарной службы Леонид Коротчик отправился в больницу, даже не посетив прокурора.

Дело в том, что прокуратура обвинила генерала в гибели трех человек в августе прошлого года во время пожара на Останкинской телебашне. Напомним, пожарный Арсюков, слесарь Шипилин и лифтер Лосева погибли, упав в кабине лифта после того, как прогорели лифтовые тросы. Сотрудник Генпрокуратуры Юрий Мартышин, который возглавляет бригаду по расследованию причин и последствий пожара, считает, что Леонид Коротчик как руководитель тушения пожара был обязан отдать распоряжение о запрете на использование лифтов. Такой приказ вовремя отдан не был, а потому смерть людей - на совести главного московского пожарного, считают в прокуратуре.
Кроме того, обнаружены многочисленные нарушения в несении службы 111-й пожарной части, отвечавшей за безопасность всех объектов телевизионного Останкина. Несколько десятилетий часть располагалась на объекте и отвечала не только за тушение возможных пожаров, но и за предотвращение возгораний. А в 1995 году был заключен новый договор на аналогичное обслуживание. И как же пожарные выполнили свои обязанности? Без согласования с администрацией ГЦРТ и вышестоящим руководством был изменен, например, маршрут регулярных обходов пожарных инспекторов - они даже не поднимались до антенно-фидерной части башни, где как раз и начался пожар. Были и другие нарушения, одно из которых - подделка подписи главного инженера ГЦРТ Вадима Орешникова на "Плане тушения пожара ГЦРТ", в котором технические данные башни сильно расходились с существующими реалиями.
Дело в том, что 19 лет назад устаревшие жесткие фидера (устойчивые к возгораниям) стали менять на гибкие импортного производства. Оболочки и изоляторы фидеров производства завода "Ваха" (ГДР) были изготовлены из легкогорючих материалов. Однако при согласовании проекта замены фидеров пожарные инспектора документ подписали. Не обеспокоили их и нормы огнестойкости машинных отделений и шахт скоростных лифтов, которые были нарушены при проектировке башни еще в 1962 году. Правда, привлечь к ответственности проектировщиков сегодня вряд ли удастся - один из них уже умер, а другой не первый год находится в тяжелом состоянии: возраст.
Тем не менее именно пожарные должны были указать инженерам и администрации на нарушения правил пожарной безопасности. Таким образом, обвинение в халатности также предъявлено начальнику пожарной части N111 Владимиру Горбылеву.
Что же касается превышения нагрузки на фидера, о которой говорили сразу после пожара, то она, как оказалось, была вполне в пределах нормы. В связи с этим обвинения в адрес гендиректора ГЦРТ и главного инженера прокуратурой уже сняты.
Сняты и розовые очки, сквозь которые мы годами привыкли смотреть на действительно героическую профессию пожарных. Однако борьба с пламенем - далеко не вся работа огнеборцев. За кадром долгое время оставались ежедневная бумажная рутина, инспекторские проверки и обходы, которые и призваны если не исключить, то хотя бы снизить число пожаров.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников