11 декабря 2016г.
МОСКВА 
-6...-8°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.30   € 67.21
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ВМЕСТО РАССТРЕЛА - МАРШ МЕНДЕЛЬСОНА

Корец Марина
Опубликовано 01:01 21 Ноября 2000г.
Приговоренный к исключительной мере наказания выжил благодаря мораторию на смертную казнь. И недавно он зарегистрировал брак с молодой девушкой.

Такого события в старых стенах СИЗО еще не было: на самом строгом участке, где десятилетиями содержались приговоренные к смертной казни, звучал девичий смех. 62 стриженые головы прижимались бровью к дверному глазку, чтобы мельком глянуть на "историческое событие": регистрацию брака соседа по блоку.
Вот уже скоро год, как Украина официально отменила смертную казнь, заменив ее пожизненным заключением. Два года перед этим в стране действовал мораторий на приведение в исполнение исключительной меры. За это время в Донецком следственном изоляторе скопилось 63 "полосатика" (приговоренные к смертной казни носили полосатую одежду. - М.К.). Впрочем, еще нынешней весной начальник СИЗО Валерий Куйбышев заказал для бывших смертников "оптимистичную" спортивную форму.
Среди зэков он слывет гуманистом, камеры отремонтировал в соответствии с европейскими стандартами. Теперь самые жестокие убийцы коротают дни не в мрачных серых казематах, а в четырех зеленых, ласкающих взгляд стенах. Полочки над нарами висят, а на тумбочке рядом с кружкой и кипятильником стоят фотографии матерей и любимых женщин. Даже головная боль - круглосуточный свет - теперь не давит на психику, ночью он максимально приглушается. Конечно, все эти перемены способен оценить лишь тот, кто познал худшие условия. А новички сетуют: ни свиданий тебе с родными, ни телевизора, ни спортивного зала (как в американских фильмах показывают), ни телефонных разговоров.
Валерий Юрьевич к жалобам внимателен, он и сам считает: раз государство сохранило преступникам жизнь, то нельзя превращать ее в пытку. Нельзя наказывать людей дважды: и лишением свободы и немыслимо унизительными условиями зэковской жизни. Плоды демократичности начальника налицо: в изоляторе спокойная "законопослушная" атмосфера. Вот только Александр Федорчук, тот самый счастливый молодожен, пробовал было бузить, требуя создать ему возможности для исполнения супружеского долга, но свои же и вразумили.
Многие контролеры помнят, что творилось с Федорчуком три года назад, когда повели на расстрел его соседа по камере. Его, можно сказать, спасли язва желудка и длительная госпитализация. Во время моратория Саша вдруг стал переписываться со свидетелями Иеговы. Он и с невестой благодаря им познакомился - вскоре "сестра" выразила желание стать его женой.
Событие всколыхнуло изолятор. Девушка прибыла на свадьбу, как и подобает невесте, - в фате. Шампанского, разумеется, не было, а конфеты и кольца разрешили. Как и марш Мендельсона, прокрученный на портативном магнитофоне. Молодые уговаривали контролеров хоть на полчасика оставить их наедине, но интим пришлось ограничить поцелуем, а свидание продолжить через стекло.
После свадьбы душегуб Федорчук затосковал круче прежнего. Ведь новый закон о внесении изменений в уголовный, уголовно-процессуальный и уголовно-исправительный кодексы Украины, давший пожизненникам надежду на освобождение через 15 лет, ужесточил условия их содержания. Неограниченная ранее переписка теперь лимитирована одним письмом в два месяца, а передач не положено вовсе. Вместо часовой прогулки осталась получасовая.
Однако тех, кто долго сидит в СИЗО и знает, что такое ежедневное ожидание казни, эти "мелочи" не пугают. Они охотно читают газеты и литературу, некоторые всерьез задумались о заочной учебе в вузах. Бывший офицер, преподаватель Донецкого военного училища Александр Крикун решил выучить несколько иностранных языков, и родители передали ему учебники.
С Александром мы виделись три года назад, когда у него оставалась последняя надежда на жизнь - помилование президента. Тогда Крикун едва не покончил собой. Теперь он в более выгодном положении: может выйти на свободу уже через 15 лет, шесть из которых бывший "старлей", убивший жену коллеги по училищу и не добивший его сынишку, уже отмучился, оставшиеся девять его не пугают.
- Кто знает, - рассуждает Александр, - может, начнут миловать и раньше, ведь преступность растет и ужесточается, а с тюрьмами напряженка. Европейцы нам обещали, что добьются спортзала, телевизоров и свиданий. Можно будет и ребенка завести...
Его молодой оптимизм не разделяют те, кто успел на собственной шкуре испытать, что такое длительный срок. Передо мной дневник врача Соколова, приговоренного к смертной казни еще в 1980 году.
Вынося ему суровый приговор, суд подчеркнул, что он застрелил из ружья не просто давнего недруга, а активного коммуниста. Врач успел пережить все - и приговор, и ужас одиночки, и циничные шуточки контролеров, изображающих, что явились забирать на расстрел. Помилование пришло в последнюю минуту - от президента СССР Михаила Горбачева. Отправляясь в колонию на 20 лет, Соколов записал в дневнике: "Теперь я счастлив - любая жизнь лучше смерти, я буду переписываться с женой и дочерьми, я смогу поддержать их морально в тяжелую минуту, я найду возможность чувствовать себя полезным".
Мы встретились недавно, десять лет спустя. Когда-то интересный, образованный мужчина выглядел в свои сорок пять сухим старичком со слезящимися, поблекшими глазами.
- У жены появился другой, - пожаловался, - дочери вообще не отвечают на письма. Не представляю, как выдержу еще 10 лет, кому потом буду нужен. Лучше б меня тогда расстреляли...


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников