06 декабря 2016г.
МОСКВА 
-11...-13°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.87   € 68.69
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

ДОЗИМЕТР ДЛЯ ГЛАСНОСТИ

Иванченко Александр
Опубликовано 01:01 22 Марта 2001г.
Вопрос, конечно, риторический. Между тем стоило лишь экс-губернатору Кемеровской области Аману Тулееву публично высказать свою точку зрения по проблеме возможного разрешения ввоза в Россию отработанного ядерного топлива (ОЯТ), как тут же представители Минатома пригрозили ему судом. Вот как! Естественное стремление человека включиться в обсуждение волнующего его вопроса, изложение им своей гражданской и политической позиции приравнивают к преступлению.

Если столь грубо пытаются заткнуть рот популярному деятелю, дважды кандидату в президенты Российской Федерации, который в различных рейтингах последнего времени уверенно занимает третью строчку по доверию населения, то что говорить о простых смертных? Что касается журналистов, то сторонники ввоза ОЯТ в Россию называют их не иначе, как "обывателями" или "детсадовскими несмышленышами". Ну что ж, и на том спасибо.
Одно утешает: нас много. Проведенный осенью прошлого года опрос РОМИР показал, что 93,5 процента россиян выступают против ввоза в Россию радиоактивных материалов. Если бы в стране был проведен референдум, как того добивались в минувшем году экологические организации, то исход его был бы очевиден. Может быть, именно поэтому референдум и не состоялся. Намечено, что Верховный суд рассмотрит иск инициировавших референдум организаций к Центральной избирательной комиссии о признании законными 2,5 миллиона собранных подписей, из которых треть была забракована ЦИК без отведения времени на добор.
Да, вопрос о целесообразности ввоза на территорию нашей страны отработанных на зарубежных АЭС радиоактивных материалов очень сложный и не может решаться на эмоциональном уровне. Не случайно Государственная Дума на месяц переносила рассмотрение поправок в 50-ю статью Закона об охране окружающей среды. Тем большего упрека заслуживают представители Минатома России и поддерживающие их ученые и специалисты. Вместо того, чтобы за это время убедительно разъяснить свою позицию, провести своеобразный "ликбез" населения и тем самым заслужить его доверие, они уходят от серьезного разговора, высокомерно отзываясь о своих оппонентах и инакомыслящих. Между тем имеется немало вопросов, которые требуют профессионального комментария экспертов.
Обращает на себя внимание противоречивость высказываний сторонников получить "быстрые" деньги. Основной их аргумент: Россия получит 20 млрд. рублей за ввоз 20 тысяч тонн отработанного топлива. В то же время руководители Минатома подчеркивают, что "речь идет о предоставлении услуг по переработке облученного ядерного топлива". Но как тогда понимать заявление академика, вице-президента Российской Академии наук Николая Лаверова о том, что "отработанное, облученное топливо мы собираемся хранить 70 лет, а не использовать его непременно сразу для новых станций". А ведь та или иная перспектива - это базовый момент, от которого зависит весь последующий сценарий действий.
Предположим, будет идти переработка. Представители Минатома как черт ладана боятся слова "отходы". Оно и понятно: легализуй его, тут и до радиоактивной свалки договориться недолго. Поэтому они не устают повторять, что не лоббируют захоронение радиоактивных отходов, а будут перерабатывать ядерное топливо для повторного его использования. Однако другие специалисты резонно спрашивают: "Но позвольте, дорогие коллеги, произведя вытяжку полезного топлива величиной с футбольный мяч, вы получите целый стадион отходов. Причем таких отходов, которые уже ни на что больше не пригодны, кроме как создавать повышенный радиоактивный фон". Вот и получается, что эти самые отходы не впускают в двери, а они влезают в форточку.
Следующий вопрос: если мы собираемся перерабатывать ОЯТ, то располагаем ли для этого соответствующими мощностями? Отвечаем за Минатом: таких предприятий в достаточном количестве нет. У нас в стране накопилось сейчас до 700 миллионов кубометров радиоактивных отходов. Чтобы устранить только их, тех трех миллионов долларов, которые выделяются Госдумой на решение этой проблемы, недостаточно. Нужно ежегодно расходовать на порядок больше.
Пока в стране переработкой ядерного топлива занимается лишь одно научно-производственное объединение "Маяк", печально известное по взрыву 1957 года. Если завозить топливо, то надо строить новые заводы. Тем временем "Маяк" как сбрасывал, так и продолжает сбрасывать радиоактивные отходы в озера. Уровень радиации здесь во много раз превышает допустимую норму.
Говорить о каких-то гарантиях безопасности в таких условиях просто несерьезно. Весь этот огромный массив радиоактивных отходов требует, чтобы им занимались. США тратят на это около 10 миллиардов долларов в год. У нас таких средств нет. Даже в благополучной Англии в январе этого года чуть было не произошла катастрофа. В одном из хранилищ из-за скопившихся газов возникла опаснейшая угроза: две тысячи тонн ядерных отходов могли взлететь на воздух. Известно, на наших предприятиях изношенность основных фондов колоссальная. Как в таком случае сохранять уверенность, что все будет нормально?
Наконец, как собираются использовать вырученные от внешнеторговых сделок по ОЯТ миллиарды? Значительную их часть, говорят, пустим на решение экологических проблем. А не получится ли, что обещанных 20 миллиардов долларов едва хватит на обеспечение самого завоза и надежного хранения в наших землях заграничного ОЯТ? Тридцать процентов уйдет на налоги, значительная сумма - на строительство хранилищ, транспортные средства. Далее - эксплуатация и хранение, содержание персонала. Плюс непредвиденные расходы. С учетом такой перспективы представляется весьма странным, что самых горячих сторонников своих планов Минатом нашел как раз в Комитете Госдумы по экологии.
Вряд ли кто открыто решится утверждать, что общественность не имеет права голоса. Но когда доходит до дела, появляется "дозиметр" с двойным стандартом. Интересная у нас гласность получается на одиннадцатом году демократии!


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников