09 декабря 2016г.
МОСКВА 
-2...-4°C
ПРОБКИ
3
БАЛЛА
КУРСЫ   $ 63.39   € 68.25
НЕФТЬ  +1.73%   44.76

МИЛОСТИ ПРОСИМ

Правозащитники попросили Владимира Путина сделать исключение из общего правила о помиловании. На днях группа деятелей науки и искусства направила "главе огромной страны и верующему человеку" просьбу "о личной милости" по отношению "к двум уже не молодым ученым", обвиненным в шпионаже. Если президент откликнется на ходатайство таких именитых просителей, как председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, нобелевский лауреат, академик Виталий Гинзбург, академик РАН Юрий Рыжов, народный артист Марк Розовский, то будет создан прецедент, который слегка ослабит жесткую "вертикаль милости", выстроенную пять с половиной лет назад самим же Владимиром Путиным.

Шансов у Игоря Сутягина, осужденного в 2004 году на 15 лет лишения свободы за передачу за рубеж сведений об атомных подводных лодках нового поколения, и Валентина Данилова, осужденного на 13 лет за передачу Китаю секретных сведений об "имитаторе комплексного воздействия космических условий на космические аппараты", крайне мало. И дело не только в крайней непопулярности статей, по которым они признаны виновными, но и в сугубо формальных причинах. "Тот, кто осужден за тяжкое преступление, но не отсидел три четверти срока, только зря изводит бумагу, - заявил "Труду" советник президента по вопросам помилования Анатолий Приставкин. - Президент такие прошения отклоняет, поскольку считает, что осужденный всего за два-три года недостаточно прочувствовал наказание".
Дело, конечно, не только в этих двух ученых, которых, как пишут теперь президенту правозащитники, "в отсутствие доказательной базы в обоих делах" обвинили в шпионаже и торговле гостайнами. А сколько еще других людей стало жертвами так называемой судебной ошибки? Бывает же до сих пор, что невиновного, скажем, за убийство сажают. Что же ему 10 лет сидеть без права на прошение о помиловании? Не ушли в прошлое дикие случаи, когда безработную мать за украденную козу (детей накормить) на восемь лет в колонию упекают. Кто за таких несчастных президента попросит?
До декабря 2001 года этим занималась комиссия по помилованию при президенте РФ, возглавляемая писателем Анатолием Приставкиным. В обществе было полярное отношение к ее деятельности: одни считали ее верхом гуманности - в год удовлетворялись прошения о помиловании около 2 тысяч осужденных, другие ругали - свободу, порой не отсидев и года, получали даже убийцы. Но все-таки в стране существовал и публично действовал институт помилования.
Все рухнуло почти в одночасье. 24 декабря 2001 года, в день своего первого телемоста с народом, Владимир Путин вроде как под давлением общественности, напуганной "чрезмерным милосердием" по отношению к преступникам, объявил о ликвидации комиссии Приставкина и через 4 дня издал соответствующий указ. Миловать осталось единоличным правом президента. А вот отбор кандидатов на помилование поручили регионам, в которых длинные цепочки из ответственных лиц переплелись в некое сито: кипа бумаг должна быть одобрена администрацией колонии, представителями прокуратуры, Минюста и МВД, чтобы попасть сначала на рассмотрение местной комиссии по помилованию, потом губернатора и уж только тогда - президента. Всего 7 этапов. На проверку документов аппаратами каждого из этих ведомств в общей сложности уходят долгие месяцы. На любом из этих этапов прошение могут завернуть.
- При этом причина отказа может быть самой ерундовой, например, начальник колонии из личного интереса просто не захочет расставаться с отличным парикмахером или талантливым художником, отбывающим наказание, - пояснил нам бывший глава расформированной комиссии и нынешний официальный советник президента по вопросам помилования Анатолий Приставкин.
Давайте сравним. В эпоху Ельцина за время существования "старой" комиссии с 1992 года по ее рекомендации были помилованы 57 тысяч осужденных за общие преступления и 1 200 смертников. А за пять лет после ее расформирования - всего 494. Минувший, 2006 год в этом отношении был самый неурожайный: президент помиловал только 9 человек. Если посчитать на всю Россию, то всего ничего. Можно констатировать: институт помилования в России скорее мертв, чем жив.
А В ЭТО ВРЕМЯ
Председателем комиссии в Самарской области назначили бывшего руководителя Средневолжской транспортной прокуратуры. Государственный советник юстиции третьего класса (иначе говоря- генерал) Петр Бурцев всю жизнь обвинял граждан в совершении преступлений и требовал наказания. Это тоже важная и нужная государственная работа, но она не имеет ничего общего ни с помилованием, ни с правозащитной деятельностью вообще. Сначала комиссия еще информировала народ о своей работе. Но потом перестала подавать признаки жизни. Заместитель Бурцева самарский писатель Эдуард Кондратов года полтора назад ушел из комиссии. Объяснил это коротко: "Не вписался". А ведь зарплату получал немаленькую - в пределах восемнадцати тысяч. Да и как вписаться, если погоду в комиссии делают "законники", оценивающие саму возможность помилования по привычке только через призму Уголовного кодекса. Вот любопытная статистика. В 2002 году в Самарской области были помилованы 16 человек. В 2003-м - три. В следующем году был только один. За 2005 - 2006 годы - ни одного. В регионе отбывают наказание около двадцати тысяч осужденных. Никогда не поверю, что все они - закоренелые преступники, не заслуживающие снисхождения.
Создается впечатление, что институт помилования работает в Башкортостане только на бумаге. А ведь были впереди России всей. Еще в 1995 году указом президента Башкортостана была впервые образована комиссия по вопросам помилования как орган предварительного рассмотрения ходатайств лиц, осужденных судами республики. Поэтому в формировании федеральных механизмов был использован опыт Башкортостана. Вроде бы внешне все пристойно: в период с 2002 года комиссией проведены 22 заседания, на которых рассмотрены 103 ходатайства. Президентом республики на основании представленных комиссией материалов направлены президенту России предложения о помиловании 17 осужденных и об отклонении 86 таких ходатайств. А в результате - ни одного помилованного.
А КАК У НИХ
ПАРИЖ Ежегодно от четырех до пяти тысяч заключенных во Франции (а это примерно 12 - 14 процентов от общего числа тюремного контингента) оказываются на свободе в результате президентского помилования. Обычно это происходит в канун национального праздника - Дня взятия Бастилии. С просьбой о помиловании непосредственно в Елисейский дворец имеют право обращаться как сами заключенные, так и их родственники, друзья, общественные организации. Непосредственно рассмотрением просьб занимается управление по уголовным делам и президентскому помилованию министерства юстиции. Оно составляет соответствующие бумаги и отправляет затем на подпись президенту. Далеко не все категории заключенных могут рассчитывать на положительное решение их вопроса. Это в первую очередь лица, оказавшиеся за решеткой по обвинению в терроризме, торговле наркотиками, преступлениях против малолетних, рецидивисты. На расширение этого списка подчас оказывают влияние те или иные общенациональные государственные кампании: так в 2002 году, когда в стране началась активная борьба за снижение смертности на дорогах, в него попали автомобилисты, по вине которых произошли ДТП с летальным исходом. И еще одна деталь: сотни тысяч французов, как манны небесной, ждут президентских выборов, по случаю которых вновь избранный хозяин Елисейского дворца делает красивый жест - амнистирует мелких нарушителей правил дорожного движения. Обычно речь идет об аннулировании штрафов за неправильную стоянку.


Loading...



В ГД внесли законопроект о декриминализации побоев родственников